Мы привыкли видеть океан лазурным и солнечным. Открытки дарят нам картинки коралловых рифов, разноцветных рыбок и бирюзовой воды. Но это тонкая плёнка на поверхности гигантского, неизведанного мира.
Сейчас мы сделаем то, что удавалось единицам. Нырнём в сумеречную зону, где животные становятся прозрачными призраками и зажигают собственный свет. Спустимся в зону полуночи, где эволюция создала самые безумные механизмы выживания. И достигнем Марианской впадины — бездны, где жизнь процветает там, где, по всем законам физики, её быть не должно.
Океаны — не просто вода. Совсем другой мир. И та же самая планета Земля.
КОСМОС МЫ ЗНАЕМ ЛУЧШЕ, ЧЕМ СОБСТВЕННЫЙ ДОМ
Вот Марс. Он в сотнях миллионов километров от нас. Но мы нанесли на карту 100% его поверхности с фантастической точностью — до нескольких метров. Знаем каждый каньон, каждую гору, русла древних рек.
А теперь посмотрите на карту нашей собственной планеты.
Детально нанесён на карту рельеф лишь около 25% дна Мирового океана. Это результат огромного международного проекта. Но если мы говорим о том, где был человек или спускался робот и брал пробы своими манипуляторами, цифра падает до 5%. Мы знаем форму, но почти не знаем содержимого.
Знать, что гора существует, и знать, кто на ней живёт — это, простите, две большие разницы.
Кстати, я долго не мог понять, почему это меня так задевает. Потом понял: это как знать планировку квартиры, но никогда не открывать двери комнат. Снаружи всё понятно. А внутри — неизвестно что.
Есть ещё вопрос масштаба. На карте, просто синяя плоскость Но океан — это объём. Четыре километра глубины, заполненные жизнью от поверхности до дна. Если оценивать планету не по площади, а по объёму обитаемого пространства, мы, жители суши, занимаем ничтожную долю.
Представьте: на суше исчезла гравитация, и жизнь больше не прижата к земле, а заполняет всё небо до границы с космосом. Вот так устроен океан.
ТРИ ГЛАВНЫХ ВРАГА
Почему так вышло? Глубину стерегут три беспощадных стража.
Первый — давление. Каждые 10 метров глубины добавляют одну атмосферу. На километре — уже 100 атмосфер. В Марианской впадине, в Бездне Челленджера, давление в 1100 раз выше атмосферного. Если бы вы оказались там, на каждый сантиметр вашего тела давил бы вес двух Эйфелевых башен, поставленных друг на друга. Поэтому батискафы делают из титана, они тесны, и каждое погружение — невероятно дорогой риск.
Второй — радиомолчание. Радиоволны, на которых работает наша цивилизация, в воде быстро затухают. На глубине 5–10 км нет GPS, нет сотовой, нет Wi-Fi. Вы не можете просто поговорить с пилотом, как с космонавтом на МКС.
Третий — тьма. Солнечный свет проникает только до 200 метров. Дальше сумерки, ниже — абсолютная, вечная ночь.
И в этом чёрном, холодном, сжатом чудовищным давлением пространстве кипит жизнь. Инопланетная, параллельная, невероятная.
Спускаемся.
ЗОНА СВЕТА (0–200 М): МИР, ГДЕ ВСЕ ДРУГ ДРУГА ВИДЯТ
Первые 200 метров — единственный слой, пронизанный солнцем. Прятаться негде, поэтому эволюция сделала ставку на интеллект и скорость.
Дельфины-афалины — высокоорганизованные хищники. Их главное оружие — эхолокация: они «видят» мир ушами, создавая акустическую картину пространства. У них есть уникальные свисты-имена, самосознание (узнают себя в зеркале) и тёмная сторона: они ловят рыбу фугу ради лёгкого наркотического эффекта от её яда.
Касатки — не киты, а крупнейшие дельфины. У них есть то, что биологи называют культурой: разные стаи говорят на разных диалектах, старые самки передают молодёжи сложные тактики охоты. Скажем, создавать волны, чтобы смыть тюленя со льдины, или охотиться на акул, выедая у них только печень. При этом в дикой природе не зафиксировано ни одного убийства человека. Мы для них просто «не еда».
