Глава 9: Три дня ада
Они еле доползли до казармы. Ноги гудели, лёгкие горели, а Бин вообще передвигался на ощупь, потому что треснутое стекло в очках окончательно запотело и размазывало картинку в кашу.
— Я... я сейчас упаду и не встану, — простонал Бин, рухнув на нары.
— Упасть успеешь, — Кир плюхнулся рядом. — Сначала поесть.
— Я не дойду до столовой.
— А булки? — Кир хитро прищурился и вытащил из-за пазухи свёрток. — Я пока бежал, успел одну... ну, позаимствовать.
— Ты украл булку во время забега? — Эйдан уставился на него с восхищением.
— Я много чего успеваю, когда бегу, — довольно осклабился Кир.
Они разломили тёплую булку на троих. Никогда в жизни хлеб не казался таким вкусным.
А потом был сон. Глубокий, чёрный, без сновидений — как провал.
День первый. Рассвет.
— ПОДЪЁМ!!!
Казарма подпрыгнула. Краг стоял в дверях и орал так, что, казалось, стены зашатались. В руках он держал здоровенную дубину и грохал ею по косяку.
— Через пять минут чтобы все были на плацу! Кто опоздал — бежит штрафной круг! Вперёд, сонные мухи!
Началась паника. Кто-то натягивал штаны задом наперёд, кто-то искал второй сапог под койкой соседа, кто-то просто сидел и хлопал глазами, не понимая, где находится.
— Кир! Бин! Вставайте! — Эйдан уже был на ногах, натягивал куртку.
Кир вскочил мгновенно — привычка портового крысёнка. Бин мычал что-то невнятное и шарил руками вокруг себя.
— Очки! Где очки?!
— На голове! — рявкнул Кир.
Бин схватился за голову — очки и правда съехали на лоб во сне. Он водрузил их на нос и, щурясь сквозь трещину, рванул за друзьями.
Они вылетели на плац последними, но в число штрафников не попали. Краг стоял в центре и скалился.
— Поздравляю, сосунки. Вы прошли отборочные. Теперь начинается настоящая школа. Три дня вы будете пахать как проклятые. А на четвёртый — финальное испытание. Кто его пройдёт — останется. Кто сломается — вылетит. Всё просто. Начинаем!
Он взмахнул дубиной, и начался ад.
Утро. Физическая подготовка.
— Сто приседаний! Начали!
Эйдан считал про себя, но на пятидесятом сбился. Ноги горели, пот заливал глаза.
— Двести отжиманий!
Кир пыхтел, но держался — портовая жизнь научила его выживать. Рядом Бин отжимался на коленях, потому что на прямых ногах не мог сделать и трёх.
— Не считаю! — орал Краг, прохаживаясь между рядами. — В бою враг считать не будет! Ему плевать, устали вы или нет! Если упал — вставай! Если сдох — ну, значит, не судьба!
После отжиманий был бег по кругу. Десять кругов вокруг плаца. Потом ещё десять. Потом ещё.
Бин упал на седьмом круге. Эйдан подхватил его.
— Вставай!
— Я не могу... — прохрипел Бин.
— Можешь! Дыши! Бежим!
Кир подхватил с другой стороны, и они потащили друга дальше. Краг видел это, но ничего не сказал.
День. Тренировка с мечом.
— Деревянные мечи! Получили! — Краг раздавал оружие — грубые, тяжёлые болванки, больше похожие на палки. — В настоящем бою меч весит столько же. Привыкайте.
Эйдан взял деревянный меч и чуть не выронил — тот оказался намного тяжелее его самодельного. Но рука сама легла на рукоять правильно, будто всю жизнь этого ждала.
— Стойка! Ноги шире! Меч выше! — Краг ходил между рядами и бил палкой по ногам, по рукам, по спине. — Не так! Ещё раз! Руку подними, сосунок! Ты меч держишь или ложку?!
Эйдан вкладывал всю душу в каждый удар. Деревянный меч свистел в воздухе, и в этом свисте ему слышалась музыка.
