В России огромная часть ее населения, при дохождения до их ушей буквосочетания "Почта России", начинает испытывать эмоции, которые можно описать только как: ненависть, совок, сельпо, отвращение, брезгливость, негатив, колхоз, дармоедство и т.п. В чем же причина того, что это "наследие совдеповской эпохи" никак не удается поставить на ноги и превратить хоть во что-то, напоминающее современное предпритие.
Знаете, есть в этой жизни вещи, которые не меняются никогда. Например, гравитационная постоянная, скорость света в вакууме и способность Почты России превратить отправление «От двери до двери» в квест «От безысходности до нервного тика».
Казалось бы, XXI век на дворе, Илон Маск запускает в космос Теслы, нейросети пишут дипломы, а в отделениях связи по-прежнему правит бал великая и ужасная Зинаида Петровна, которая помнит ещё Ленина молодым, а вашу посылку — не помнит от слова «совсем».
Но нет, вы не подумайте, руководство компании не сидит сложа руки! Оно лихорадочно ищет способы осчастливить народ. И главный способ, как известно, — это сменить логотип. Потому что если наклеить на ведро с гвоздями наклейку «Ferrari», оно, безусловно, не поедет быстрее, но зато будет выглядеть чертовски стильно, пока из него торчат ржавые шляпки.
Мы были свидетелями великой битвы дизайнеров за наши сердца и кошельки. Сначала Сбербанк, наш «родной и пушистый», решил, что пора завязывать с зелёной тоской. Они там перекрасились, переобулись, наняли, наверное, целую армию маркетологов, которые объяснили нам, что теперь «Сбер» — это не просто банк, а экосистема, технологический рай и вообще «что-то новое».
И что?
Люди в отделениях остались те же. Тётя Люда из окошка №4, которая раньше с укоризной смотрела на вашу сберкнижку, теперь с укоризной смотрит на ваш QR-код. Суть не поменялась. Логотип сменили, а человеческий фактор остался. И этот фактор пахнет валидолом.
Реальный пример:
- подхожу к окошку (никого нет почти)
- Возьмите талончик
- Так ведь нет никого
- Возьмите талончик!!!
- Сижу, жду. Циферки меняются, мой номер зажигается и быстро меняется на следующий. Подхожу
- Вы пропустили! Возьмите талончик!
При этом у окошка никого нет и никто к нему, пока я ждал, даже не подходил!
Это я описал опыт похода в СберБанк.
Почта России, глядя на старшего брата, решила не отставать. У них была своя, не менее героическая эпопея. Был у них синий голубь на жёлтом фоне. Потом его куда-то услали, появились какие-то полоски, кружочки, современный шрифт, корпоративный сайт задышал по-новому. Ах, какая была шумиха! Новый стиль, новая эра, цифровизация и пацифизм!
И вот вы заходите в это «цифровое будущее», пропахшее варёной сгущёнкой, сыростью и безысходностью. И видите очередь. Очередь не просто стоит, она живёт своей жизнью. Это уже не люди, это единый организм, который эволюционировал, прирастая бабушками с квитанциями. В этой очереди действуют свои законы физики: время здесь течёт медленнее, а пространство искривляется так, что трое человек умудряются занимать ползала, создавая пробку перед единственным работающим окном, за которым на полках расставлены всякие баночки, скляночки, коробочки, штучки, из-за чего организация напоминает внешний видом деревенский магазин, сельпо, в который доставка новых товаров происходит раз в месяц, поэтому надо иметь "запас всего-всего".
Вы смотрите на новую вывеску. Красиво, современно, минималистично. Прямо как в Скандинавии. Вы переводите взгляд на стеклянную перегородку, за которой сидит та самая Зинаида Петровна. Она смотрит на вас так, словно вы пришли не посылку получать, а просить руки её дочери, и ответ уже известен, и он отрицательный. На её столе стоит монитор, рядом лежит амбарная книга (видимо, на случай ядерной войны или отключения «инновационного ПО»), и кружка с отбитой ручкой.
И тут вы осознаёте всю тщетность бытия. Новый логотип на стекле отражается в её очках, и в этих очках читается вся история России: от крепостного права до цифрового гипноза.
Можно сменить вывеску сто раз. Можно нанять самого дорогого консультанта из Маккинзи. Можно запустить мобильное приложение, которое будет падать каждый раз, когда вы пытаетесь отследить конверт. Но пока за прилавком сидит человек, чья главная жизненная цель - сделать так, чтобы вы ушли, и чем быстрее, тем лучше, - ничего не изменится.
«А у нас тут товары!»