Синий кит — абсолютный рекордсмен. Его язык весит как слон, сердце — как автомобиль. Они общаются на расстоянии тысяч километров и поют песни, которые меняются от сезона к сезону. Буквально мода на хиты. Их чуть не истребили ради жира для ламп. Спасло неожиданное изобретение: керосин оказался дешевле.
Осьминоги. Две трети их нейронов — в щупальцах, которые думают самостоятельно. Костей нет, только клюв, поэтому они проходят сквозь отверстия размером с монету. Меняют цвет и текстуру кожи за секунды.
Каракатицы прошли аналог «зефирного теста» — эксперимента на силу воли. Они готовы отказаться от мелкой креветки сейчас, чтобы через время получить более вкусного краба. Биологи, конечно, спорят, можно ли это считать прям аналогом человеческого самоконтроля, но факт остаётся фактом: моллюск умеет ждать.
Граница света пройдена. Впереди сумерки.
СУМЕРЕЧНАЯ ЗОНА (200–1000 М): ЛАБОРАТОРИЯ НЕВИДИМОСТИ
Света здесь в миллион раз меньше, чем на поверхности. Для нас это тьма, но для местных — мир теней и силуэтов. Эволюция превратила глаза в сложнейшие приборы, а тела — в оптические иллюзии.
Колоссальный кальмар. Его глаза — размером с баскетбольный мяч. По исследованиям предполагают (научная работа Nilsson et al., 2012), что такие телескопы нужны им не столько для охоты, сколько для защиты: гигантские глаза способны уловить слабейшую вспышку биолюминесценции, свечение планктона, потревоженного плывущим кашалотом, за сотню метров.
Малоротая макропинна. Её голова — прозрачный купол, заполненный гелем. Два зелёных шара внутри — её настоящие глаза. Они смотрят сквозь череп вверх, а когда рыба видит добычу — поворачиваются вперёд. Аналогов такой механики в природе нет.
Цистосома — рачок размером с ладонь, но увидеть его почти невозможно. Он прозрачен, а его панцирь покрыт микроскопическими структурами, гасящими отражение. Природное антибликовое покрытие.
Вампирский кальмар — несмотря на пугающее имя, ленивый падальщик. Собирает «морской снег» (падающую сверху органику) на липкие нити. Его кровь поглощает кислород в 5 раз эффективнее человеческой.
На суше мокрицы мелкие. А здесь их родственники, гигантские изоподы, вырастают до размеров футбольного мяча. Сифонофоры, похожие на медуз, достигают 50 метров в длину.
ЖИВОЙ СВЕТ: ЗАЧЕМ НУЖНА БИОЛЮМИНЕСЦЕНЦИЯ В ВЕЧНОЙ ТЬМЕ?
80% животных этой зоны светятся. Это холодная химическая реакция — биолюминесценция. И у каждого она работает по-своему.
Рыба-топорщик светит красным, хотя большинство здешних глаз красный не воспринимают. Для всех вокруг — темнота. Для топорщика — освещённая сцена. Он видит всех, его — никто.
Медуза Атолла в опасности запускает световую волну по кругу, привлекая ещё более крупного хищника, чтобы тот съел нападающего. Живой сигнал SOS.
Каждую ночь миллиарды тонн живности, зоопланктон, рыбы, кальмары, поднимаются к поверхности поесть, а на рассвете уходят обратно в темноту. Они работают как гигантский планетарный фильтр. Если бы этот насос остановился, концентрация углекислого газа в атмосфере начала бы расти гораздо быстрее. Океан потерял бы способ смягчать климатические удары.
Но самое страшное: 90% видов этой зоны не описаны наукой. Мы знаем, что они есть, по обрывкам ДНК в пробах воды. Но никогда не видели их живьём.
ЗОНА ПОЛУНОЧИ (1000–4000 М): АБСОЛЮТНАЯ ТЬМА И ВЕЧНЫЙ ГОЛОД
Солнца нет. Давление — сотни атмосфер. Температура около 2 градусов. Сюда доходит лишь 5% органики с поверхности. Здесь не выживают — здесь изобретают.
У местных обитателей нет плавательных пузырей, их тела — желе, почти несжимаемое. В клетках — особые белки, которые не сворачиваются под давлением. Но главная проблема одна: еда.
Стратегия 1: съешь всё
Угорь-пеликан, или большерот. Его челюсти распахиваются, как сеть, а желудок растягивается, чтобы проглотить добычу крупнее себя. Другого шанса поесть может не быть — иногда неделями.
