Подмосковный полигон Алабино окутала снежная пелена, метель не щадила никого. Посреди этого зимнего безмолвия стоял юноша, изможденный и бледный после тяжёлого воспаления лёгких. На нём — защитный костюм, поверх которого надет танковый комбинезон. Ассистенты, не теряя времени, поливали его бензином. Предстояло снимать сцену с огнём.
Режиссёр Владимир Роговой давал последние указания: «Главное — от камеры не отворачивайся, лицо береги, если что — сразу потушим!». Прозвучала команда «Мотор!». Спина парня вспыхнула, огонь взревел. По сценарию, он должен был отстреливаться из автомата, но затвор заклинило. Охваченный ужасом, юноша кричал сквозь пламя: «Не стреляет!». А с безопасного расстояния, перекрывая рёв огня, доносился режиссёрский голос: «Стреляй понарошку! Как дети во дворе: ты-ды-ды!».
И он, горящий в танке, начал имитировать стрельбу детским «ты-ды-ды». Именно эти кадры вошли в финальную часть фильма, на котором выросло не одно поколение зрителей. Александр Воеводин, исполнивший роль Егора Трофимова в легендарных «Офицерах», тогда даже не подозревал о существовании каскадёров. Ему сказали гореть — он горел. Главной целью было подарить зрителям незабываемый фильм, который будут помнить долгие годы. И съёмочная группа «Офицеров» блестяще справилась с этой задачей.
Детство в коммуналке и фронтовые истории
В киноленте у героя Александра Воеводина, Егора Трофимова, были идеальные родители. Однако для самого Александра жизненный старт оказался куда более суровым. Отца он не помнил вовсе: Михаил Иванович ушёл из жизни в двадцать четыре года, когда сыну исполнился всего месяц. Причины его ухода мама хранила в тайне до самой своей кончины.
Саша рос в огромной московской коммуналке, где на одной кухне собирались четырнадцать семей. Несмотря на отсутствие отца, мужского воспитания ему хватало с избытком. В соседних комнатах жили братья матери, дядя Витя и дядя Володя — настоящие фронтовики, а не герои экрана. Дядя Володя командовал батальоном, а дядя Витя — миномётным взводом. Последний вернулся с войны с искалеченной ногой: часть ступни была ампутирована.
Именно хромающий, но неунывающий дядя Витя стал для Саши заменой отца. Летом на даче в Снегирях они на рассвете уходили в поля. Пока солнце поднималось над горизонтом, дядя рассказывал военные байки, разыгрывая их в лицах так, что любой артист позавидовал бы. Он, инвалид, на своей больной ноге бегал быстрее маленького племянника. Возможно, именно в этих утренних прогулках, слушая фронтовые истории, будущий актёр впитывал то, что впоследствии помогло ему воплотить образ Егора Трофимова.
Путь к мечте: от прожекторов до «Офицеров»
Путь Александра Воеводина в актёрскую профессию был тернист. Сначала, как это часто бывает, был Дом пионеров: выжигание по дереву, попытки освоить балалайку. Всё это быстро наскучивало, пока от скуки он не заглянул в театральный кружок. Там поначалу ему доверяли лишь менять цветные фильтры на прожекторах во время спектаклей. Но сцена, за которой он наблюдал из-за кулис, неумолимо притягивала.
Когда Воеводин решил поступать в Школу-студию МХАТ, знаменитая Софья Пилявская, прослушав его, вынесла вердикт: «Стихотворения читаешь неплохо, но совершенно непонятно, кого ты будешь играть — у тебя ещё амплуа не сформировалось». Юный абитуриент не растерялся и пообещал за год, пока доучивается в школе, «сформироваться». И сдержал слово — через год с первой попытки поступил на курс к Виктору Монюкову.
В картину «Офицеры» Александр Воеводин попал, будучи студентом второго курса. Ассистенты режиссёра обнаружили его фото в картотеке «Мосфильма», куда студенты тайком приносили снимки во время летних каникул. Сниматься во время учёбы было строжайше запрещено — за это запросто могли отчислить, но соблазн был слишком велик.
Первый съёмочный день проходил в Севастополе, и не летом, а в разгар весеннего семестра. Пропускать занятия в школе-студии было нельзя, но и от роли отказываться уже не хотелось. Воеводин в отчаянии отправился к заведующей учебной частью Марине Францевне Ковалевой. Эта женщина, сама в прошлом киноактриса, игравшая в «Тимуре и его команде», относилась к студентам по-матерински. «Конечно поезжай сниматься!» — сказала она. «А если отчислят?». «Что-нибудь придумаем. Подушечки подложим!» — успокоила его Марина Францевна. «Подложить подушечки» означало «прикрыть перед начальством». И прикрыли. Никто из педагогов даже не заикнулся об отсутствии Воеводина.
Отец на экране и в жизни
На съёмочной площадке царила особенная атмосфера. Георгий Юматов, исполнивший роль отца Егора, относился к молодому партнёру с невероятной теплотой, постоянно называя его «сынком». Александр тогда не подозревал о личной трагедии великого артиста: у Юматова не было своих детей. Для двадцатилетнего студента сорокалетний Юматов казался человеком совсем другого масштаба — за его плечами была настоящая война, служба юнгой на флоте, шрамы и награды, о которых он, кстати, почти никогда не говорил, да ещё и артистом он был гениальным. Воеводин смущался опеки Юматова, осознавая огромную дистанцию между ними, но в глубине души мечтал именно о таком отце.
Фильм вышел, когда Александр уже окончил вуз. Успех был оглушительным. Его фотографии продавались в киосках «Союзпечати», на улицах подходили незнакомые люди, чтобы выразить восхищение. Тогда, по молодости, это воспринималось как должное. Осознание того, что он вытянул счастливый билет и снялся в картине, которая станет настоящим шедевром, пришло намного позже.
