Смотреть на то, как человек сознательно разрушает себя, всегда тяжело. Пока Анастасия рассказывает о «профессиональных недугах» и делает вертикальный шпагат сразу после наркоза, её реальное состояние вызывает массу вопросов. Поговорим откровенно: почему окружение балерины продолжает подогревать её эпатажное поведение, игнорируя очевидные проблемы со здоровьем? Давайте обсудим и вместе выясним, где заканчивается балет и начинается путь в никуда.
Это надо видеть своими глазами, чтобы понять, насколько бездонной может быть пропасть человеческого падения (полное видео вы можете посмотреть в моём Телеграм-канале, ссылка внизу). Сидит женщина. Взгляд отсутствующий, моргает раз в минуту, потому что даже этот простейший рефлекс уже даёт сбои. Волосы взлохмачены, лицо опухшее, речь такая, будто язык во рту не помещается. И эта женщина с умным видом вещает на камеру о том, что у нас, у зрителей, нет сострадания к людям.
Она, будучи в состоянии тяжёлого алкогольного опьянения, сидит и учит жизни всю страну. Обвиняет нас в чёрствости и отсутствии эмпатии. И главное — не удаляет это потом. Не просыпается наутро в холодном поту, не хватается за телефон в ужасе, не стирает этот позор. Она оставляет. Потому что у неё напрочь отсутствует критическое мышление. Потому что ей кажется, что вот это месиво, которое выливается из динамиков, — это и есть глас народа. Благо, её любимая Лолочка спокватилась и видео позже было удалено. Но кто-то успел сохранить.
«Я тоже человек, — вещает она, едва ворочая языком. — Я тоже могу заболеть. У меня что-то может болеть. А вы мне назовите ещё хоть имя одной балерины, которая, как я, всех людей приглашает абсолютно бесплатно на свои выступления».
Дорогая моя, Настя. Ну какая ты балерина? Балерина — это про дисциплину. Про жесточайший режим. Про многолетний труд, при котором рюмка спиртного появляется в жизни раз в год по обещанию. Русский балет всегда славился своей школой, своей строгостью, своим аскетизмом. А то, что мы видим сейчас, — это женщина с серьёзной зависимостью, которая пытается прикрыть свою беду громкими словами о служении искусству.
Кстати, про «бесплатные концерты». Давайте сразу расставим точки над i. Ничего бесплатного в этой жизни не бывает. Особенно когда речь идёт об аренде залов, техническом персонале, свете, звуке, охране. Это всё деньги. Я думаю вы, как люди здравомыслящие, и сами это понимаете. И деньги эти, хотите вы того или нет, вынимаются из кармана налогоплательщиков. Потому что эти «бесплатные» выступления Волочковой для бюджетников, для ветеранов, для «всех желающих» оплачиваются из госбюджета. То есть из наших с вами денег.
И на что идут наши деньги? На то, чтобы шатающееся нечто с трудом держалось на ногах и пыталось изобразить шпагат под аккомпанемент собственного мычания про «не понимаете вы мою боль».
«Вы мне скажите, вы можете назвать вообще хоть имя одной балерины, которую вы знаете?» — продолжает вещать женщина с лицом, которое уже давно даёт понять, что со здоровьем серьёзные проблемы.
Можем, Настенька. Можем. Ульяна Лопаткина. Светлана Захарова. Диана Вишнёва. Они, кстати, как-то не замечены в публичных падениях и в трансляциях своих проблем на всю страну. Они просто работают. Танцуют. Представляют Россию на лучших сценах мира. И им в голову не придёт корить зрителей за отсутствие сострадания, потому что они понимают: зритель пришёл за искусством, а не за тем, чтобы смотреть на чужой распад.
Но вернёмся к нашей героине. Ситуация, прямо скажем, аховая. Причём если с Лепсом всё более-менее понятно — там мужская история с соответствующими последствиями, то здесь случай особый, женский, и от этого ещё более страшный ( о Григории тоже писала на днях в Телеграм, скоро опубликую статью, где расскажу ещё более пугающую информацию...).
Помните, мы буквально пару дней назад обсуждали Григория Викторовича? Как он падает в гримёрках, как команда перешагивает через него, как врачи бьют тревогу, а он отказывается лечиться, обижаясь на грубые формулировки докторов. Так вот, Волочкова — это, пожалуй, ещё более печальный случай. Потому что если Лепс хотя бы пытается держать лицо на публике и его падения происходят за закрытыми дверями, то Настя выносит всё это на люди. С упоением. С наслаждением. С чувством выполненного долга.
