Мы привыкли умиляться фразе в конце сказки про «мёд-пиво пил…», однако её настоящий смысл оказался куда мрачнее. Life.ru раскрывает тайну знакомой поговорки. И, поверьте, узнав правду, вы уже не сможете читать русские сказки так же наивно, как раньше.
С детства мы слышим: сказка — ложь, да в ней намёк. Но чем взрослее становимся, тем яснее, что иногда этот «намёк» куда мрачнее и глубже, чем мы привыкли осознавать. Пока одни продолжают видеть в русских сказках уютное детство и истории про спасённых царевен, другие докопались до самых глубоких сюжетных костей фольклора и объяснили, что же на самом деле скрывается за привычными фразами из сказок. И всё намного мрачнее, глубже и совсем не по-детски, если задуматься. Но, прежде чем начать говорить про концовку сказок, разберём этот жанр более основательно.
И начнём с того, что знаменитый финальный оборот «и я там был, мёд-пиво пил, по усам текло, да в рот не попало» вовсе не принадлежит Пушкину. Он лишь популяризировал древнюю фольклорную фразу. Тот же оборот встречается и в тексте Погодина, и в сказках Сомова, и, скорее всего, уходит корнями ещё глубже — в устную традицию. Где эта фраза жила задолго до появления печати.
Русский фольклор вообще куда более древний и прямолинейный, чем кажется. Историк и собиратель русского фольклора Александр Афанасьев даже писал, что сказка — это «не пустая выдумка, а отражение представлений народа о мире, когда научных знаний почти не существовало». И если присмотреться, у любой сказки есть не только главный герой, но и рассказчик. То есть некая фигура без описания внешности и стоящая как бы в стороне.
Именно рассказчик открывает историю фразами вроде «жили-были» или «в тридевятом царстве». Но задумывались ли вы когда-нибудь, а зачем нас зовут «за тридевять земель», то есть очень далеко? А затем, что так рассказчик выносит историю из привычной реальности. Это приглашение в особое пространство, которое внешне похоже на наш мир, но наполнено иными законами.
И если углубиться в фольклор, то мы поймём, что одним из главных «скрытых сюжетов» русской народной сказки станет путешествие в мир мёртвых. Вспомните каноны истории: переход границы, испытания на чужой территории и обязательное возвращение домой. Сказка — это не милый поход за сокровищем, а древний ритуал смерти и возрождения, зашифрованный в бытовой форме.
И тут важно рассказать про Бабу-ягу, классическую «проводницу» между мирами. Вспомните, её избушка стоит на курьих ножках. И это не ноги курицы, как думает большинство. Это прямая отсылка к древнеславянским погребальным обычаям, когда усопших хоронили в «домиках мёртвых», установленных на высоких пнях. Избушка Бабы-яги — это пограничье между миром живых и мёртвых. Портал, стоящий на сваях-корнях. Отсюда и фраза «повернись ко мне передом, к лесу — задом».
Но как же герои переходили эту страшную границу? Самый неожиданный способ, который был у нас под носом, но никто его не замечал, — через еду. И вот почему Баба-яга должна была «напоить, накормить, в баню сводить» добрых молодцев, прежде чем те смогут получить от неё подсказку, магическую силу и продолжить путь. Если герой спокойно принимает угощение, значит, он уже как бы принадлежал иному миру и имел право идти дальше.
Учёный-фольклорист Владимир Пропп писал, что трапеза сама по себе — знак приобщения к миру умерших. Съев предложенную пищу, герой перестаёт быть «живым» человеком. И вот тут мы подходим к самой необычной детали, той самой фразе в конце сказки про «мёд-пиво».
Рассказчик историю преподносит нам так, будто бы и он был на пире, но ничего не попробовал: «по усам текло, да в рот не попало». Но почему? Потому что он — живой. Он не герой, не прошёл путь смерти и возвращения, не ел «еду мёртвых». По сути, это шутливое признание собственной непричастности, снятие с себя ответственности за достоверность и тонкий способ вывести рассказчика из пространства сказки. Да, тот стоял рядом, но границу не переходил. Поэтому пища, предназначенная существам из иного мира, никак не могла попасть ему «в рот». Она просто не предназначена живому.
И когда понимаешь этот скрытый смысл, сказочная концовка перестаёт быть забавной и непонятной. Оказалось, что за ней стоит не весёлый застольный образ, а древний страх наших предков: миры живых и мёртвых разделены — и попытка перейти границу без права на это всегда будет безуспешной. Вот почему русский фольклор так цепляет. А ранее Life.ru рассказывал, как в СССР устраивали «Проводы русской зимы».
Ещё больше WOW-контента — в нашем канале в МАХ!