Звёздный клуб и уроки мастерства
После выпуска вчерашние студенты бродили по Москве в весьма необычном виде: плащи, шпаги. Они показывались в театры, демонстрируя фехтовальные навыки и сцены из дипломных спектаклей. Воеводину повезло крупно — его приняли в Театр сатиры.
Этот театр был настоящим звёздным клубом, где блистали Миронов, Папанов, Ширвиндт, Пельтцер. Новичков здесь не нянчили. «Лезь вон из кожи, но докажи, что ты достоин здесь быть», — таким был негласный закон, который ощущался каждым вновь прибывшим.
Татьяна Ивановна Пельтцер, любимая всей страной «бабушка», в работе превращалась в настоящую фурию. Перед спектаклем она заводила себя скандалами: костерила реквизиторов, костюмеров, ругалась на чём свет стоит, чтобы поймать нужный нерв. В постановке «Мамаша Кураж» Воеводин играл её сына. В сцене, где он погибал, Пельтцер выходила, обнимала его бездыханное тело и пела тихонько: «Войне всего нужнее люди…». Александр лежал и каждый раз чувствовал, как на его шею капают настоящие, горячие слёзы. Она выносила сердце на сцену, проживая жизнь своих героинь с невероятной искренностью.
Спартак Мишулин был совершенно другим. Великий Карлсон обожал импровизации и розыгрыши. Во время репетиций он мог внезапно полить партнёра из сифона или затушить о спину Воеводина сигару — конечно, не по-настоящему, но выглядело это пугающе достоверно, заставляя окружающих замирать от неожиданности.
Разрыв с сыном и запоздалое осознание
Пока карьера Александра Воеводина стремительно шла в гору, в его личной жизни назревали серьёзные проблемы. Александр рано женился на девушке-инженере, которую встретил на крымском пляже. Вскоре родился сын Миша. Казалось, можно было жить и радоваться, но, когда сыну исполнилось пять лет, брак распался.
Развод оказался тяжёлым и, как сам Воеводин позже признавался, «нецивилизованным». Родители, поглощённые собственными обидами, не заметили, как их разборки рикошетом ударили по ребёнку. Александр исчез из жизни сына почти на десять лет. Маленький Миша пошёл в первый класс с мамой, бабушкой и дедом, а отца рядом не было. Мальчишки во дворе дразнили: «У тебя папа знаменитый артист, почему ты о нём не рассказываешь?», а Мише нечего было рассказать, потому что отца он толком-то и не знал. В детской душе росла обида: взрослые не поладили, а почему страдает он?
Возвращение отца в жизнь сына произошло благодаря тем самым «Офицерам». Однажды Александр пересматривал фильм по телевизору. Глядя на своего героя Егора, он вдруг подумал: «Боже, а ведь мой собственный сын сейчас почти ровесник Егора. Он уже школу заканчивает…». Эта мысль пронзила его так остро, что он не выдержал и набрал номер телефона, который не набирал годами.
Михаил взял трубку. Голос был уже взрослым. Отец узнал, что сын собирается поступать в институт, и предложил помощь с поступлением, с поиском хороших репетиторов. С этого момента они начали общаться регулярно.
Когда сын сдавал вступительные экзамены, «Егор Трофимов» стоял под окнами института и дрожал от страха так, как никогда не волновался перед выходом на сцену. Он смотрел на окна и думал: «Это же моя родная кровь, моё продолжение, а я и не заметил, как он вырос». Чувство вины накрыло с головой. Михаил не стал актёром, он выбрал юридический институт, насмотревшись, видимо, на родительские баталии и решив, что хочет помогать людям цивилизованно решать конфликты.
Голос из детства и собачья верность
В девяностые годы, когда кино и театры переживали далеко не самые лучшие времена, Воеводин нашёл себя в мастерстве дубляжа. Его голосом заговорили персонажи диснеевских мультфильмов, герои бразильских мыльных опер и Скрудж Макдак в мультфильме «Утиные истории».
А потом в его жизни появились собаки. Точнее, множество собак. В сериале «Возвращение Мухтара» Александр Воеводин на двенадцать лет стал полковником Хрулёвым. Съёмки были изматывающими: начинали в Москве, потом из экономии переехали в Киев, затем в Минск. Псов, игравших Мухтара, меняли одного за другим. Несмотря на дрессировку, служебные инстинкты у животных брали своё. Однажды, когда актёр слишком резко махнул рукой в кадре, «напарник» цапнул его за запястье да так сильно, что съёмки пришлось прервать на несколько месяцев.
Исцеление прошлых ран
Сейчас Александру Михайловичу далеко за семьдесят. Он давно не тот мальчишка, горящий в танке, и даже не полковник полиции. Теперь он — дедушка. У его сына Михаила трое детей, и младшая внучка Тася, кажется, единственная в семье унаследовала артистизм деда.
С сыном они наверстали упущенное время. Михаил уже сам отец и прекрасно понимает: когда работа любимая, она забирает человека целиком. Однажды они вместе отправились в Хельсинки, где Александр когда-то снимался в фильме «Свеаборг». Отец водил взрослого сына по местам своей молодости, показывал точки съёмок. И в этой прогулке по финским улицам окончательно растаяли остатки детских обид.
«Офицеры» до сих пор часто показывают по телевизору. Но для Александра Воеводина главная победа — не в том, что его героя помнят миллионы, а в том, что в реальной жизни ему удалось восстановить отношения с сыном. Ведь всё могло сложиться совсем иначе. А он сумел, пусть и с опозданием, переписать этот сценарий.
Что вы думаете о том, как Александр Воеводин смог восстановить отношения с сыном после долгих лет разлуки? Поделитесь мнением в комментариях.