Но даже эта физическая, рвущая душу боль была ничем по сравнению с тем, что ждало потом. Пустота. Чудовищная, режущая, физически ощутимая пустота там, под рёбрами, где раньше теплилась, толкалась, жила жизнь. Организм искал её, тосковал по шевелениям, а находил только ледяное ничто.
И — полное, абсолютное непонимание мира вокруг. Взгляды людей, даже родных, говорили громче слов: «Молодая, родишь ещё. Зачем убиваешься? Время лечит». Эти слова не утешали. Они убивали во второй раз. Они стирали мою Машу, как досадную опечатку в тексте моей жизни, и заставляли стыдиться своего горя, как неприличной, постыдной слабости.
Я ненавидела всех, кто смеялся на улице. Их счастье было мне оскорблением. Я не могла видеть детей, коляски, рекламу с улыбающимися беременными. При виде округлившегося живота у другой женщины начиналась тихая истерика — тело сжималось в спазме, будто пытаясь вспомнить и отторгнуть свою потерю одновременно.
На год я замуровала себя в четырёх стенах. Окна были зашторены. Мир компьютерных игр стал моим единственным убежищем — там не было детей, там была только виртуальная, управляемая реальность, которую в любой момент можно было перезагрузить. Нажать RESET. То, что я отчаянно хотела, но не могла сделать со своей жизнью.
Гибель Маши — это не было просто горем. Это был крах всей вселенной, в которой я жила. Трещина прошла не только через мою душу, но и через само время, расколов его на два непересекающихся материка: «До» — яркий, живой, наполненный светом и будущим, где жила я с ней. И «После» — тихое, выжженное, бесконечно одинокое пространство, где осталась только я. И дыра в сердце, по форме и размеру точно повторяющая его...
#ПродолжениеСледует
#ЧитатьДалее #Глава1 #Часть6
