Каждый очередной запрет, замедление и прочие заботы о нашем светлом будущем порой вызывают жгучее желание уехать куда-то далеко и ничего

Каждый очередной запрет, замедление и прочие заботы о нашем светлом будущем порой вызывают жгучее желание уехать куда-то далеко и ничего этого не знать, не видеть и не слышать.

Однако, как писал римский император Марк Аврелий, желание уйти от всего и поселиться в сельской глуши - первое, чему стоит противостоять.

Оказывается, его жизнь была полна войн, эпидемий и государственных забот, он испытывал глубокую усталость от обязанностей, и желание уединиться в «сельской тиши» было для него, вероятно, самым сильным искушением.

Однако он считал своим долгом оставаться на посту и служить людям, находя опору не в побеге от реальности, а в философии.

Потому и я решил, что не стоит поддаваться самым простым мыслям и нужно ситуацию прокачать внутри своей головы.

Прокачать - это после прочтения книги «Момент истины» Владимира Богомолова «Момент истины (В августе сорок четвертого…)» я так называю напряженную работу мысли.

В книге момент «прокачки» описан в сцене в Шиловичском лесу, когда группа Алехина, устроив засаду, останавливает для проверки троих неизвестных в форме советских офицеров. Именно эти несколько минут досмотра и стали тем самым моментом, когда Алехин лихорадочно анализирует всю доступную информацию.

В те времена было мало фотографий, но имелась масса словесных портретов шпионов и диверсантов. Алехин, обладая феноменальной памятью, мысленно «пролистывает» все ориентировки, словесные портреты и досье на разыскиваемых агентов, которые он держит в голове .

Он сравнивает эти мысленные образы с внешностью, манерами и поведением остановленных «офицеров». Он фиксирует малейшие несоответствия — то, как они одеты, как держат оружие, как отвечают на вопросы. Любая мелочь может стать решающей уликой.

Алехин проверяет правдоподобность их истории, ищет в ней слабые места, задавая на первый взгляд невинные вопросы, ответы на которые он тут же сверяет со своим внутренним банком данных.

За пять минут наружного спокойствия в голове Алехина проносится колоссальный объем информации, ведущий его к единственно верному выводу: перед ним легендарный вражеский агент Мищенко.

В общем, и я как смог прокачал околотелеграммные движения в своей голове и вспомнил про Жана Бодрияра.

Если брать его «Симулякр и симуляции» (1981 г.), то выходит, что люди выступают не против очередного запрета, а против вмешательства в их картину мировосприятия.

По Бодрияру, мы живем не в реальном мире, а в мире симулякров — копий, у которых нет оригинала.

Чем человек отходит дальше от природы, тем больше симулякр убивает реальность. С помощью рекламы (политический и обычной), масс-медиа создаются множество симуляций.

Причем в любой из понравившихся можно спокойно существовать. Взять те же боевые действия… Никто не отрицает, что гибнут люди, летят ракеты. Но для зрителя это не война, а ее симуляция через символы/знаки (видео, фото, какие-то карты местности, которые важнее, чем сама земля и люди, которые на ней живут… или уже не живут?).

То есть мы наблюдаем не ужас войны, а гиперреальный спектакль, подчищенный и отцензурированный медиа.

Да, чем-то напоминает «Матрицу», снятую братьями Вачовски по мотивам знакомства с творчеством Бодрияра. Но фильм это красивая картинка, где говорят о том, что есть какой-то выход (Зеон или т.п.).

Прикол в том, что выхода из матрицы нет. Истинное «Я» множества людей больше не формируется через личный опыт, труд или межличностное общение.

Вместо этого мы — «губки», впитывающие бесконечный поток сообщений:

✅Новостные заголовки;

✅Рекламные слоганы;

✅Тренды из социальных сетей;

✅Шаблоны поведения из фильмов и сериалов.

Мы не столько живем, сколько потребляем готовые образы жизни.

То есть человек Нового времени, который мыслит, сомневается и творит историю, исчезает. На его место приходит «масса» — совокупность молчаливых потребителей знаков.

Люди перестают быть личностями и становятся терминалами, принимающими сигналы.