Василиса переоделась, попила воды из запотевшего глиняного кувшина и впервые не обращая внимания на вертящихся вокруг неё домовых духов, вышла на улицу, набирая телефон юриста.
В трубке раздалось короткое:
- Приезжайте. - И девушка вызвала такси. Садиться за руль апельсинки как-то не хотелось.
В адвокатской конторе ее ждали, сразу же проводили в нужный кабинет.
Выслушав свободный пересказ полученной от Елены Юрьевны информации, мужчина коротко улыбнулся:
- Это, мягко говоря, не совсем так. Проблемы, повторяюсь, есть, и их приличное количество: ваша бабушка действительно не оформила вступление в права наследства за вашим отцом должным образом. Но она приняла его по факту, проживая и ремонтируя дом, поддерживая его в нормальном состоянии, оплачивая налоги.
- С этим всё нормально.
- Но кое в чём права и ваша мать, к сожалению, - она и впрямь приняла наследство в нужный срок, а вы этого не сделали.
- Я ничего не знала! - вскинулась Василиса.
- Да, я указал это в ходатайстве о восстановление сроков вступления в наследство.
- Фактически мы имеем следующее: завещание вашей бабушки составлено правильно, с ним никаких проблем нет. Завещать она могла только свою треть дома и сделала это. К счастью, земля и дом оформлены отдельно, а земля принадлежала изначально вашей бабушке. Соответственно, земля вам переходит в полном объёме, а дом от земли неотделим. Выделить долю в натуре невозможно, и Вы должны её выкупить.
- Продать третьим лицам такою долю будут затруднительно, поскольку она не выделена. Думаю, у вас не возникнет проблем с выкупом.
- Как вообще может так получиться, что земля принадлежит одному человеку, а постройка на ней - другому? - изумилась Василиса.
- Юридическая коллизия. Конечно в городе или области крупного города такое маловероятно, а в деревнях до сих пор большое количество недвижимости не оформлено вообще.
- То есть, люди живут, дома строят и перестраивают, а единственный документ на землю - какое-нибудь выданное в советское время свидетельство. А на дом и вовсе документов может не быть - какие документы, если сами построили.
И живут поколениями, ничего документально не оформляя, и всем всё нормально.
- В общем, сейчас подаёмся на восстановление сроков вступления в наследство, а вы узнавайте сколько второй наследник хочет за свою долю.
- А если она не захочет продавать?
- Ну вынудить ее вы не сможете, также не сможете и препятствовать использованию, если ей захочется..
Василиса поняла что здесь юрист не советчик, поблагодарила и поехала в контору.
Вопрос:
- Где взять денег на выкуп, - её, как не странно, не особо беспокоил: - почему-то юная ведьма была уверена: стоит придти к руководителю, и он выдаст ей займ. Под работу, под зарплату, подо что угодно.
В конторе ждала Василису поднадоевшая уже программа с камерами.
Не то чтобы Василиса тратила на это очень много времени, просто наблюдать за чужой жизнью - хоть и по крайней необходимости - не нравилось.
Камеры ничем особо не порадовали, хотя косвенно подтвердили её предположение: когда оставшийся неизвестным ей мужчина не заходил в спальню, ничего странного не происходило.
К сожалению, косвенное доказательство в данном случае Василису не устраивало - Анжелика явно была не тем заказчиком, которому можно аргументировать на уровне "мне кажется". Волей-неволей нужно было ждать. Судя по всему, мужчина посещал её спальню далеко не ежедневно.
Оставалось ещё одно дело, неприятное но необходимое: обсудить с матерью вопрос выкупа. Сказать что Василисе не хотелось этого делать - значит ничего не сказать.
Однако же и тянуть смысла не было: если Елена Юрьевна вбила себе в голову что-то всерьёз - рассчитывать на то что она забудет или передумает - абсолютно бессмысленно.
Так ничего не придумав, Василиса приехала в квартиру. Она сама себя удивлялась:
- Она никогда не отличалась жадностью, да и живёт фактически в светёлке конторы без названия, а всё одно - отдавать было жалко.
Встретила её маменька не особо приветливо, однако пригласила на кухню и чашку с чаем поставила, и плетенку с маковыми сушками, и даже сахарницу.
- Мама, и всё-таки зачем ты всё это затеяла? - начала Василиса, отпив без малейшего удовольствия жидкий невкусный чай. Болтающийся в чашке пакетик вызывал уныние, и девушка его выкинула.
Глупо было бы рассчитывать на то что это улучшит вкус напитка.
Елена Юрьевна задумчиво постучала ложечкой по столу.
- Видишь ли, - неторопливо начала она, - возраст у меня ещё красивый, но уже не тот при котором красота всё решает. Пока за мной ничего нет- котировка на рынке невест у меня не высока.
Она помолчала.
Молчала и Василиса.
Чай в чашке остыл и покрылся неприятной плёнкой, и девушка выплеснула его в раковину. Помыла чашку, налила воды, села обратно напротив матери.
- В общем, мам, оформлять документально квартиру я на тебя не стану, на это можешь даже не рассчитывать. Хочешь делать ремонт - делай, если нужно, я помогу финансово. Только перед тем как начинать - согласовывай со мной свои гениальные идеи.