Кир оказался прирождённым бойцом — быстрый, верткий, он уворачивался от ударов Крага и даже пару раз попытался контратаковать, за что получил дубиной по спине.
— Рановато ты высовываешься, портовый! Научись сначала защищаться, потом нападай!
Бину доставалось больше всех. Он путал стойки, ронял меч, забывал, какая нога впереди. Краг подошёл к нему, навис скалой и пробасил:
— Ты вообще зачем сюда пришёл, очкастый? В книжки играть?
— Я... я хочу стать воином, — пискнул Бин.
— Воином? — Краг хмыкнул. — Ты держишь меч, как будто это дохлая рыба. Локоть подними! Руку выпрями! Опору чувствуй!
Он встал сзади, взял руки Бина в свои огромные лапищи и заставил сделать правильный удар.
— Запомни это ощущение. Тело запоминает быстрее головы. А теперь сам!
Бин ударил. Криво, неуклюже, но ударил.
— Ещё!
Ещё удар. Ещё.
К вечеру у всех тряслись руки, а ладони были стёрты в кровь. Но Бин впервые в жизни держал удар правильно.
Вечер. Пробежка.
Солнце садилось, когда Краг выгнал их за ворота.
— Пять миль вдоль стены! Кто прибежит последним — будет чистить конюшни!
Они побежали. Усталость навалилась свинцовой тяжестью, но страх перед конюшнями гнал вперёд.
Эйдан бежал и думал: "Это только первый день. А впереди ещё два. И финал."
Кир нёсся впереди, как угорелый — его портовая гордость не позволяла проиграть.
Бин бежал последним, но бежал. Без помощи, без поддержки. Просто переставлял ноги и дышал, дышал, дышал.
Он прибежал предпоследним, обогнав одного верзилу, который сдался на четвёртой миле и лёг прямо на дорогу.
В казарму они вползли на четвереньках.
— Я... я никогда... так не уставал... — простонал Бин, падая на нары.
— Зато конюшни не нам, — ухмыльнулся Кир, хотя сам еле ворочал языком.
— Это только первый день, — напомнил Эйдан, разглядывая стёртые ладони. — Завтра будет хуже.
— Ты всегда такой оптимист? — простонал Бин.
— Реалист, — поправил Эйдан. — Просто знаю, что мы справимся.
День второй
Утро началось с крика Крага и дубины о косяк. Потом была пробежка. Потом приседания. Потом отжимания. Потом снова пробежка.
В обед они ели молча, не в силах разговаривать. Руки тряслись, ноги гудели, спина болела так, будто по ней проехала телега с камнями.
После обеда — снова мечи. Краг учил их базовым ударам: сверху, сбоку, снизу, колющий. Снова и снова, пока руки не начинали жить своей жизнью.
— Вы должны вбить это в мышцы! — орал Краг. — Чтобы в бою не думать! Чтобы рука сама знала, что делать!
К вечеру второго дня Эйдан впервые в жизни засомневался, что выдержит. Он лежал на нарах и смотрел в потолок, не в силах пошевелиться.
— Эйдан, — позвал Кир. — Ты как?
— Жив, — выдохнул Эйдан. — А ты?
— Кажется, у меня отсохли руки. Я ими пошевелить не могу.
— А я ногами, — добавил Бин. — И всем остальным.
Они помолчали. Потом Бин тихо спросил:
— А зачем мы это делаем?
— В смысле? — не понял Кир.
— Зачем мы терпим это всё? Можно же уйти. Вернуться домой. Кто нас держит?
Эйдан долго молчал. Потом ответил:
— Я не могу вернуться. Там, в деревне, меня ждёт жизнь крепостного. Серп и навоз до конца дней. А здесь... здесь я могу стать кем-то. Воином. Героем. Понимаешь?
— Понимаю, — тихо сказал Бин. — Меня дома никто не ждёт. Я был сиротой в гильдии писцов. Переписывал чужие бумаги и мечтал о чём-то большем. Здесь я хотя бы пытаюсь.
