Оператор по исследованию скважин Губкинского газового промысла «Газпром добыча Ноябрьск», мастер спорта и отец двоих детей – все это осталось на гражданке. Сейчас, в зоне СВО, Хизир Мальцагов – начальник расчета взвода БПЛА. На передовой наш боец находится более двух с половиной лет. В его послужном списке – подвиги, ранения и четыре медали. Он говорит, что спецоперация стала для него личной проверкой на прочность и научила лучше разбираться в людях.
– Расскажите, что стало главным мотивом, когда вы приняли решение отправиться в зону СВО?
– Товарищ, с которым долгое время ходил в один зал на борьбу, оказался там. Что-то внутри после одного из разговоров с ним щелкнуло. От идеи в голове и до решения прошла буквально неделя. Наверное, первопричина – желание проверить себя, посмотреть, на что способен. В итоге прошел комиссию, подписал контракт. Так оказался в рядах военнослужащих.
– Какой была ваша жизнь до СВО?
– Самая обычная. Работа, семья, двое маленьких детей. С малых лет занимался борьбой, в 2019 году выполнил норматив мастера спорта.
– Как ваши родные восприняли новость о вашем уходе?
– Как у всех: тяжело. Дети маленькие, не понимали сначала, где папа, потом уже вопросы начали задавать.
– Вспомните свою первую боевую операцию. Какие были ощущения?
– Первая операция была как в тумане. Я – новичок, рядовой. Перед нашим отделением стояла цель дойти до позиции, закрепиться. Потерь было много. Но в целом батальон выполнил задачу: вражеский укрепленный пункт взяли, на позициях закрепились.
– Как психологически настраиваетесь на боевую задачу, как справляетесь со страхом?
– Стараюсь не зацикливаться на этом. Даже если буду переживать, то никак не повлияю на ситуацию. Я верю в предопределение: нужно просто выполнять свою работу – и все. Конечно, бывает тяжело. В такие моменты я думаю о семье, доме, как и все, наверно... И это успокаивает.
– У вас четыре награды – это весомое признание ваших заслуг. Что для вас значит каждая из них?
– Знаете, это никогда не было целью. Но если есть поощрение в виде медалей, значит, двигаюсь в правильном направлении, делаю что-то нужное.
– Хорошо. Давайте поговорим о медали «За храбрость». Вы, будучи тяжело раненым, остались с ротой и выполнили задачу до конца. Что поддерживало вас тогда?
– Перед нами стояла задача забрать рубеж, закрепиться, после чего нас должны были сменить. Мы зашли, но тут нас накрыло минометным огнем. Что держало? Сейчас, оглядываясь назад, можно красиво ответить про товарищей и долг. Но в тот момент не думал об этом. Честно. Идея отступать не казалась самой перспективной. Поэтому шел вперед и делал, что требовалось. Другого варианта не оставалось.
– Медаль «За отвагу» вам вручили за то, что заменили раненого командира. Сложно было принять на себя ответственность?
– Наверное, это один из самых психологически тяжелых моментов. Ты вдруг начинаешь отвечать не только за себя. К тому же, тогда опыта командования было не так много – и это добавляло волнения. Но в самом моменте не думаешь, просто делаешь. Осознание приходит потом, когда вспоминаешь с ребятами, обсуждаешь – и только тогда реально понимаешь, что произошло.
– В книгах такие поступки называют геройскими. Вы сами себя героем считаете?
– Не считаю. Так должен поступать каждый мужчина-военнослужащий. В детстве был активным, мог постоять за друга, рисковать любил. Но то, что казалось риском тогда, в юношестве, сейчас так уже не воспринимается – здесь все тяжелее и серьезнее. Для меня настоящий герой и пример для подражания – мой отец. И в детстве, и сейчас.
– Насколько важна в ваших условиях роль простого бойца? От чего зависит успех – от каждого в отдельности или от коллективной слаженности?
– По-моему, простой боец – это двигатель всего. Его роль колоссальна. Но без слаженности ничего не получится. Когда коллектив дружный, все проходит легче. Это прежде всего командная работа.
– Какой самый важный урок, связанный с доверием и взаимовыручкой, вы вынесли?
– Сложно назвать что-то конкретное. На деле неоднократно видел, что у нас очень много достойных, смелых мужчин-военнослужащих, на которых можно положиться. В критических ситуациях это проявляется намного ярче. Товарищ для товарища последнее отдаст. Стал больше ценить дружбу, взаимовыручку. Хотя нельзя и слишком привязываться – нужно сохранять ментальную дистанцию, потому что потери – это очень тяжело.
– Какие качества открыли в себе, будучи на СВО? О чем, возможно, даже не подозревали?
– Ярче проявилось то, что и так было заложено: холодный рассудок, стрессоустойчивость, концентрация.
– Вы неоднократно были ранены. Это не только физическая, но и психологическая травма. Что помогало в таких случаях быстрее восстанавливаться?
– Три ранения, и все – от дронов. Тяжелее всего пришлось после второго. Восстанавливаться помогала мысль о тех, кто ждет дома. Поддержка семьи – лучшее лекарство. Хотя стараюсь домой часто не звонить. Для меня это очень психологически тяжело. Сын вроде понимает. А дочка говорит: «Ты уехал на свою работу и не возвращаешься». Я не знаю, что ей на это сказать.
– Поддерживаете связь с теми, с кем работали в нашей компании?
– Да, очень чувствуется поддержка от товарищей с работы и руководства. Интересуются, переживают, ждут. Волонтеры Фонда «Солидарность» ОППО «Газпром добыча Ноябрьск профсоюз» регулярно и своевременно помогают с техническим оснащением. Это тоже очень важно на передовой.
– Что для вас теперь значит слово «дом»?
– Когда через это проходишь, начинаешь ценить простые вещи. Холодная вода из крана, свет, отопление… На гражданке это кажется обычным. А тут все на тебе: не сделаешь – замерзнешь, не помоешься. Дом, родные, близкие - это то, ради чего все.
– Какие мечты – после возвращения?
– Проводить с семьей как можно больше времени. Возможно, воспользоваться программами обучения, ипотеку взять. Приеду – там видно будет. Сейчас главное – дойти до конца.