- То есть, ты готова потерять дом бабки? - Голос Елены Юрьевны ощутимо похолодел. Похолодало и в кухне, да так что Василиса невольно задумалась:
- Не скрываются ли в маменьке какие-либо латентные способности? - Подумала она это про себя, а вслух сказала:
- Мама, ты прекрасно знаешь что продать дом в деревне не сможешь. Завещание написано на меня, принадлежит там тебе всего лишь треть, и то- это треть от дома, а не от участка. Но и ее продать не сможешь, поскольку дом стоит на земле, а земли у тебя в собственности-то и нет.
- Документы нашла или к юристу ходила? - Хладнокровно поинтересовалась Елена Юрьевна.
- И то и другое, - не стала скрывать Василиса. - Я могу предложить тебе выкупить эту треть, но конечно не в обмен на эту квартиру.
- Да зачем она тебе?! - В сердцах рявкнула маменька.
Василиса не задумываясь сказала правду:
- Я здесь выросла и жила всю сознательную жизнь. Для меня это не просто стены, а ещё и память.
Женщина фыркнула.
-Ну раз мы не договорились, значит я буду в этой чёpтoвой деревне отдыхать!
- Мама, ты даже не знаешь как туда доехать!
- Ничего,- ехидно ухмыльнулась Елена Юрьевна. - В документах адрес указан.
- И ещё. Имей в виду, дорогая дочь, - жить я буду здесь у тебя. В конце концов, другого жилья у меня нет и любой суд станет на мою сторону.
На том они разошлись, крайне недовольные друг другом. Василиса успела лишь на ходу погладить Трифона, всерьёз задумавшись: а не забрать ли домового с собой, вдруг что с ним случится.
В свою светёлку девушка пришла в полном расстройстве чувств и с порога спросила Прошу:
- Прошка, если я привезу сюда ещё одного домового, ты с ним ужиться сможешь?
- Зачем? Что случилось? - засуетился беспокойно домовик.
- Я боюсь что Трифону моя мать чем-нибудь навредит, - честно призналась Василиса.
- Навредить домовому в том доме куда его хозяйка привела, очень сложно. Расскажи по порядку, может быть я что и посоветую?
Василиса вздохнула и рассказала всё по порядку.
Рассказ девушки был сумбурным, однако Проша ни разу её не перебил.
К тому времени когда юная ведьма закончила, она с изумлением увидела что Акулина беззвучно и незаметно накрыла на стол, потихоньку пододвинув к ней чашку горячего янтарного чая и тарелку завёрнутых со сладким творогом налистников.
- Что придумывать-то начали, - изумился домовой. - С покон веку было так: - всё за ведьмой её преемница наследует. Какие-такие документы? За умepшим так же: сколько есть сыновей, на всех и делят.
- Ну так здесь-то получилось что сын yмeр раньше чем мать!
- Ну и что? - с непередаваемой уверенностью в собственной правоте моргнул домовой. - У него же осталось дочь, ты - единственная наследница. Что делить-то? Вот как было б у тебя несколько братьев да сестёр....
- Эх, Проша, если бы всё было так просто, - Василиса грустно рассмеялась. - Вот приедет она, а мне как будет? Как чудеса от чужих глаз прятать? Да и не хочу я ее туда пускать, - честно призналась сама себе юная ведьма.
-Да как она приедет-то, если ты не разрешишь! - воскликнул Проша.
- А я могу запретить, по закону она имеет право.
- Хозяйка, в дом ведьмы без её согласия никто зайти не сможет, - тихо прошелестела Акулина. - А ты ведьма природная, кровная, тебе куды подчинились. Закрыть вход кому угодно в дом - раз плюнуть.
- Как это? - устало спросила Василиса. - Как я могу закрыть вход? Замок сменить?
Проша внимательно оглядел свою хозяйку.
- Василисушка, если ты не захочешь - никто и найти тот дом не сможет. По переулку будет ходить да не увидит.
Василиса на секунду выдохнула, но только на секунду: она прекрасно понимала что отвести глаза - это только временное решение.
Ну раз Елена Юрьевна не найдёт входа, ну два раза. А на третьей она поймёт что что-то не так.
А её, Василису, Гардер чётко предупреждал о запрете "магии вне Хогвартса", вернее, о ее применении в том виде, в каком люди могут её ощутить или задуматься о существовании.
- Это отсрочку только даст. Раньше или позже мне придётся туда её опустить, а там всё-таки домовой с дворовым, непуганные, людей давно не видевшие, вдруг она им навредит чем.
Прошка вытащился на хозяйку и по слогам повторил:
- Василисушка! Ты - ведьма, и это твой дом, тебе дареный! Никто и ничего там без твоего согласия и желания не сделает, -в какой-то момент Василисе показалось что домовой подойдёт и постучит её согнутым пальцем по лбу, однако этого конечно же не произошло.
- Ну приедет она пару раз, ну не понравится ей там, а поверь - домовой любой способен сделать пребывание нежеланного человека в доме более чем неприятном, причём всё это будет выглядеть абсолютно естественно.
Да и перестанет ездить-ноги бить. Сама же говоришь - нет у неё желания там жить, просто уесть тебя хочет.
Василиса понимала что домовые духи изо всех сил стараются её утешить, и благодарно им улыбнулась.
В дверь постучали, и все трое изумлённо переглянулись: на памяти Василисы это был едва ли не первый случай, когда в её дверь стучат - гости заходили либо с ней, либо никак.
Да и гостей этих было "раз-два и обчёлся".
Василиса подошла и распахнула дверь.
На пороге оказался Савелий.
Ваша сказочница, Нос-к-Носу
Продолжение следует