В кинотеатрах — новая версия «Грозового перевала». Отношение к классическому оригиналу она не имеет.
«Самый романтичный роман» экранизировали более двадцати раз, но никогда еще не подвергали столь безжалостному аутодафе.
О злонамеренности авторши свидетельствует пролог с висельником, демонстрирующим половое возбуждение под свист и ужимки взбудораженной толпы. Тут же ошивается неравнодушная к «шоу» девчушка Кэтрин Эршоу. Спустя сорок минут, в которые Феннел вместила невнятные детские забавы, юной озорнице предстоит подрасти, обернуться Марго Робби, потерять голову от любви к приемному брату Хитклиффу, но выйти замуж за богатого соседа по поместью. Впрочем, подлинной страстью леди Кэтрин станет не конфетно-романтический персонаж Джейкоба Элорди, но аутичный мазохизм, на что упорно намекают фрейдистские подсказки режиссерки, начиная с заголовка ленты и титров, украшенных кровавыми разводами.
Ближе к развязке британская постановщица и сама впадает в некое подобие исступления, навязывает зрителю полубессвязные эпизоды, смахивающие на инсталляции видео-арта по мотивам сюрреалистического макабра «Фаворитка» Йоргоса Латимноса. Но и этот вывих — лишь упаковка причуд политкорректной повестки, вывернутой на особый островной лад.
В голливудских поделках вмененная классическим сюжетам многонациональность персонажей выглядит криво скроенным шутовским колпаком. Эмиральд Феннел демонстрирует иной, концептуальный подход. Она назначает компаньонку леди Кэтрин дальневосточной азиаткой (Хонг Чау), а ее супруга — индийцем (Шазад Латиф). Вероятно, такое своевольничанье заинтересовало бы Бронте, ведь она в своем романе сознательно скрыла национальность Хитклиффа, «смахивающего на цыгана», подобранного отцом героини в портовом переулке.
Дальнейшая судьба бастарда, сбежавшего из дома приемного отца и ставшего негоциантом, опровергает «цыганскую» версию. Скорее, речь идет об отпрыске средиземноморских пиратов, ринувшемся в родную морскую стихию и вернувшемся стопроцентным, состоятельным и весьма мрачным джентльменом с золотой серьгой в ухе.
Взаимоотношения с инородцами, выдаваемыми за исконных обитателей Альбиона, делят повествование на главы, которые подразумевают исторические этапы вековечного гештальта старой доброй Англии. Детская пора освещает содружество с заморской компаньонкой. Отрочество — влюбленность в усыновленного Хитклиффа. Юность исковеркана внезапным бегством бастарда и браком по расчету с индийским «эсквайром» (уместно напомнить, что Великобритания обрела имперский статус, «унаследовав» индийскую империю Великих моголов). Внезапное возвращение Хитклиффа и вновь вспыхнувшая страсть Кэтрин служат прологом умопомешательства и летальной развязки, смахивающей на ее самоубийство.
Толстый намек на печальную судьбу старушки Англии, запутавшейся в порочных связях, впавшей в самоизоляцию и умоисступление, переживающей сепсис, ничуть не аукается с сюжетом Бронте, а попросту перечеркивает его. Литературный первоисточник явно тяготит режиссерку и обременяет любовную историю, сводящуюся к истеричному, тавтологичному и не эротичному адюльтеру. Правила игры тут диктуют вовсе не авторские потуги на оригинальность, а нигилизм заказчиков дискурса, с упорством маньяков стремящихся унасекомить нас до масштабов собственной бездарности.
При этом вдохновивший их contemporary art (не особый вид творчества, а инструмент деструкции искусства как такового) репрессирует не столько достижения мировых культур, сколько ментальность хомо сапиенсов.
«Грозовой перевал». Великобритания, США, 2026
Режиссер Эмиральд Феннел
В ролях: Марго Робби, Джейкоб Элорди, Шазад Латиф, Хонг Чау, Элисон Оливер, Мартин Клунес, Юэн Митчелл, Эми Морган, Джессика Нэппет, Шарлотта Меллингтон
18+
В прокате с 14 февраля
Фото: кадры из фильма