“Доподлинно известно и сие подтверждено также многими свидетельствами, противу коих не станут спорить ни мудрецы, ни мужи науки, что глазу змеиному присущ магнетизм и буде кто, влекомый противо воли своей, подпадет под действие оного магнетизма, тот погибнет жалкою смертью, будучи укушен сим гадом”.
Разве можно верить в такую чепуху, “которую в наши дни отвергают даже круглые невежды".
Это начало рассказа “Человек и змея” Амброза Бирса (1890) о Брайтоне — персонаже 35 лет, богатом холостяке, завидного здоровья, спортсмене-любителе и большом эрудите, который остановился погостить у своего приятеля, учёного, доктора, любителя пресмыкающихся, изучавшего змей, жаб и других древних чудищ.
Поразительно, что стоило ему только об этом подумать, как вдруг в темноте, под кроватью, он заметил две светящиеся точки. Приглядевшись, он увидел большую змею, свернувшуюся кольцами под кроватью, чей взгляд был неподвижно устремлен на него.
Глаза змеи были уже не просто светящимися точками; они смотрели в его глаза взглядом осмысленным и полным ненависти.
Первым желанием его было позвонить в колокольчик и вызвать прислугу, но он остановил себя, не желая признать, что возможно страх движет им.
Тогда он решил потихоньку выйти из комнаты, чтобы не потревожить змею. Но стоило ему пошевелить ногами, как он почувствовал, что не может заставить себя сделать это. Тело его не слушалось. Чем больше он пытался двигаться назад, тем настойчивее его тело продвигалось вперёд, навстречу магнетическому взгляду змеи, который становился всё сильней и сильней.
Пытаясь сопротивляться, он схватился за стул, но это не помогло, он упал на пол лицом вперёд, сломал нос, из губы пошла кровь. Лёжа на полу с закрытыми глазами, он почувствовал, как воздействие чар змеи начало ослабевать. Он подумал: “Что если не смотреть в глаза змее, то можно выбраться из комнаты и спастись?”.
Но мысль о змее, лежавшей в нескольких футах от его головы и, может быть, готовой к прыжку, готовой обвить его шею своими кольцами, — мысль эта была невыносима! Он поднял голову, снова взглянул в эти страшные глаза и снова был в плену.
Он пытался сопротивляться, но тело его не слушалось, каждое движение всё больше и больше приближало его к змее. Он отталкивался назад, но, как заколдованный, подтягивался на локтях и полз вперёд и вперёд.
…
На оглушенный крик прибежал хозяин дома. Перед ним предстало ужасное зрелище — мертвец, чьи руки и голова лежали под кроватью. Когда тело вытащили и перевернули на спину, то его лицо было перепачкано кровью с пеной, широко раскрытые глаза почти вышли из орбит.
— Разрыв сердца, — сказал ученый, опускаясь на колени и кладя ладонь мертвецу на грудь. При этом он случайно взглянул под кровать. — Бог мой! Каким образом это сюда попало?
Это было чучело змеи; а её глаза были пуговицами от дамских ботинок.