И вот свежая новость. Волочкова недавно вернулась из Германии, где ей сделали операцию на ноге. Операция, по её словам, обошлась почти в миллион рублей. Дорого, богато, пафосно. Лучшие врачи Германии, одна из самых уважаемых клиник страны. Так она говорит.
Реальность, как всегда, оказалась чуть менее гламурной. По информации из разных источников, клиника, где оперировалась Волочкова, имеет не самую лучшую репутацию среди местных жителей. Там периодически возникают проблемы с оборудованием, а пациентов иногда выписывают раньше срока из-за загруженности. И питание там, мягко говоря, спартанское.
И вот в этой клинике наша «прима» делала операцию за миллион. И даже отказалась от дополнительного пакета услуг — стационара, реабилитации и ухода, чтобы сэкономить. Человек, который вещает о своих многомиллионных доходах и возможностях, экономит на собственном здоровье в сомнительном медицинском учреждении.
Когда информация просочилась в прессу, Волочкова, конечно, возмутилась. Выдала очередной опус про то, что СМИ врут, что она лечилась в дорогущей клинике, что профессора восхищались, что она сразу после наркоза делала шпагат, проверяя, не пострадала ли растяжка.
«Мои дорогие! Ну, может, хватит слагать про меня небылицы? — возмущается она. — Пишут про какие-то непонятные больницы, где мне якобы сделали операцию на ножке. Хотя на самом деле все прошло в дорогущей клинике в Германии. Я не стану называть точную сумму в десятках тысяч евро, которая была отдана за операцию, чтобы не шокировать».
Не шокируй, Настя. Мы уже шокированы. Шокированы тем, что человек настолько неадекватно оценивает реальность. Что, находясь в больнице с сомнительной репутацией, она продолжает верить в свою исключительность и мировую славу.
И вот теперь, после возвращения, она выходит в эфир в таком состоянии, что даже видавшие виды комментаторы хватаются за голову. Это же не просто «выпила лишнего». Это серьёзный срыв. Это состояние, когда человек уже не совсем понимает, где он, с кем он и зачем он вообще включил камеру.
«Я вас всех бесплатно приглашаю на мои выступления уже 40 лет! — кричит она в пространство. — 40 лет подряд! Скажите, чем я провинилась?»
Тем, Настя, что ты превратилась в ходячий анекдот. Тем, что твои «бесплатные концерты» — это способ напомнить о себе, потому что за деньги уже никто не идёт. Тем, что вместо танцев ты показываешь стране, как пагубные привычки медленно, но верно убивают человека. И тем, что рядом с тобой нет никого, кто бы остановил этот кошмар.
Вот это, кстати, отдельная тема. Окружение. Люди, которые находятся рядом с Волочковой. Где они? Почему они позволяют ей выходить в эфир в таком виде? Почему не отнимут телефон, не уложат спать, не вызовут врача? Или им всё равно? Или им выгодно, чтобы шоу продолжалось?
По рассказам знакомых, ситуация со здоровьем Насти давно уже вызывает серьёзные опасения. Там не просто «любит выпить», там медицинский диагноз. Хроническая зависимость с соответствующими последствиями. Печень, которая, несмотря на феноменальную генетику — а у неё действительно крепкий организм, иначе она бы уже давно слегла, постепенно сдаёт позиции. Врачи говорят о предциррозном состоянии. О том, что скоро может быть поздно что-то делать.
И вот вопрос: кто в этом виноват? Сама Настя? Безусловно. Но и те, кто её окружает, кто не бьёт тревогу, кто использует её как дойную корову и цирковую обезьянку для рейтингов. Эту самую Лолочку, которая постоянно маячит где-то рядом, надо бы спросить: а ты понимаешь, что через год-два твоя подруга может просто не проснуться? И что ты будешь делать дальше?
Помните историю Уитни Хьюстон? Тоже гениальная (как и наша Настенька) певица, тоже пагубные пристрастия, тоже толпа приживал вокруг. И все смотрели и кивали, пока однажды тело не нашли в номере отеля. И никто не оказался виноват. Потому что «она сама».
Но Волочкова пока жива. Пока ещё может говорить, двигаться, даже пытаться танцевать. Хотя с каждым разом это становится всё печальнее. Взгляд всё более отсутствующий, речь всё более невнятная, движения всё более хаотичные.