О, это отдельный вид искусства, отдельный аттракцион невиданной щедрости и абсурда. Главная миссия Почты России, согласно древним скрижалям, - это пересылка почтовых отправлений. Но Зинаида Петровна и её верные подруги решили, что это слишком скучно и непатриотично. Настоящий патриотизм - это заставить гражданина, пришедшего за долгожданной бандеролью с АлиЭкспресс, банку скумбрии по цене черной икры, банку тушёнки, которая помнит застойные годы, веник или альбом для рисования. Ну еще десяток-два пакетиков с семенами огурцов.
Вы заходите в отделение. Куда идти?
Ах, вот она, табличка «Посылки». Но чтобы до неё добраться, нужно пройти сквозь строй. Строй из стеллажей. На них разложено всё, что не приколочено. Канцелярия, которую закупали, видимо, в 1995 году и с тех пор не трогали (тетрадки с целлофановыми обложками, на которых нарисован глобус и надпись «Sibiriada»). Календарики с видами Кремля за прошлый год. Носки. Варежки. И, конечно, продукты длительного хранения. Консервы «Завтрак туриста», которые, вероятно, закладывали ещё при подготовке к Олимпиаде-80, и они всё ещё ждут своего часа.
Вы пытаетесь протиснуться к окошку, но вам преграждает путь тележка с коробками. Сотрудница, которая, по идее, должна искать вашу посылку, раскладывает на полке новые поступления - батарейки, которые, судя по упаковке, уже разрядились сами собой от старости. Это не почта, это филиал музея советской торговли. Только вход платный - вашими нервами.
Руководство, наверное, считает, что это диверсификация. Что, пока вы ждёте, вы обязаны купить вот эту вот ерунду. Но вы не хотите. Вы хотите посылку. А посылка, как выяснится через 40 минут, «только что ушла», «не пришла», «пришла, но мы не знаем куда положили», или, самый коронный вариант: «А мы вам извещение послали, почему не пришли?» Извещение, которое вы должны были получить три дня назад, по закону подлости, принесли соседям, уехавшим в отпуск, или оно просто растворилось в пространственно-временном континууме между дверью и почтовым ящиком.
И винить во всем Теть Зин было бы как минимум честно, я вообще не представляю, как можно прожить на ту зарплату, которую они получают. Зато зарплатой руководителя Почты России в 10 млн.руб. в месяц и премия в 95 млн. При этом, за 2024 г., чистый убыток Почты России составил 20,6 млрд руб., а за девять месяцев 2025 года, чистый убыток составил 13,5 млрд рублей.
Вот скажите, где такое видано, что руководство получает премии за убыточную работу???!!!
Причем, что интересно, сами почтовики (!) недовольны сложившейся системой, мнение "почтовика" можно почитать тут (цитата):
Таскать приходится много. Для полной ставки обязана и подписывать на периодику на 10 000 ₽ в месяц, и продавать товары на 15 000 ₽.
Это сложно, потому что выписывают немногие даже в частном секторе, а продавать приходится без скидок и акций. Почта не супермаркет, увы!
Те, кто думают, что в этом году хотя бы на 10% почтовикам прибавили, ошибаются. Остались те же 20 300 ₽. Обязанностей добавилось: распределили улицы между оставшимися. Почтальонов не хватает!
Ждали премию на 8 Марта, теперь - на День России. Оказалось, зря!
Не смотря на это директорат (3 человека) этой организации выписали себе премий почти на 100 миллионов рублей.
«Всё для вас», или Садизм как метод работы
Существует устойчивый миф, что сотрудники Почты России проходят специальные курсы повышения квалификации по психологическому давлению. Это не так. Это врождённое. Это передаётся с молоком матери или появляется в результате мутаций после долгого нахождения в подвалах старых зданий.
Как это работает? Вы подходите к окошку, где висит гордая табличка «Оператор». Оператор увлечён. Она может увлечённо красить губы, пить чай, раскладывать пасьянс на компьютере (том самом, новом, с современной ОС), или просто смотреть сквозь вас, видя ауру.
Вы робко здороваетесь.
Тишина.
- Девушка, здравствуйте, я за посылкой.
Она поднимает глаза. В них — глубина вселенской усталости и презрения к существу, посмевшему её отвлечь от великого таинства чаепития.
- Извещение давайте.
Вы протягиваете бумажку. Она её берёт двумя пальцами, словно это улика с места преступления. Смотрит на монитор. Смотрит на извещение. Снова на монитор. Выдерживает паузу, достойную театральной паузы в МХАТе.
- Паспорт.
- Пожалуйста.
Она вертит паспорт, сверяет фото с оригиналом. Смотрит на вас, смотрит на фото, снова на вас, как будто подозревает, что вы украли собственную внешность.
- Распишитесь.
