В августе 1941 года штурмовик Ил-2 жил в среднем 25 вылетов. Нельсон Степанян сделал 259. Лётчик, который топил эскадры, сжёг 27 самолётов врага и получил вторую Звезду Героя через три месяца после смерти.
Искусство воздушного блефа
В советских сводках о нём писали пафосно: «От его дерзких ударов оставались по дороге груды стального лома, обагрённого вражеской кровью». Но за бронзой бюстов и строками наградных листов скрывается человек с удивительной судьбой. Сын ереванского торговца, названный в честь западного героя, он с детства мастерил бумажные самолётики, чтобы однажды стать грозой балтийского неба. Дважды Герой Советского Союза Нельсон Степанян прожил всего 31 год, оставив после себя 259 боевых вылетов и легенду, которая до сих пор покоится на дне моря вместе с его боевым «Илом».
Нельсон Степанян воевал не столько оружием, сколько интеллектом. Он мыслил в бою как шахматист — думая и за себя, и за противника. Его формула успеха была проста и сурова: «Три процента вдохновения, десять процентов терпения и восемьдесят семь процентов труда». Эта математика работала безотказно даже в самых безвыходных ситуациях.
Однажды под Ленинградом, атакуя вражеский аэродром, он попал под жесточайший зенитный огонь. Смерть смотрела в лицо. Но Степанян нашел нестандартный ход.
«Маневрируя в огне, разворачиваюсь так, что оставшиеся немецкие самолёты приходятся как раз по линии прицельного огня... а сам снижаюсь в направлении посадочных знаков... Немцы, решив, что я хочу сесть на их аэродром, перестали стрелять. Они даже ждут меня, — вспоминал позже лётчик. — А я, пронесшись над посадочной, всадил заряд пулемётов в один из самолётов, стоявших у опушки леса».
Это была не просто дерзость, это был тонкий психологический расчёт. Его прозвали «Балтийским орлом», и этот орёл умел выбирать момент. Даже когда статистика 1941 года отводила пилоту Ил-2 всего 25 вылетов, Степанян преодолел этот рубеж, получив ранение в 20-м вылете, но вернувшись в строй, чтобы навсегда переписать эту жестокую арифметику войны.
Командир, который умел слушать
В мае 1944 года, после освобождения Севастополя, лётчик Александр Цветнов получил письмо от семьи, о которой ничего не знал три долгих года оккупации. Радость была почти невыносимой. Степанян, заметив состояние подчинённого, не просто дал формальное разрешение на отпуск. Он вник в детали.
«Много дел было у командира полка, но всё же Степанян нашёл время и поинтересовался, как и когда еду, с чем еду? — вспоминал Цветнов. — Узнав, что я не получил в дорогу, что нужно, предложил сесть в его машину, и мы поехали на базу, где я получил всё, что положено».
За эту «внимательность к подчинённым» и любили комполка. Он был строг в небе, но на земле оставался «душевным, внимательным человеком, умевшим убедить и помочь». В его характере удивительно сочетались стальные нервы аса и доброта учителя, который ещё в школе «подтягивал» одноклассников, а позже, будучи инструктором, отвергал грубость как метод обучения.
От бумажных самолётиков до командира «Феодосийского»
Родившись в Шуше, Нельсон Георгиевич Степанян с младенчества впитал дух эпохи. Отец, работавший на американскую компанию «Зингер», дал ему имя Нельсон в честь западных идеалов. Но сердце мальчика покорило небо Востока. С бумажных самолётиков, которые летели всё дальше, начался путь в большую авиацию. К 1940 году он уже был инструктором с нагрудным знаком «За налёт 300 000 км», а 23 октября 1942 года стал Героем Советского Союза.
Его полк в Крыму творил чудеса: 8 транспортов, 12 быстроходных десантных барж, 9 сторожевых катеров, более 3000 солдат противника — такой была «бухгалтерия» войны 47-го штурмового. 22 апреля 1944 года северо-западнее Севастополя его группа разгромила конвой, а сам командир, несмотря на повреждение машины от зенитного огня, «до конца выполнил боевое задание и благополучно вернулся на свой аэродром». За отличия при освобождении Феодосии полк получил почётное наименование «Феодосийский».
14 декабря 1944: точка невозврата
Осенью 1944 года полк перебросили на Балтику. Здесь, в Прибалтике, решалась судьба Курляндского котла. Незамерзающий порт Либава (Лиепая) был артерией, питающей окружённую группировку врага. Немцы защищали его яростно: мощная система ПВО и аэродром с асами 54-й истребительной эскадры «Grünherz» («Зелёное сердце») ждали советские самолёты.
14 декабря 1944 года началась операция «Арктур». Степанян, уже представленный ко второй Звезде Героя, повёл группу в свой 259-й боевой вылет. Он настоял на этом сам. Но в этот раз удача изменила шахматисту. Из-за опоздания прикрытия и несвоевременной атаки пикировщиков немецкие истребители Fw-190 были готовы к встрече.
«В 14 час 12 мин ведущая группа 4 Ил-2 была атакована двумя парами истребителей противника ФВ-190... После первой же атаки самолёт ведущего гвардии подполковника Степаняна... был подбит... перешёл в пикирование и упал в море... Экипаж погиб».
Самолёт с телом дважды Героя до сих пор покоится на дне Балтийского моря, а кенотаф установлен на кладбище в Лиепае. Вторую медаль «Золотая Звезда» Нельсон Степанян получил посмертно — 6 марта 1945 года.