“Это все Божья милость, что будущее сокрыто от нас и мы не знаем заранее о будущих ужасных несчастьях и испытаниях; тогда мы не смогли бы наслаждаться настоящим и жизнь была бы лишь длительной пыткой”
(Из письма императрицы Марии Федоровны своему третьему сыну, Великому князю Георгию. Написано до 1900 г.)
Историческая справка
Александр Александрович Романов, он же Александр III Миротворец. Годы жизни 1845-1894. Годы правления 1881 — 1894. Был вторым по старшинству сыном императора Александра II. Ему пришлось стать преемником своего отца после ранней кончины старшего брата Николая. Годы правления Александра III считаются самыми спокойными в жизни дореволюционной России, страна не была втянута ни в один военный конфликт. Однако многие историки полагают, что так называемые “контрреформы”, проведенные императором, способствовали не только процветанию России, но и появлению мин замедленного действия, которые не были распознаны и “обезврежены” сыном Александра III Николаем II. Это привело к Первой русской революции 1905-1907 гг., затем — к вступлению России в Первую мировую войну и в конечном счете — к государственному перевороту 1917 года, положившему трагический конец российской императорской династии Романовых.
Мать — Мария Александровна (урожденная принцесса Максимилиана Вильгельмина Августа София Мария Гессенская и Прирейнская). Годы жизни 1824-1880.
Отец — император Александр Николаевич, он же Александр II Освободитель. Годы жизни 1818-1881. Годы правления 1855-1881. После смерти Марии Александровны женился морганатическим браком на своей давней любовнице Екатерине Михайловне Долгоруковой, получившей в замужестве титул Светлейшей княгини Юрьевской. От этого союза появилось четверо детей, трое из них выжили, в том числе любимец отца сын Георгий. Александр Александрович всерьез опасался, что Георгий может быть объявлен наследником престола.
Официальный брак с Долгоруковой, заключенный 6 июля 1880 года, продлился несколько месяцев. 13 марта 1881 года Александр II погиб в результате террористического акта, осуществленного представителями организации “Народная воля”.
Судьба каждой женщины, вышедшей замуж за российского императора, уникальна по-своему. Например, супруга Петра Екатерина I по праву претендует на титул “Самая нелепая”. Далее по списку жен императоров Романовых — спутница Павла I Мария Федоровна-первая, если можно так сказать. Она довольно быстро из неземного создания превратилась в нахрапистую немецкую бюргершу, не упускавшую своего. Ее сменила жена Александра I Елизавета Алексеевна, биография которой как будто написана слезами. Затем в российскую историю “впархивает” вторая половинка Николая I Александра Федоровна, которую так и звали — “птичкой в золотой клетке”. Ее старшая невестка Мария Александровна, вышедшая замуж за Александра II, осталась в памяти потомков не столько полнокровной женщиной, сколько святой в человеческом обличье.
О судьбе последней из русских императриц, Александры Федоровны, нам еще предстоит поговорить, хотя многим она и так очень хорошо известна. А вот о Марии Федоровне знают самую чуточку. Хотя, по нашему мнению, эта женщина заслуживает восхищения. Многое из того, что с ней случилось, произошло впервые, и не всегда это была большая радость. Она была первой не немецкой, а датской невестой русского “принца”. Кроме нее, никто не прошел через вторую помолвку. Ей единственной было суждено застать гибель царской России и “дождаться” появления СССР.
Но сегодня мы остановимся на самом, если можно так сказать, счастливом отличии Марии Федоровны от других императриц. Она была единственной во всех смыслах женщиной для своего мужа. К этому браку до сих пор не прилипло ни одной сплетни не то что про фавориток и фаворитов, но даже про случайные интрижки.
Конь и трепетная лань
Мы уже говорили, что в России почти 19-летнюю Дагмар встретили с большими почестями, но народ поначалу отнесся к ней так себе. Люди уже вовсю читали газеты, и их приводило в недоумение — как это, сначала невеста одного, потом другого? Отзывы о ее внешности тоже разные. У нее не было, например, античной красоты Александры Федоровны или ангельского облика Марии Александровны. Князь Долгоруков заявлял:
“Цесаревна Мария Федоровна хотя не красавица в полном смысле слова, но женщина необыкновенно приятная лицом, взглядом, обхождением, разговором, женщина очень умная, но властолюбивая…”.
Вот насчет “не красавицы” многие были не согласны, в том числе дамы. Например, принцесса Мария Аделаида Кембриджская называла юную Дагмар “очаровательно красивой”. Все отмечали ее умение носить платье, живую улыбку, манеру держать себя — одновременно величественно и просто. Ведь детство Дагмар прошло скромно, отнюдь не с королевским размахом. В их замке было всего шесть слуг, дети часто выходили одни на улицы Копенгагена. И будущая Мария Федоровна прекрасно умела общаться как с особами королевской крови, так и с простыми горожанами.
Муж был влюблен в нее по уши. Свекровь Мария Александровна приняла свою первую невестку очень тепло, хотя на тот момент эта женщина была раздавлена смертью старшего сына Николая, первого официального жениха Дагмар. Сама же Мария Федоровна была проникнута глубоким сочувствием к этой уже очень больной и явно не любимой своим мужем императрице.
Поначалу и Александр II сердечно привязался к девушке. Ну, еще бы — операцию по установлению брачно-политического союза с Данией завершилась успешно. Почему отношения со свекром дошли почти до состояния холодной войны, мы расскажем чуть позже.
Интересно, что Александр Александрович и его молодая жена были во многом противоположны, начиная с внешности. Она — маленькая и хрупкая (ее в семье звали Минни), он — большой, громоздкий, даже полный. Александр Третий годами пытался бороться со своим весом. Он, например, подметал листья в дворцовых парках, убирал снег, пилил и колол дрова, во время рыбалки часами сидел на веслах. Тем не менее с юности он был медлительным, не спортивным, ненавидел танцы. Свои мундиры занашивал в буквальном смысле до дыр.
Мария же Федоровна с детства занималась гимнастикой, обожала верховую езду, а наслаждаться балами ей не мешали даже беременности. Что касается одежды, ее называли “самой хорошо одетой женщиной в Европе”.
Проклятие имени
Именно верховая езда стала причиной того, что первый ребенок родился у этой любящей пары только через полтора года после свадьбы. Первая беременность окончилась выкидышем. Но уже 16 мая 1866 года Александр Александрович пишет в своем дневнике:
“Минни разбудила меня в начале 5-го часа, говоря, что у нее начинаются сильные боли и не дают ей спать… Наконец, мы встали и отправились одеваться. Одевшись и выпив кофе, пошел скорее к моей душке, которая уже не могла окончить свой туалет, потому что боли делались чаще и чаще и сильнее. Я скорее написал Мама записку об этом, и Мама с Папа приехали около 10 часов, и Мама осталась, а Папа уехал домой. Минни уже начинала страдать порядочно сильно и даже кричала по временам. Около 121/2 жена перешла в спальню и легла уже на кушетку, где все было приготовлено. Боли были все сильнее и сильнее, и Минни очень страдала. Папа вернулся и помогал мне держать мою душку все время. Наконец в половине третьего пришла последняя минута, и все страдания прекратились разом. Бог послал нам сына, которого мы нарекли Николаем. Что за радость была — это нельзя себе представить. Я бросился обнимать мою душку-жену, которая разом повеселела и была счастлива ужасно. Я плакал, как дитя, и так легко было на душе и приятно”.
Наверняка многие современные мужчины поймут наследника русского престола. Но вот что касается женщин — не всякой бы понравилось, что за ее мучениями наблюдают не только муж, но и свекор.
В общем, все завершилось благополучно. Ребенка назвали, конечно же, в честь покойного брата Николая Александровича. Тогда никто не знал, что их обожаемый Ники проживет всего 50 лет и будет расстрелян вместе со своими женой, детьми и самыми верными подданными в мрачном подвале Ипатьевского дома в Екатеринбурге.
Ровно через год на свет появился второй сын — Александр. Интересно, что в 1840-х годах в семье будущего Александра II с разницей в пять лет случились две трагедии — сначала во время родов умерла его юная сестра Александра, потом, от скарлатины — старшая дочь Александра, или Лина, которой не исполнилось и семи лет. После этого все Романовы сочли имя проклятым для своих дочерей, но на мальчиков, видимо, суеверие не распространялось. Однако второй сын прожил менее года и скончался от менингита.
По свидетельству очевидцев, смерть ребенка еще больше сплотила Александра и Марию. Еще через год, в апреле 1871-го, судьба снова подарила им сына, которого назвали Георгием.
Когда мальчик был еще совсем крошкой, по Петербургу поползли странные слухи. Дескать, появился еще один Георгий, только отец его — сам император Александр II. Это действительно был первенец, родившийся от союза императора и его любовницы Екатерины Долгоруковой. Дата его рождения — 12 мая 1872 года, то есть он был младше своего племянника на год с небольшим. Рожала Долгорукова в укромных покоях Зимнего дворца, однако младенца поселили у бесконечно преданного “боссу” начальника личной охраны царя генерала Рылеева в Мошковом переулке.
Почему-то одним из первых об этом скандальном событии узнал германский посол Рейс. Он здраво рассудил: появление сына от молодой красивой любовницы может повлиять на ситуацию с престолонаследием в России, и немедленно доложил своему правительству, а заодно — некоторым русским придворным. Вскоре сведения о новом родственнике дошли до ушей Александра Александровича и Марии Федоровны. Говорят, что они были буквально потрясены случившимся, к тому же обожаемая цесаревичем мать, хоть и не проронила ни одного слова по этому поводу, но заболела еще сильнее.
Свадьба на крови
Аристократический Петербург шепотом возмущался и осуждал царя, но сказать ему что-либо в лицо или спросить о чем-то — было невозможно. По всей видимости, семья чувствовала себя в Петербурге весьма неуютно. Настоящей отдушиной для супругов были поездки на родину Марии Федоровны в Данию. Напомним, что датского короля и королеву называли “тестем и тещей всей Европы”, часто при их дворе собиралась многочисленная родня из разных стран, и обстановка царила самая непринужденная, и для детей, и для взрослых.
В 1877 году цесаревич, отец двоих сыновей и дочери Ксении, вместе с императором отправился на Русско-турецкую войну. Известно, что и тот, и другой вели активную переписку с любимыми женщинами, оставшимися в Петербурге. Но если Долгорукова жаловалась императору, что в связи с его отсутствием она и ее уже двое детей недополучают экзотические фрукты, поставляемые к официальному императорскому столу, то цесаревич просил жену организовать пересылку на фронт теплых вещей и особенно — махорки. И Мария Федоровна все это успешно осуществляла с помощью Российского Красного Креста.
Жена будущего Александра III обладала прекрасными организаторскими способностями, и при ней благотворительность в России стала государственным делом. Уже императрицей она патронировала Царскосельский лицей, Николаевский Сиротский институт в Гатчине, 27 женских институтов со Смольным во главе, 77 женских школ, свыше 30 мужских гимназий, 20 специальных мужских учебных заведений, училища для глухонемых, воспитательные дома, училища нянь, фельдшериц, дома призрения для больных и престарелых, богадельни, повивальные (акушерские) пункты, 113 детских приютов, благотворительные общества, 23 больницы и еще много чего. При ней женское образование перестало быть пустой формальностью, в то время как ее супруг издал очень непопулярный указ о “кухаркиных детях”, запрещавший выходцам из бедных семей поступать в гимназии.
Во время Русско-турецкой войны цесаревич командовал отрядом. Конечно, под пули его не посылали, но считается: именно в это время Александр настолько возненавидел войну, что во время его правления Россия не ввязалась ни в один вооруженный конфликт.
Однако после возвращения в Санкт-Петербург мир для большой императорской семьи так и не наступил. В апреле 1879 года было совершено очередное покушение на Александра II, в ноябре последовало еще одно. Они окончились ничем, но напуганный монарх решил переселить свою фаворитку Долгорукову в Зимний дворец. Впрочем, и там покой всем только снился. В феврале следующего года была взорвана столовая Зимнего, и только чудом никто из императорской семьи не погиб.
Вскоре скончалась супруга императора Мария Александровна. Для цесаревича и Марии Федоровны это было настоящее горе, но еще большим ударом для них стала скоропалительная свадьба императора и его любовницы. Летом 1889 года монарх пригласил все свое большое семейство в Ливадию, где надеялся “породнить” Екатерину и ее детей со своим потомством от первого брака. Но Мария Федоровна взбунтовалась. Она очень холодно здоровалась с новой женой свекра и запретила своим детям знакомиться с восьмилетним “дядей Георгием” и его крошечными сестрами — Ольгой и Екатериной. И тогда император заявил своей невестке, что у нее “нет сердца”.
Верный друг Саша
13 марта 1881 года террористы достигли наконец своей цели. В эти страшные дни Мария Федоровна написала пророческие слова:
“Наши самые счастливые и безмятежные времена позади. Мой покой и умиротворение ушли, и теперь я могу думать только о Саше”
Обстановка в столице вынудила Александра III и его семью сразу после присяги и похорон переехать в Гатчинский дворец. Мария Федоровна, обожавшая Петербург, и особенно — прогулки по Невскому, первое время ужасно тяготилась новым жилищем, но потом Гатчина стала одним из любимых мест семьи. Там можно было охотиться и рыбачить — причем все увлечения мужа Мария Федоровна полностью разделяла.
В 1882 году у супругов родился последний ребенок — дочь Ольга, любимица отца. Он называл ее “беби” и позволял сидеть под столом даже во время его разговоров с министрами. В качестве главного поощрения Оленьке разрешалось собственными ручками прикладывать государственную печать к документам.
До сих пор не выработано единой точки зрения на правление Александра III, но его репутация как мужа и отца — безупречна. Достаточно прочесть хотя бы несколько писем к жене. Вот, например, одно, датированное 1884 годом. Их браку на тот момент — 18 лет. Однако Мария Федоровна вместе с дочерью Ксенией уехала навестить родственников в Данию и император огромной страны не находит себе места:
“Моя милая душка Минни!
Вот уже пять лет, что мы ни разу не разлучались и постоянно были вместе, исключая мою поездку в Данию в 1881 г., но это было всего неделю. Пусто и грустно сделалось в Гатчине, а особенно в твоих маленьких комнатах, которые остались совершенно как при тебе с цветами и букетами.
…Завтракал с детьми, Воронцовым и Гирсом. Мишкин (сын Михаил 1878 г.р.- прим. ред.) сам пришел к завтраку, был очень умен и ел хорошо. Потом мы курили и разговаривали в твоем кабинете и приходила беби, как всегда.В 3 ½ пошли гулять с Ники и Жоржи и катались на «Славянке» по озеру. Посадили на острове все наши вербы вместе. Дети хотели посадить там же вербу Гоши и посадили ее отдельно, на другом маленьком острове. Камчатка (любимая собака — прим. ред.) все время плавала через озеро и кругом фрегата и наслаждалась водой.
…После обеда были у Миши и беби, которые уже спали, а потом, простившись с Ники и Жоржи, я пошел к себе заниматься, писал письма и читал бумаги до ¾ 1 часа, а потом лег спать, потому что сильно хотелось спать.…
От всей души обнимаю тебя, моя милая душка Минни, крепко, крепко. Целую крепко милую Ксению. Мой поклон всем нашим.
Дай Бог до скорого свидания! Христос с вами, мои душки! Обнимаю еще раз.
Твой верный друг Саша”.
Улыбка на память
29 октября 1888 года царский поезд возвращался с юга. Вагоны были разные по размеру и качеству, для царской фамилии — побогаче, для прислуги — попроще. В 14 часов 14 минут, когда вся императорская семья с детьми и любимой Камчаткой сидела за поздним завтраком в вагоне-ресторане, раздался страшный грохот.
Вот что вспоминала Мария Федоровна:
“Всё падало и трещало как в Судный день. В последнюю секунду я видела ещё Сашу, который находился напротив меня за узким столом и который потом рухнул вниз… В этот момент я инстинктивно закрыла глаза, чтобы в них не попали осколки стекла и всего того, что сыпалось отовсюду”.
Как потом было установлено, маленькую Ольгу выбросило из вагона вместе с няней. Но женщина не растерялась и оказала помощь девочке, за что потом до конца жизни была облагодетельствована Романовыми.
Царский вагон был полностью разрушен, погиб лакей, подававший императору сливки, и несчастная Камчатка. Однако сам император, его супруга и дети серьезно не пострадали, у Марии Федоровны была повреждена рука, а у Ксении — спина. Потом выяснилось, что в этой аварии погиб 21 человек и ранено 24. Двое из тяжело раненых скончались.
Александр и его жена не покинули место катастрофы до тех пор, пока не была оказана помощь всем, кому требовалось. Мария Федоровна в накинутой на плечи офицерской шинели сама перевязывала пострадавших.
Что это было — несоблюдение скорости, техническая неисправность или теракт, до сих пор точно неизвестно. Но здоровяк Александр Третий после этого стал жаловаться на боли в спине. В течение почти шести лет ему ставили разнообразные диагнозы, наконец сошлись на том, что это — нефрит.
В октябре 1894 года уже совсем больного императора отвезли в Ливадию. Мария Федоровна не отходила от его постели. Ситуация ухудшалась так стремительно, что император и императрица скрепя сердце дали согласие на брак наследника Николая с немецкой принцессой Алисой Гессенской. Она не нравилась родителям Никки. Алиса, или Аликс, приходилась внучкой королеве Виктории, а родная сестра Марии Федоровны была замужем за сыном британской монархини. В семье считали, что у Аликс с детства отвратительный характер, к тому же она могла быть переносчицей опасной болезни гемофилии, которую королева Виктория через свое потомство “разнесла” по всей Европе. Но Никки был влюблен, настойчив и согласие на брак было получено.
1 ноября императора Александра III не стало. “Я совершенно убита горем и подавлена, но когда я увидела его блаженную улыбку и умиротворение на лице, это придало мне сил” — вспоминала Мария Федоровна. Начиналась новая глава ее жизни под названием “Вдовствующая императрица”.
Хочешь еще?
Жены Романовых. Глава 8-я, часть 2-я. Брак Александра Первого
Жены Романовых. Глава 4-я. Личная жизнь Ивана Алексеевича и ее последствия для России
Жены Романовых. Глава 6-я. Первый брак Павла Петровича