Вы расписываетесь. Она уходит искать посылку. Проходит 10 минут. 15. Вы видите, как она бродит где-то в глубине помещения, среди гор коробок и ящичков, похожих на руины древней цивилизации. Она ищет. Ищет долго и безнадежно. Возвращается.
- А её нет.
- ???
- Нет посылки. На месте не лежит. Может, в другом отделении.
- Как в другом? Я извещение получил на это!
- Ну значит, ошиблись. Приходите завтра.
И это не саботаж, это стиль работы. Потому что «вы тут ходите, ходите, а у нас работа». Завтра вы придёте снова. Завтра она снова будет красить губы. Но это полбеды. Ведь если у вас вдруг посылка с уведомлением о вручении, вы попали на остров сокровищ.
Связь времён: как советский менталитет пережил перестройку, дефолт и ребрендинг
Вот мы и подошли к главному. К сакральной сути. Можно сколько угодно рисовать крутые логотипы, вешать яркие вывески, закупать современные сортировочные центры, которые, говорят, действительно существуют где-то в макрорегионах. Можно написать супер-приложение, которое будет показывать, что посылка «прибыла в сортировочный центр» (и зависнет там на две недели). Можно перекрасить все отделения в модные цвета. Но пока Зинаида Петровна сидит в этом отделении, ничего не изменится.
Почему? Потому что Зинаида Петровна пришла сюда работать ещё в 1985 году. Она помнит, как принимали телеграммы, как выдавали пенсии, как стояли очереди за марками. И за эти почти 40 лет она выстроила вокруг себя ту реальность, в которой ей комфортно. А комфортно ей, когда всё лежит на своих местах (пусть эти места знает только она). Комфортно, когда клиент — это досадная помеха, а не тот, ради кого, собственно, всё и затевалось. В её картине мира Почта существует для неё, а не для вас. Вы просто временное неудобство в её рабочем дне.
И никакой ребрендинг этот менталитет не сломает. Это культурный код, который передаётся новым сотрудникам. Молодые девчонки, которые приходят устраиваться, глядя на крутую рекламу, через месяц работы под руководством матёрого оператора сами начинают смотреть на посетителей волком. Среда засасывает. Атмосфера подвала и запах старых журналов делают своё дело.
То же самое было и со Сбером. Герман Оскарович, конечно, молодец, выстроил огромную структуру, поменял всё, включая цвет логотипа и названия. Но сколько ещё в регионах осталось отделений, где в окошках сидят тёти, которые норовят впарить вам страховку жизни вместе с переводом в 500 рублей, и смотрят на вас, как на врага народа, если вы отказываетесь? Много. Потому что логотип логотипом, а кадровый состав — это бронебойная субстанция.
Рецепт: детонация и стерилизация почвы
Так что же делать? Как вылечить этого пациента, который явно болен хронически и неизлечимо? Лекарства тут бессильны. Гомеопатия в виде новых бланков и электронных очередей (которые, кстати, часто работают, но только для галочки) не помогает. Нужна хирургия. Нужна радикальная, безжалостная, тотальная зачистка.
Представьте себе: берётся вся структура Почты России. Все, слышите, абсолютно все сотрудники - от начальника самого зачуханного отделения в деревне Гадюкино до генерального директора, от грузчиков до IT-специалистов, которые писали тот самый глючный трекер, все приглашаются на торжественную линейку. Им вручаются почётные грамоты, медали «За долготерпение клиентов», конверты с выходным пособием и путёвки в санаторий. После чего здание опечатывается.
Дальше самая ответственная часть. Приглашаются сапёры. Всё, что было построено, нажитое непосильным трудом клиентов (то есть нашими с вами деньгами), все эти стеллажи с консервами и семенами, амбарные книги, старые мониторы, верёвочки, печати, штемпеля «Оплачено» и «Погашено», всё это идёт под снос. Контролируемый взрыв. Желательно такой мощности, чтобы не осталось даже фундамента. Чтобы дух Зинаиды Петровны развеялся над полем, усеянным обломками былой «славы».
После взрыва место необходимо обработать химикатами. Очистить от ментальных спор. Засеять почву новыми идеями. И только потом, на этом абсолютно стерильном, выжженном дотла месте, начинать строить что-то новое.
Великое строительство и угроза рецидива
Итак, земля выжжена. Мы нанимаем новых людей. Мы проводим строжайший кастинг. Психологический тест на стрессоустойчивость, тест на доброжелательность, тест на отсутствие в роду работников связи старше 1980 года рождения. Мы обещаем им высокую зарплату, крутой соцпакет, современные условия труда. Мы строим светлые, прозрачные офисы, где нет места подсобкам с залежами консервов, семян и журналов. Всё автоматизировано, всё летает, дроны доставляют письма, роботы сортируют посылки, а сотрудники только улыбаются и помогают.
