Художник Рикардо Паредес из Парагвая превращает знаковые образы «Евангелиона» и «Разефона» в монументальные полотна. В своих работах он совмещает эстетику японской поп-культуры с техникой тенебризма и композиционными приемами эпохи Возрождения.
В интервью онлайн-журналу Yokogao Паредес говорит, что академический реализм позволяет ему передать тяжесть экзистенциальных драм из культовых меха-аниме. Иллюстратор черпает вдохновение в классике европейской живописи: его работа Pluralitas Concentio по мотивам «Разефона» отсылает к «Пьете» Микеланджело; сцена в школьном классе превращается в театральную постановку о потере и божественном вмешательстве. А переплетения тел Рэй Аянами в работе Mother Is the First Other напоминают рельефы Миланского собора, отражая раздробленное сознание Синдзи. Манера тенебристов с ее резкой игрой света и тени, уверен Паредес, подчеркивает меланхолию Ютаки Идзубути и психологические метания Хидэаки Анно.
Как думаете, мастерство владения цифровой кистью в данном случае возводит фанатское творчество в ранг высокого искусства? Или Рикардо Паредес производит китч, а образы из аниме лучше всего работают в рамках своей «плоской» эстетики?