— А я просто воровать устал, — признался Кир. — В порту жизнь короткая. Или нож в спину, или верёвка на шее. А здесь... здесь хоть шанс есть.
Они замолчали. В темноте казармы было слышно, как храпят другие.
— Значит, не уходим, — подвёл итог Эйдан.
— Не уходим, — согласился Кир.
— Не уходим, — эхом отозвался Бин.
День третий
Краг встретил их на рассвете с особенно зловещей улыбкой.
— Сегодня последний день перед финалом. Поэтому сегодня вы будете работать за троих.
Они работали. Бегали, прыгали, отжимались, приседали, махали мечами до потери пульса. А под конец дня Краг устроил им спарринги.
— Будете биться друг с другом! — объявил он. — Не насмерть, но в полную силу. Покажите, чему научились!
Первыми вышли Кир и какой-то здоровяк из портовых. Кир вертелся ужом, уворачивался, наносил быстрые удары и в итоге победил не силой, а ловкостью.
Потом был Бин. Ему достался тот самый верзила с выбитым зубом, которому они помогли на забеге. Верзила вышел мрачный, но бил не в полную силу. А в конце, когда Бин уже падал от усталости, он вдруг... пропустил удар? Или сделал вид, что пропустил? Бин попал ему деревянным мечом по корпусу, и верзила театрально рухнул.
— Хватит валять дурака! — рявкнул Краг, но в глазах его мелькнуло что-то похожее на усмешку.
Потом вышел Эйдан. Его противником был долговязый парень из дворян — тот самый, что спрашивал про гномий меч. Он бился уверенно, технично, явно учился с детства.
Эйдан пропустил первый удар. Второй. Третий. Но не падал. Держался, уворачивался, искал возможность.
— Сдавайся, деревня, — усмехнулся дворянин. — Не позорься.
И тут Эйдан вспомнил пауков в лесу. Вспомнил, как стоял тогда — трясущийся, но живой. Вспомнил, как нож упёрся в руку Рыжего.
Он шагнул вперёд, пропуская удар по плечу, и в ответ врезал дворянину под дых так, что у того перехватило дыхание. А потом добавил по руке, выбивая меч.
Дворянин рухнул на колени, хватая ртом воздух.
— Тише, — тихо сказал Эйдан, глядя на него сверху вниз. — А то позоришься.
Краг заржал в голос. Впервые за три дня.
— Молодец, деревня! — прогремел он. — В бойцах ценится не только техника, но и характер! Все свободны! Завтра финал.
Вечер третьего дня
Они сидели в казарме и молчали. Завтра решалась их судьба. Никто не знал, что будет в финальном испытании.
— Страшно? — спросил Кир.
— Угу, — кивнул Бин.
— А ты, Эйдан?
Эйдан посмотрел на деревянный меч, который лежал рядом. Старый, самодельный, с которым он пришёл в этот город. Потом перевёл взгляд на учебный — тяжёлый, грубый, но настоящий.
— Страшно, — признался он. — Но я готов.
Они легли спать. Завтра будет новый день. Самый важный в их жизни.
Глава 10: Финальное испытание — Выбор
Рассвет четвёртого дня был холодным и ясным. Эйдан, Кир и Бин стояли в строю вместе с двумя десятками других новобранцев, переживших три дня ада. Всего их осталось сорок семь — ровно половина от тех ста, что начинали.
Но сегодня на плацу было по-другому.
Вдоль стены стояли пять человек. Не просто инструкторы — настоящие мастера своего дела. Эйдан никогда их не видел раньше, но по тому, как почтительно держался даже Краг, стало ясно: это легенды.
Краг вышел вперёд и пробасил:
— Слушайте сюда, сосунки! Сегодня ваше финальное испытание. Но оно будет не таким, как вы думаете. Сегодня вас будут не просто проверять — вас будут выбирать.
Он обвёл взглядом строй.
— Каждый из этих мастеров представляет одно из боевых направлений нашей школы. Они будут смотреть на вас. Оценивать. И те, кто покажет себя достойно, получат приглашение в их отряды. Это не просто учёба — это судьба. Понятно?