Стратегия 2: любовь до гроба
Глубоководный удильщик. Самка — монстр с биолюминесцентным фонариком на голове. Самец — крошечное существо. Найдя самку, он вгрызается в неё. Его кровеносная система соединяется с её. Постепенно он теряет глаза и внутренние органы, превращаясь в придаток, производящий сперму. Любовь до буквального растворения.
Рекордсмены-долгожители
Гренландская полярная акула растёт по 1 см в год и живёт 400–500 лет. Некоторые из них помнят времена парусников. Она слепая, на глазах паразиты, но это не важно: её мясо пропитано природным антифризом и ядовито. Врагов нет. Половое созревание наступает в 150 лет.
Кстати, когда я читаю про эту акулу, думаю: 150 лет до половой зрелости. Стало быть, что большая часть живущих сейчас особей — подростки.
Гигантская медуза-фантом. Её видели около 100 раз за всю историю наблюдений. Яда нет — она обволакивает жертву 10-метровыми лентами щупалец, как шёлковым покрывалом.
Осьминог Дамбо — с «ушками»-плавниками. Парит над бездной, лениво махая ими. Самый глубоководный осьминог, до 7 км.
КТО ЖИВЁТ НА ДНЕ ОКЕАНА: БЕЗДНА И ОАЗИСЫ НА КРАЮ ЗЕМЛИ
Мы на дне. Перед нами абиссальные равнины — бескрайние пустыни из ила.
Главные жители здесь — морские огурцы, или голотурии. Они ползут и, как пылесосы, перерабатывают ил, поедая органику. Главные санитары планеты.
Когда на дно падает мёртвый кит — это событие века. Сначала тушу объедают акулы и миксины. Потом на костях поселяются черви-зомби: у них нет рта, они прорастают в кости, как корни, а бактерии внутри растворяют кость, добывая жир.
Чёрные курильщики: жизнь без солнца
В 1977 году океанологи нашли то, что перевернуло биологию. На дне, в полной темноте, из жерл бьёт вода температурой 400 градусов — и вокруг кипит жизнь. Она не зависит от солнца.
Бактерии, живущие здесь, используют ядовитый сероводород не как еду, а как топливо. Они окисляют его и получают энергию для создания органических веществ из углекислого газа. Это как если бы мы научились питаться не хлебом, а дымом от костра.
Трубчатые черви — двухметровые белые трубки с красным верхом. Рта и желудка нет. Внутри живут бактерии, которые и кормят хозяина.
Улитка хризомалон носит металлическую броню из сульфидов железа. Единственное животное, использующее железо для панциря.
Марианская впадина: самая глубокая точка Земли
Давление — 1100 атмосфер. Здесь живёт марианский морской слизень — самая глубоководная рыба в мире.
Чешуи нет, она розовая и прозрачная. Не сопротивляется давлению — стала его частью. Её клетки накапливают особое вещество — TMAO (триметиламиноксид), который работает как внутренний каркас, не давая белкам сворачиваться под чудовищным прессом.
И даже здесь, в сердце бездны, специалисты нашли пластиковый пакет. Экспедиция JAMSTEC зафиксировала его на глубине почти 11 километров в 2018 году.
Это не по теме, но я всегда останавливаюсь на этом факте. Мы не были на дне Марианской впадины. Зато наш мусор — был.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
Мы ищем внеземную жизнь на спутниках Юпитера, тратим миллиарды на телескопы. Но самый чужой и неизведанный мир — здесь, в 11 километрах вниз.
Существа, питающиеся ядом. Живущие под давлением в тысячи тонн. Светящиеся в вечной тьме за счёт биолюминесценции. Влюблённые до буквального растворения друг в друге.
Они — живое доказательство того, что жизнь возможна в любых условиях. И возможно, именно у чёрных курильщиков миллиарды лет назад зажглась та искра, которая привела к нам.
Океан — наш внутренний космос. Огромный, пугающий и почти нетронутый. Мы видели своими глазами меньше 5% этого мира.
А как думаете вы: что мы найдём, когда исследуем эти 95%?
Новых монстров, разумных осьминогов или следы древних цивилизаций?
Или нам стоит сначала разобраться с мусором, который мы уже туда скинули?
Делитесь теориями в комментариях — обсудим самые безумные версии в следующих выпусках.