И самое страшное, что она этого не видит. Для неё все вокруг — злые завистники, которые пишут про плохие клиники и не ценят её гениальность. А она — великая балерина, которая 40 лет дарит людям радость бесплатно. И требовать от неё адекватности так же бессмысленно, как требовать от ребёнка понимания взрослых проблем.
«Я на костылях хожу в своём особняке! У вас есть хоть что-нибудь? Дом, квартира, что-нибудь у вас есть? Я вам хочу сказать, я не кичусь», — заявляет она, совершенно не замечая абсурдности фразы «я на костылях хожу в своём особняке, но я не кичусь».
Ведь если ты на костылях ходишь по особняку и при этом вещаешь об этом на всю страну — это и есть попытка доказать, что ты лучше, выше, богаче. Только почему-то богатые и успешные люди обычно не сидят с трясущимися руками и отсутствующим взглядом перед камерой, доказывая миру свою состоятельность. Они просто живут. И работают. И не требуют сострадания за каждую свою болячку.
Кстати, про болячки. Операция на ноге — это действительно профессиональное. Балет калечит суставы, это факт. Наши врачи, российские травматологи-ортопеды, творят чудеса. Легенды о них ходят по всему миру. Можно было сделать операцию здесь, в хорошей клинике, получить нормальный уход и реабилитацию. Но нет, надо в Германию. Надо к «лучшим профессорам». Надо, чтобы пафосно. А получилось — сомнительное учреждение, за миллион, с простым питанием и без нормального обслуживания.
И после всего этого — обвинять нас в отсутствии сострадания. Может, сострадание должно быть взаимным? Может, если ты хочешь, чтобы тебя жалели, надо хотя бы немного уважать тех, к кому ты обращаешься? Не выходить в эфир в состоянии полного опьянения, не оскорблять зрителей, не требовать благодарности за то, что ты 40 лет «бесплатно» танцуешь на деньги налогоплательщиков?
Люди, которые комментируют её посты, пишут в основном одно и то же: «Настя, остановись». Это искренняя тревога. Когда женщина в 50 лет имеет такой вид, такой взгляд, такое поведение — это страшно. Это не повод для насмешек, это повод для беспокойства. Но Волочкова слышит только то, что хочет слышать. Или не слышит вообще ничего.
Алкогольный делириум, он ведь не сразу приходит. Сначала просто «выпиваю по праздникам», потом «снимаю стресс», потом «расслабляюсь после концертов», а потом — здравствуйте, проблемы со здоровьем. Здравствуйте, провалы в памяти. Здравствуйте, стримы, о которых наутро будешь жалеть, но утром будет новый день и снова будет казаться, что ты права, а весь мир — несправедлив.
И ведь не остановить. Пока сам человек не захочет — никакие врачи, никакие уговоры, никакие операции за миллион в сомнительных клиниках не помогут. Можно только стоять и смотреть, как она бежит к финишной ленточке. Бежит, развевая волосы, и даже не понимает, что финиш этот уже совсем рядом.
Я не знаю, чем закончится эта история. Может, Настя возьмёт себя в руки, начнёт лечение, вылечится и ещё станцует что-то приличное. Может, случится чудо и к ней вернётся критическое мышление. Но глядя на то, как она сейчас выглядит и что говорит, в это верится с трудом.
Потому что человек, который на полном серьёзе считает, что 40 лет бесплатных концертов дают ему право на неуважение к зрителям и странные выходки в эфире, — этот человек уже глубоко в своей болезни. Осталось только тело, которое пока ещё функционирует. Но, судя по клинике и простому питанию, функционирует оно с перебоями.
Так что, Настя, сострадания просишь? Получи. Мы сострадаем твоей печени, которая до сих пор держит удар. Мы сострадаем твоим связкам, которые вынуждены работать в режиме постоянных нагрузок и интоксикации. Мы сострадаем твоим зрителям, которые платят налоги на твои «бесплатные» концерты. Но тебе самой? Тебе самой — нет. Потому что ты выбрала этот путь сама. И упорно идёшь по нему, несмотря на все знаки свыше, включая неудачные операции и комментарии обеспокоенных людей. Так что иди дальше. Только, пожалуйста, позаботься о себе. Пока не поздно. Пока ещё есть шанс. Пока организм, несмотря ни на что, держится. Остановись. Выключи телефон. Ляг спать. А утром позвони врачу. Настоящему. Который не в Германии, а рядом. Который не будет говорить ничего лишнего, а просто спасёт тебя. Конечно, только если ты сама этого захочешь...
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: