Тамара Алёшина: Та самая Маша Светлова, которой мы аплодировали 70 лет
Она была главной русской женщиной советского театра и кино. Скромная, светлая, удивительно органичная. Для миллионов зрителей Тамара Алёшина навсегда осталась старшим лейтенантом Машей Светловой из «Небесного тихохода» — той самой, которая пела «Первым делом — самолёты» и кружила голову целой эскадрилье. Но за этой одной ролью — целая жизнь длиной в век, жизнь актрисы, которая пережила блокаду, играла на одной сцене с великими и никогда не жаловалась.
Студентка, ставшая Софьей
Тамара Алёшина родилась в Петрограде в 1919 году. Город только приходил в себя после революции и Гражданской войны, а девочка росла в атмосфере, далекой от политических бурь. Она хотела только одного — сцены.
В 1940 году, окончив Ленинградский театральный институт, Алёшина пришла в труппу Театра имени Пушкина (ныне Александринка). И сразу получила роль, о которой многие актрисы мечтали годами, — Софью в «Горе от ума». Представьте: вчерашняя студентка выходит на сцену главного драматического театра Ленинграда и играет классику. Это был аванс доверия, который она оправдала сполна.
Но начавшаяся карьера была прервана самым страшным образом.
Война и «Русские люди»
Когда началась Великая Отечественная война, Алёшина осталась в городе. Она пережила первую, самую страшную блокадную зиму. Театр не закрывался — актеры играли для изможденных, голодных ленинградцев, для раненых в госпиталях, для солдат, уходящих на фронт.
В 1942 году на сцене поставили пьесу Константина Симонова «Русские люди». Алёшина играла Валю. В зале сидели те, кто завтра мог не вернуться с передовой. И эта связь — актрисы и зрителей, объединенных одной бедой и одной верой в победу, — стала для неё главным театральным опытом.
Театр имени Пушкина вскоре эвакуировали в Новосибирск. Но Ленинград навсегда остался её городом, её болью и её любовью.
Золотой век театра
После войны Алёшина вернулась в Ленинград и стала одной из ведущих актрис театра. Она играла всё — от классики до современной драмы. Лизу Калитину в «Дворянском гнезде», Парашу в «Горячем сердце», Ирину Годунову в «Великом государе». А в 1952 году блестяще сыграла Элизу Дулитл в «Пигмалионе» Бернарда Шоу. Перевоплощение цветочницы в леди в её исполнении было настолько убедительным, что зрители не верили: та же актриса еще вчера играла простую русскую женщину.
Её партнерами по сцене были легенды: Юрий Толубеев (кстати, Алёшина вышла за него замуж и взяла фамилию Толубеева, но в титрах часто оставалась Алёшиной), Николай Симонов, Василий Меркурьев. Она училась у них, впитывала ту особую ленинградскую театральную школу — интеллигентную, глубокую, без фальши.
Главная роль длиною в жизнь
В кино Тамара Алёшина дебютировала еще до войны, в 1940 году, сыграв в фильме «Приятели». А в 1941-м вышли «Фронтовые подруги», где у неё была заметная роль дружинницы Зины Масловой. Но настоящая всесоюзная слава пришла в 1945 году.
«Небесный тихоход» — фильм, который знала вся страна. Легкий, светлый, он вышел через несколько месяцев после Победы и стал глотком счастья. Старший лейтенант Маша Светлова в исполнении Алёшиной — это идеальный образ женщины на войне: красивая, умная, сильная, но при этом женственная и ранимая. Её дуэт с Николаем Крючковым стал одним из самых любимых в советском кино.
Интересно, что Алёшиной тогда было 26 лет. Она только что пережила блокаду, потерю близких, эвакуацию. Но на экране она — сама юность и надежда.
После славы
Удивительно, но после такого оглушительного успеха Алёшина не стала кинозвездой в привычном смысле слова. Она не гналась за количеством ролей, не снималась в проходных фильмах. Она выбирала театр. Кино приходило к ней само.
В 1955 году она сыграла императрицу Елизавету Петровну в фильме «Михайло Ломоносов». Образ получился живым и человечным, несмотря на пафос исторической личности. А через десять лет, в 1965-м, она создала, пожалуй, свою лучшую кинороль — Агафью Матвеевну Пшеницыну в экранизации «Обломова» режиссера Михаила Швейцера.
Эта работа — вершина актерского мастерства. Её Пшеницына — не просто мещанка, а женщина, чья любовь и забота становятся тем самым «обломовским» покоем, который главный герой ищет всю жизнь. Алёшина сыграла тихую, незаметную, но такую важную женскую силу — силу терпения и преданности.
Жена и вдова
В 1959 году ушел из жизни её муж, великий актер Юрий Толубеев. Для Алёшиной это был страшный удар. Она осталась одна, но продолжала выходить на сцену. Играла, потому что иначе не могла. Театр стал её домом, её семьей.
В 1970-80-е она продолжала работать в театре, играла характерные роли, часто возрастные. Меланью в «Детях солнца», даму «просто приятную» в «Мертвых душах». Молодые зрители могли не знать, что эта пожилая актриса с пронзительным взгляды — та самая Маша Светлова.
В кино она появлялась редко, но каждая роль запоминалась. В 1984 году, когда Алёшиной было уже 65, она сыграла мать Вольнова в фильме «Перегон». Маленькая роль, но сколько в ней было материнской боли и достоинства.
Закат на Волковском кладбище
Тамара Ивановна Алёшина ушла из жизни 21 сентября 1999 года. Ей было 80 лет. Она пережила свой век, свой театр, многих коллег. Похоронили её на Волковском православном кладбище в Петербурге — там, где покоится цвет русской культуры.
Она была заслуженной артисткой РСФСР, награждена орденом «Знак Почета» и медалями. Но главная её награда — память зрителей. Память о женщине, которая умела быть разной: наивной Софьей, страстной Элизой, любящей Агафьей Пшеницыной и веселой Машей Светловой.
Штрихи к портрету
Коллеги вспоминали, что Тамара Ивановна была человеком невероятной скромности. Она никогда не рассказывала о блокаде, не жаловалась на трудности. Даже когда в 90-е годы театр переживал тяжелейший кризис, она не роптала. Просто выходила на сцену и играла.
У неё была удивительная способность — быть «своей» для каждого зрителя. Её героини никогда не казались придуманными. Это были живые женщины: сомневающиеся, любящие, ошибающиеся. Может быть, поэтому её так любили. Она не играла — она жила на сцене.
Тамара Алёшина — это напоминание о том, что настоящая актерская слава не всегда измеряется количеством фильмов. Иногда достаточно одной роли, чтобы тебя помнили 70 лет. А если эта роль — «Небесный тихоход», то помнить будут всегда.