В одном из сел Кировской области много лет никто не подозревал, что за закрытой дверью обычного дома скрывается история, больше похожая на кошмар, чем на реальность.
Здесь жила Любовь Михалицына, доярка из села Александровское. Соседи отмечали, что женщина держалась особняком, редко участвовала в разговорах и временами исчезала: не выходила на работу, не появлялась на улице. Но весной 1989 года ее молчание затянулось. Коллеги по ферме забеспокоились и решили навестить женщину.
В доме они обнаружили страшную картину: хозяйка была мертва. Но еще большим шоком стало то, что рядом находилась девочка-подросток, о которой в селе никто не знал.
Девочку назвали Машей. Ее рост не превышал 60 сантиметров, ножки были короткими и деформированными. Она никогда не общалась с людьми и не выходила из дома. С рождения Маша жила в узком деревянном ящике около полутора метров длиной. Это тесное пространство заменяло ей детскую комнату и весь мир. Мать изредка открывала крышку, позволяя дочери увидеть что-то за пределами чулана.
Маша не умела говорить, ходить и передвигалась ползком. Изоляция оставила тяжелый след на ее физическом и психическом состоянии: тело было искривлено, мышцы почти не развиты.
После смерти матери начался новый, сложный этап в жизни Маши. Ей потребовались годы реабилитации и адаптации к жизни среди людей. Специалисты учили ее самым простым навыкам: понимать речь, взаимодействовать с окружающими, выражать эмоции.
Прошло более трех десятилетий с момента, когда случай с «девочкой из сундука» стал известен. Сегодня Маша Михалицына живет в психоневрологическом учреждении. Она понимает речь, хотя говорить ей сложно. Ей нравится музыка и фильмы про собак. Маша идет на контакт, но избегает разговоров о детстве.