Бабу Дашу считали одной и самых старейших жительниц двора. Она уже лет двадцать как приехала из села в город, где её старшая сестра жила в этой квартирке – однокомнатной хрущёвке. Баба Даша неохотно рассталась с домом в деревне, но делать было нечего – нужно было ухаживать за сестрой после операции, и быть около врачей и больницы. Сестра наотрез отказывалась ехать к Даше в деревню.
- Ну, я думала, что подниму сестрёнку на ноги, да и снова поеду к себе в деревню, а не получилось…- часто вспоминала Дарья Егоровна, делясь своей судьбой с соседями, - Валя потом ногу сломала, села в коляску, и вовсе мне дорога в мой дом была заказана… А когда она умерла, то и я уже сдала. Нелегко в семьдесят лет было ухаживать за больным человеком…
Всё соседи уже знали историю бабы Даши, но она, видимо, переживая о том, что ей пришлось остаться в городе, всё тосковала по родной деревне, и не могла забыть те счастливые годы, когда жила в своём доме…
Сколько было лет бабе Даше, уже никто не помнил. Сухенькая, невысокая старушка компенсировала свою любовь к животным, коих у неё раньше в деревне было предостаточно, заботой о кошках, которые жили в подвале их пятиэтажки. Весь год она кормила на свою маленькую пенсию восемь кошек, двое из которых жили у неё в квартире.
Соседи привыкли слышать её шипящее «кис-кис-кис», когда она выходила по утрам и вечерам угощать своих питомцев. Мало ещё кто принимал участие в поддержке бездомных кошек, разве что иногда соседка с первого этажа выносила остатки своего ужина.
- И как вам удается всех накормить? – не раз спрашивали соседи.
- Так я им кашу варю. Из самой недорогой крупы – ячки или манки… А туда добавляю чуток обрезков от рыбы, а то покупаю шкуру свиную, или обрезь куриную в нашем магазине… И её маленькими кусочками… Экономлю, а бывает и молочком забелю кашу-то, а сверху капну растительного маслица. Едят! Куда деваться? – отвечала старушка, - летом они ещё мышей ловят в траве за сараями, а зимой вот голоднее. Но я уж сама поменьше съем, но их не могу бросить…
В одну весну соседка с первого этажа переехала в другой район. А на её место заселилась новая семья – муж, жена и две десятилетние девочки – Таня и Маша.
Очень горевала об уехавшей соседке баба Даша.
- Всё-таки и она кошек подкармливала… Хоть и не каждый день, но всё-таки помогала. А теперь уехала. Тяжелее мне будет… - сокрушалась баба Даша, рассказывая новосёлам-девочкам о своих подопечных.
- Ничего, бабушка, мы помогать станем, - заявили девочки. Бабушка улыбнулась, и вздохнула. Не поверила она детям. Ну, сказали так из вежливости, чтобы успокоить её, а как они помогут? Если семья и так наверняка не имеет большого достатка, раз переехали вчетвером в такую небольшую двухкомнатную квартирку…
Но девочки оказались очень добрыми, и всегда старались выносить вечерами корм для кошек. То остатки макарон обольют молоком, то обрезь от мяса дадут или просто нальют кефира в миску.
Баба Даша была довольна. Она благодарила и девочек, и их мать – Лизу, которая улыбалась и была всегда приветливой.
Лиза с сожалением смотрела из окна на старую соседку, которая ходила почти все сезоны в одном изрядно поношенном пальто, серо-голубого цвета, с оттопыренными карманами, и с разными пуговицами. На голове старушки был вязаный берет, сползающий то на один бок, то на другой, видимо, для тепла в нём было подложено что-то вроде ещё одной шапки.
- Послушайте, Дарья Егоровна, а давайте я вам своё пальто отдам. Оно и помоднее, и поновее, а себе я всё равно буду новое шить. Я ведь сама закройщица, в ателье работаю, - предложила как-то Лиза.
- Пальто? А зачем? – удивилась старушка, - а, ну да… Это у меня старое, очень старое. Я понимаю. Но знаешь, доченька, я к нему так привыкла, что даже не стану твоё мерить. И взять не смогу.
