Воспитанники новосибирского детсада играли на улице. Вика, которой было всего 4 годика, застряла шейкой между ступеньками горки. Ноги до земли не доставали, выбраться не получалось. Другие малыши пытались вытащить подружку, но тщетно. В конце концов девочка перестала двигаться. В таком положении Вика провела 17 минут. Все время, пока ребенок был сдавлен ступенями, никто из взрослых к ней не подходил. Не видела, что случилось с девочкой, и воспитатель Кристина Керобян. Она в это время сидела в беседке, была увлечена своим телефоном.
ВОСПИТАТЕЛЬНИЦА ОТКАЗАЛАСЬ ГОВОРИТЬ НА СУДЕ
Прошли месяцы, прежде чем воспитателю вынесли приговор: за смерть девочки - 2 года колонии-поселения. Ни она сама, ни родители маленькой Виктории с таким наказанием не согласились, и из районного суда дело передали в областной.
Кристина Керобян пришла на заседание с группой поддержки. Ее сопровождали отец и еще человек пять - вероятно, родственники. Кроме них - три защитника. Сама воспитательница все заседание провела с опущенной головой. Она молчала и отказалась даже от последнего слова. За нее говорили адвокаты.
Они предлагали проверить, вовремя ли в садик приехала «Скорая», напоминали о том, что в учреждении не оказалось штатного медика, что группа была переполнена. Уточнили даже, что, пытаясь вызволить Вику, малыши тянули ее за ноги: мол, не из-за этого ли горло девочки сдавило сильнее? В очередной раз сослались на то, что горка была сделана не по госту, то есть была заведомо опасной. Свою подзащитную адвокаты предложили... оправдать.
«ДЕТИ ПОЛУЧИЛИ ПСИХОЛОГИЧЕСКУЮ ТРАВМУ»
Родители погибшей девочки, напротив, настаивали на том, чтобы воспитателя наказали строже.
- Керобян надлежащим образом не исполняла свои обязанности. Это подтверждено тем, что она не наблюдала за детьми, покидала площадку, оставляла ребятишек без присмотра. Все дети принадлежали сами себе. Прошу обратить внимание на то, что многие ребята в результате трагедии получили психологическую травму, - говорила мама погибшей малышки Анна Протевень. - Прошу назначить наказание в виде трех лет лишения свободы в колонии общего режима. Может, так Керобян поймет, что в смерти нашей дочурки виновата только она.
Колония-поселение – это, в общем, достаточно безобидное место. Можно запросто встречаться с близкими, если разрешат - выходить за территорию и носить не тюремную робу, а привычную одежду. Потерявшие дочь родители желают более суровой участи виновнице их горя.
Государственный обвинитель тоже отверг аргументы защиты и выступил за ужесточение наказания. Он предложил к прежнему приговору добавить полгода.
- Необходимо усилить назначенное наказание до двух лет шести месяцев лишения свободы, - выступил прокурор апелляционного отдела областной прокуратуры Дмитрий Богер. - С учетом того, что пострадал несовершеннолетний ребенок, с учетом того, что Керобян в течение длительного времени не осуществляла контроль за ним и с учетом всех обстоятельств дела вид исправительного учреждении также должен быть изменен с колонии-поселения на исправительную колонию общего режима.
«ЕСЛИ Б НЕ КРИСТИНА - СЛУЧИЛАСЬ БЫ ТРАГЕДИЯ»
Выслушав каждого, судья объявил небольшой перерыв. Прежде чем он вернулся в зал, поговорить с журналистом пожелал отец воспитательницы.
Кероб Керобян занимается строительством. Судя по всему, именно он позаботился о сильной защите для дочери. В разговоре тет-а-тет мужчина не стал отрицать, что дочь виновата, но, он считает, не настолько, чтобы лишать ее свободы. Говорит, был случай, когда Кристина, наоборот, спасла воспитанников. Дети играли на конструкции под названием «вертолет», и тогда случилась «аварийная посадка».
- «Вертолет» - на двух пружинах, и одна пружина лопнула. Конструкция чуть не перевернулась, и случилась бы трагедия, если бы не Кристина. Она потом пришла - колени все в царапинах: она сумела вовремя придержать этот «вертолет», - заступился за свою кровиночку отец. - У нее куча дипломов, грамоты. А в один прекрасный момент она за пять минут стала преступницей.
Керобян-старший сказал, что он сильно переживает смерть девочки, что бывает на кладбище, где похоронена Вика:
- Я каждый месяц езжу туда с цветами. Регулярно каждый месяц.
Сама трагедия случилась она 7 декабря 2015-го. И только через год подошел момент приговора в облсуде. Два года ограничения свободы. Тот же срок, что был определен районным судом, но даже в колонию ехать не понадобится. Просто воспитательнице нельзя будет уезжать из города, ходить по ночным клубам, придется регулярно отмечаться, да еще кое-какие мелочи. Еще запрещено с детьми работать, пока срок не пройдет.
«НУЖНО УСТАНОВИТЬ ВИНУ ВСЕХ, КТО ПРИЧАСТЕН К ТРАГЕДИИ»
В смерти ребенка явно виновата не только воспитательница-преступница.
- Моя позиция какой была? Чтобы четко установить вину Керобян, необходимо установить вину всех лиц, причастных к трагедии. Исходя из вины каждого и выносить решение, - сказал в эфире Радио «Комсомольская правда» - Новосибирск» защитник Евгений Звонарев. - В данном случае Кристину сделали крайней и пытаются всех собак на нее повесить.
Впрочем, итог судебного разбирательства таков, что Керобян легко отделалась.
Горка, опасная для детей. Безалаберная администрация садика, где оказалось некому оказать первую помощь ребенку. Воспитательница, которая четверть часа (!) не замечала, что рядом с ней умер ребенок. Тотальный бардак. И почти никаких серьезных наказаний. В начале разбирательства отправили в отставку руководителя отдела образования города, да теперь на два года запретили веселиться воспитательнице. Вот, по сути, и все - за жизнь девочки.
Автор: Вадим АЛЕКСЕЕВ. Из архива «КП»