Красота? Утопия? Рай?
Но даже в этом раю есть риск. Потому что рано или поздно, где-то на горизонте может появиться тень. Тень той самой старушки, которая «случайно» зашла посмотреть, что тут построили. Бывший сотрудник почты на пенсии. Она посмотрит на роботов, покачает головой и скажет:
- «Эх, молодёжь, разве ж это работа? Вот раньше мы посылки искали... Бывало, по три дня ищешь, а потом найдёшь, а она уже сгнила, но зато порядок! А вы тут всё техникой балуетесь. Клиентов разбаловали. Приходят, улыбаются... Непорядок».
И если вовремя не прогнать эту бабушку, её слова могут запасть в душу какому-нибудь впечатлительному новичку:
- А что, если и правда, проще посылку «потерять», чем искать?
- А что, если поставить в углу стеллажик, продавать там чего-то?
- А что, если притормозить выдачу, чтоб не расслаблялись?
Видите, опасность рецидива велика. Старые работники - это вирус. Они могут просочиться даже через самые современные системы безопасности. Поэтому после взрыва нужно установить карантинную зону радиусом 100 километров, куда вход бывшим сотрудникам почты строго воспрещён под страхом пожизненной подписки на газету «Почта России. Вестник утерянных отправлений».
Но пока этого не случилось. Пока мы живём в мире, где новый логотип соседствует с допотопным отношением в работе. Где обещания цифровизации разбиваются о бетонную стену человеческого равнодушия и совдепии. Где зайти за посылкой, всё равно что сходить на сеанс психотерапии с обратным эффектом.
Почта России - это удивительный феномен. Это машина времени, которая переносит вас прямиком в 1985 год, стоит лишь переступить порог. И никакой ребрендинг не в силах победить гравитацию советского сервиса. Потому что, как ни крути, логотип - это всего лишь картинка. А Зинаида Петровна - это явление природы. И бороться с природой, как известно, бесполезно. Её можно только переждать. Или, следуя нашей радикальной теории, уничтожить всё живое и начать эволюцию заново.
Так что, господа из руководства, хватит тратить миллиарды на дизайнеров и маркетологов, потратьте их на сапёров, на динамит. На создание новой расы почтовых работников, выращенных в пробирке, с заведомо отсутствующим геном хамства и геном любви к раскладыванию пакетиков с семенами огурцов на видном месте. Иначе никакой новый логотип не скроет запаха нафталина, которым пропитана сама суть этой организации.
А нам, простым смертным, остаётся только запастись попкорном и наблюдать за этим бесконечным сериалом. Ведь, согласитесь, если бы Почта России вдруг стала работать идеально, мы бы лишились огромного пласта народного фольклора. Мы бы не могли больше рассказывать друзьям истории о том, как посылка путешествовала по стране дольше, чем Крузенштерн. Мы бы забыли, что такое «последний день доставки» и «извините, мы ничем не можем помочь».
Так что, Зинаида Петровна, работай. Работай так же вдохновенно и бездарно. Радуй нас своим презрительным взглядом и умением терять трёхкилограммовые коробки в пустой комнате. Потому что без тебя жизнь стала бы слишком пресной и предсказуемой. А так - мы знаем: что бы ни случилось, какие бы санкции ни наложили, какой бы курс доллара ни установился, есть вечная, незыблемая, как гранит, Почта России. И она не подведёт - она всегда оставит вас без посылки, но с консервами. Славься, великая консервная держава!
И это... маловат у тебя ассортимент консервов! Давай еще икру кабачковую, капусту квашеную в банках по 3 литра, такие же банки томатного сока, и наборы детских конструкторов. Ну, ты сама знаешь, всего того, что соответствует "профилю твоей работы" (если ты еще помнишь, что твоя основная обязанность - доставка почты, а не продажа макарон).
P.S.
https://dzen.ru/a/aZXTchD7VhuweQjq
Цитата:
Минцифры готовит законопроект, который изменит работу «Почты России» и затронет крупных игроков рынка доставки. Глава ведомства Максут Шадаев анонсировал законопроект, который перераспределит правила игры на рынке.
По словам Шадаева, маркетплейсы и альтернативные службы доставки за последние годы фактически забрали экономически эффективную часть почтового бизнеса. За «Почтой» осталась только социальная функция, которую государство регулирует, но которая заведомо убыточна.
А как, интересно, они "забрали"?! Пришли с дубинами и сказали:
- "Мы это забираем, пикнете - вам конец!"
Так что ли забрали?
Или просто сами люди предпочли другие способы отправки и получения отправлений чтобы только в Почтой России не связываться???