- Это почему же? Оно будет вам как раз, даже чуть свободнее, чем это. Соглашайтесь, я ведь подарю… - настаивала Лиза.
- Пойми, взять-то можно, а вот носить я его вряд ли буду… К этому привыкла. Тут и карманы вон какие большие, и воротник высокий, ветер не задувает, и пуговицы большие, удобно застёгивать… Извини, доченька… спасибо, но не надо…- поклонилась старушка.
Но Лиза улыбнулась и задумала всё равно сделать подарок соседке. Уж больно трогала её доброта Дарьи Егоровны и тёплое отношение к её дочкам.
Наступала зима. Не дожидаясь праздников или повода для подарков, Лиза однажды постучала в дверь к бабе Даше. Та открыла дверь сразу же.
- А у меня никогда не закрыто, - сказала старушка, - я в таком возрасте, что могу помереть каждый день… А сын ко мне редко ездит, всё ещё работает. Вот я и живу открыто…Заходите.
Девочки и Лиза улыбались. Они принесли бабушке обновку.
- Вот, - сказала Лиза, - я настаиваю на примерке, хотя оно готовое. Но вы должны одеть и оценить мои старания. Обязательно. Отказ не принимается.
Бабушка обомлела. Пальто было красивым, бежевого цвета, с перламутровыми крупными пуговицами и большими накладными карманами, больше похожими на сумки.
На онемевшую бабу Дашу Лиза надела пальто, а девочки уже застёгивали пуговицы.
- Ну, как? – спросила Лиза, осматривая растерявшуюся соседку.
- Надо же, не послушалась меня! Ну, сколько мне жить осталось, а ему износа нету… Такой материал не пожалела… Дорого вышло? – тараторила Дарья Егоровна, смотрясь на себя в зеркало в прихожей, - я это или не я? Что за барыня такая?
На глазах у бабушки выступили слёзы. Она не вынимала рук из карманов, до того они ей понравились.
- Ай, хорошие карманы! И ключи, и платок носовой, и пакет с семечками – птичек кормить, и всё, что хочешь клади, - радовалась она, как ребёнок, - я буду деньги отдавать помаленьку. Хорошо? А так принять – не могу, слишком дорогой подарок…
- Нет уж. Уговор был, что это подарок. И ни слова о деньгах, - сказала Лиза, и обняла женщину. Так и ушли новые соседи домой, оставив соседку в обновке. А та ещё долго не снимала пальто с плеч, наслаждаясь запахом новой материи, гладкими «ясными» пуговицами и теплом.
Лишь потом сняла его баба Даша и разложила в комнате на кровати, чтобы рассмотреть внимательнее.
- Ватин, как в прежние времена. Вот хорошо. И лёгкий какой, новый, пушистый. И воротник высокий, и по мне, ведь как угадала… А пахнет новеньким…
В эту ночь она даже не снимала его с кровати, лежало оно на ветхом одеяле, и спала под ним баба Даша, трогая рукой в темноте, и гладя свою обновку. Так и уснула, а утром, только открыла глаза, так сразу обрадовалась снова – вспомнила, что у неё теперь красивое пальто, и опять начала рассматривать его как дорогой подарок.
Весь двор говорил о пальто для бабы Даши. Она ходила теперь в нём, и как-то особо ласково со всеми здоровалась и счастливо улыбалась. А люди понимали её радость и всегда говорили:
- Очень вам к лицу, Дарья Егоровна, даже помолодели! И не такая уж вы и старая. Вон какая модница!
- Да уж, модница… Спасибо на добром слове. Но это всё Лизонька. Не брала я, не просила, а она на своём настояла. Добрая душа. Такие же у неё и девочки. Ангелочки… А годков мне уже девяносто два. Не берёт Господь, грешную… Никого у меня на осталось из ровни: ни подруг, ни коллег, а сынок уже сам на пенсии в другом городе живёт, и редко бывает…
Рассказывала баба Даша, что продала она давно свой дом в деревне, и купил сын на эти скромные деньги маленькую квартирку в областном центре, продав машину, и добавив всё накопленное. Да так и остался там с женой жить, а вот детей им Бог не дал.