— ДА, ИНСТРУКТОР КРАГ! — грянул строй.
— Первое испытание — бой с тенью. Каждый из вас выйдет в круг и покажет всё, чему научился за три дня. Без противника. Только вы и ваше оружие. Мастера будут смотреть. Начали!
Первые выступления
Новобранцы выходили один за другим. Кто-то махал мечом неуклюже, кто-то пытался прыгать и вертеться, кто-то просто замирал от страха и забывал все движения.
Мастера молчали, делали пометки в свитках, переглядывались.
Дворянин, которого Эйдан победил в спарринге, выступил хорошо — технично, чисто, но как-то... без души. Словно заученный танец, а не бой.
Верзила с выбитым зубом вышел и просто начал молотить воздух здоровенным деревянным мечом. Силы в нём было много, но техники — никакой.
Потом настала очередь Бина.
— Выходи, очкастый! — гаркнул Краг.
Бин побледнел так, что веснушки стали видны за версту. Он вышел в круг, сжимая меч дрожащими руками. Очки с треснутым стеклом съехали на нос.
Мастера переглянулись. Один из них — высокий, худой, в тёмном плаще с серебряными узорами — подался вперёд.
— Начинай, мальчик, — тихо сказал он.
Бин зажмурился, сделал глубокий вдох... и начал.
Он двигался неуклюже. Спотыкался. Путал стойки. Но в каждом его движении чувствовалось что-то странное — будто он не просто машет мечом, а пытается понять его, подружиться с ним.
В какой-то момент меч выскользнул из вспотевшей ладони и упал на землю. Бин замер, готовый провалиться сквозь землю.
Мастер в тёмном плаще вдруг поднялся и шагнул в круг.
— Дай-ка, — сказал он, протягивая руку.
Бин отдал меч, не понимая, что происходит. Мастер взял оружие, повертел в руках, потом вдруг взмахнул им — и на кончике меча вспыхнул голубоватый свет.
Новобранцы ахнули. Краг одобрительно хмыкнул.
— Ты чувствуешь магию, мальчик, — сказал мастер, глядя на Бина. — Она в тебе есть. Слабая, неуклюжая, но есть. Ты не просто воин. Ты будешь мистическим рыцарем. Если, конечно, захочешь учиться у меня.
Бин открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Я... я... да! — выдохнул он.
Мастер усмехнулся и протянул ему руку:
— Меня зовут Морган. Старший инструктор боевой магии. После испытания подойдёшь ко мне.
Бин вернулся в строй на ватных ногах, не веря своему счастью. Кир хлопнул его по спине так, что очки слетели.
— Ты крут, очкастый! — зашипел он. — Мистический рыцарь! Это же...
— Я не знаю, что это, — прошептал Бин. — Но звучит потрясающе!
Выступление Кира
— Следующий! — рявкнул Краг.
Кир вышел в круг, поигрывая мечом. Он не был похож на воина — слишком мелкий, слишком вертлявый. Но в том, как он двигался, чувствовалась порода.
Он начал медленно, почти лениво. Потом вдруг ускорился — меч замелькал в воздухе с такой скоростью, что глаза не успевали следить. Прыжок, кувырок, выпад, уход в сторону — Кир словно танцевал, а не сражался.
Один из мастеров — коренастый мужчина в лёгкой кожаной броне с нашивками, похожими на игральные карты — вдруг хмыкнул и поднялся.
— Стой, — сказал он.
Кир замер, тяжело дыша.
— Откуда такие движения, малой?
— Портовый район, господин, — выдохнул Кир. — Там или бегаешь быстро, или умираешь молодым.
Мастер расхохотался.
— Я Виктор, глава гильдии теневых клинков. Мы не просто воины. Мы дуэлянты. Хитрые, быстрые, смертоносные. Ты нам подходишь. Если хочешь, конечно, а не ишачить с этими лбами, — он кивнул в сторону Крага.
Кир глянул на Эйдана, потом на мастера.
— А там... там тоже драться учат?
— Учат. Только мы не в лоб бьём, а в обход заходим. Нравится?
— Ещё бы! — выпалил Кир.
— После испытания подойдёшь.
Кир вернулся в строй, сияя как медный таз. Бин смотрел на него с восхищением.
— Дуэлянт! Это же как благородные, только... неблагородные?
— Примерно так, — ухмыльнулся Кир. — Я там буду самым крутым!
Выступление Эйдана
— Эйдан! — выкрикнул Краг.
Эйдан вышел в круг. В руке — тяжёлый деревянный меч. За спиной — старый, самодельный, который он так и не выбросил. Он встал, закрыл глаза на мгновение, вспоминая всё, чему научился за три дня.
Потом начал.
Он двигался не так красиво, как Кир. Не так неуклюже-загадочно, как Бин. Но в каждом его движении чувствовалась сила. Настоящая, базовая, без выкрутасов. Он рубил сверху, колол снизу, закрывался щитом, снова рубил.
Просто. Мощно. Уверенно.
Мастера переглядывались. Тот, что сидел в центре — огромный, как Краг, но с седой бородой и выцветшими глазами ветерана — вдруг поднял руку.
— Довольно, — сказал он. Голос был тихим, но его услышали все.
Эйдан замер.
Ветеран поднялся и подошёл к нему. Обошёл вокруг, разглядывая.
— Ты не ловкий, — сказал он. — Ты не быстрый. Ты не хитрый. Ты просто упёртый. Ты встаёшь и дерёшься, пока не упадёшь. Знаешь, как это называется?
— Нет, господин, — честно ответил Эйдан.
— Это называется чемпион. Воин, который не сдаётся. Который держит строй, когда все бегут. Который прикрывает спины таким, как эти двое, — он кивнул на Кира и Бина. — Тебе не нужно быть быстрым или хитрым. Тебе нужно просто быть твёрже стали.
Он протянул руку.
— Меня зовут Бенедикт. Я обучаю чемпионов. Лучших из лучших. Хочешь?
Эйдан посмотрел на Кира. Кир показывал два больших пальца. На Бина — тот улыбался так, будто это его выбрали.
— Хочу, господин Бенедикт, — твёрдо сказал Эйдан.
— Тогда после испытания подойдёшь. А сейчас смотри на остальных. Учись.
Финал испытания
Когда последний новобранец закончил выступление, мастера поднялись и ушли, забрав с собой избранных. Краг остался с теми, кого не выбрали — их было около двадцати.
— Не расстраивайтесь, — буркнул он. — Попадёте в общий поток. Тоже научитесь. Может быть.
А трое друзей стояли в стороне и смотрели друг на друга.
— Мы сделали это, — тихо сказал Бин.
— Сделали, — подтвердил Кир.
— Мы только начали, — поправил Эйдан. — Впереди настоящая учёба.
Из-за спин мастеров вышел Морган и поманил Бина:
— Идём, мистический рыцарь. Покажу тебе, где магия встречается со сталью.
Бин обнял друзей на прощание и ушёл, оглядываясь на каждом шагу.
Появился Виктор, хлопнул Кира по плечу:
— Пошли. Научу тебя таким фокусам, что воры в порту обзавидуются.
Кир подмигнул Эйдану:
— Встретимся позже, чемпион!
И ушёл, насвистывая.
Бенедикт подошёл к Эйдану и положил тяжёлую руку на плечо.
— Тяжело будет, — сказал он. — Я не жалею учеников. Будешь падать — вставай. Будешь хотеть уйти — вспомни, зачем пришёл. Идём.
Они пошли через плац, мимо казарм, к дальней башне, где тренировались чемпионы.
— Бенедикт, — спросил Эйдан. — А что такое чемпион?
Старый воин остановился и посмотрел на него долгим взглядом.
— Чемпион — это не тот, кто побеждает всех. Это тот, кто не сдаётся, когда все уже сдались. Это тот, на кого можно положиться в бою. Тот, кто прикроет спину и не убежит. Понял?
— Понял, — кивнул Эйдан.
— Тогда пошли. Работать будем много.