- Ничего, вы такая общительная, вас и соседские девочки любят, - успокаивали бабу Дашу соседи.
И странные начались события во дворе. Девочкам удалось пристроить трёх кошек среди своих школьных друзей. Они рассказывали историю о старой бабушке, и люди охотно соглашались помочь с устройством животных.
А ещё соседи с пятого этажа подарили бабе Даше новую шапку. Меховую, тёплую, как раз на зиму. Уже не посмела отказываться старушка. Она только горячо благодарила и сразу же стала носить и шапку, чтобы люди видели, как она рада подарку.
За шапкой были подарены варежки. Их связали девочки, каждая по варежке. В тон к пальто. Баба Даша всё расспрашивала их о пристроенных кошках, и девочки каждый раз подробно рассказывали ей о них, а потом принесли и фотографии, которые старушка поставила на комод и любовалась.
На Новый год весь подъезд собрал бабе Даше пакет гостинцев. Дали кто что мог. И получился внушительный набор из круп, сахара, масла, колбасы, овощей и даже пирогов. Но особенно радовалась Дарья Егоровна большому пакету корма для кошек.
- Ничего, сейчас пройдёт Новогодняя суета и мы стерилизуем наших кошек, - сказала Лиза, - это я беру на себя. Их там только две осталось. Да кот. Весной моя подруга переезжает в деревню, и согласилась взять кошечку. Отдаём?
- Ну, если только добрые руки… - кивнула Дарья Егоровна, - а то мне уже и тяжеловато стало, скоро уже девяносто три годика… Да боюсь, если умру, кто станет кормить их?
- А вы не умирайте. А мыслите верно. Лучше сейчас пристроить добрым хозяевам. Так будет лучше.
Весной были устроены все подвальные кошки. Лишь две бабы Дашины любимицы жили у неё, как и прежде.
- Даёт Бог долгие годы нашей Даше, - говорили соседи, - разве теперь столько живут? Это за её доброту, не иначе…
Стал приезжать к Дарье Егоровне сын. Звал он её к себе, видя, что мать слабеет с каждым годом.
- Не поеду, тут люди очень хорошие. И тебе не хочу в тягость быть. Пока ведь на своих ногах и при памяти… - отказалась, как и раньше, баба Даша, - случится что – тебе дадут знать, а ты меня уж прости за всё…
- За что, мать? Это я тебя должен благодарить, а ты не хочешь даже последние годы пожить со мной вместе… - отвечал сын и уезжал. Но не сильно настаивал он на переезде мамы. То ли жена его не горела желанием ухаживать за свекровью, то ли он знал твёрдый характер матери. И соседи ему говорили:
- Да куда же она поедет? Разве расстанется со своими кошками? Подвальных еле пристроили, с каждой прощалась, как с человеком, чуть не плакала…
То ли тепло людей согрело бабу Дашу, то ли судьба дала ей столько здоровья, но прожила она почти до девяноста семи лет, и стала на тот момент одной из самых пожилых ветеранов труда в провинциальном городке.
Стареньких двух кошек бабушки девочки не бросили.
- Долго они не проживут и разлучать их жалко, - согласилась Лиза, - ладно, берём к себе на доживание. Пусть будут вместе, и сыты, и с вами. Они к вам привыкли.
Таня и Маша долго вспоминали свою добросердечную соседку, глядя на её кошек.
А квартиру бабушки продали, и в неё поселилась тоже пенсионерка, которая также подружилась с соседями, и стала разводить под окнами цветы.
- Ещё одной милой женщиной в доме стало больше… - говорили соседи, - везёт нашему дому на жильцов!
Спасибо за ЛАЙК, ОТКЛИКИ и ПОДПИСКУ! Это помогает развитию канала.
Поделитесь, пожалуйста, ссылкой на рассказ! Благодарю за посильный донат!(на корм кошкам)