Том 3, часть 1, главы 8-11
Комментарий
В 1812 году Андрей Болконский служил в Турции при штабе Кутузова. Узнав о начале войны с Наполеоном, князь Андрей попросил перевести его в Западную армию, которая находилась в Дрисском лагере. Дрисса – город, расположенный на северо-западе России. (Ныне - это Верхнедвинск в Витебской области Беларуси).
По дороге к новому месту службы Болконский заехал в Лысые Горы, но его приезд в родной дом не был радостным. Отец болел и постоянно вымещал своё раздражение на дочери. Князь Андрей, пытаясь защитить сестру от несправедливых упрёков отца, поссорился с ним.
«Князь Андрей приехал в главную квартиру армии в конце июня. Войска первой армии, той, при которой находился государь, были расположены в укреплённом лагере у Дриссы; войска второй армии отступали, стремясь соединиться с первой армией, от которой они были отрезаны большими силами французов. Все были недовольны общим ходом военных дел в русской армии; но об опасности нашествия в русские губернии никто и не думал, никто и не предполагал, чтобы война могла быть перенесена далее западных польских губерний.
В то самое время как князь Андрей жил без дела при Дриссе, Шишков, государственный секретарь… написал государю письмо, которое согласились подписать Балашёв и Аракчеев. В письме этом… он почтительно и под предлогом необходимости для государя воодушевить к войне народ в столице, предлагал государю оставить войско.
Комментарий
После отставки Сперанского Александр Iназначил государственным секретарём А.С. Шишкова (1754-1841), видного политического деятеля, известного своей патриотической позицией. Именно Александр Семёнович составил манифест о всеобщем ополчении и был автором некоторых приказов. АлександрI до ознакомления с письмом Шишкова объехал дрисские укрепления, сооружённые по приказу генерала Пфуля. Карл Людвиг Август Пфуль – прусский военный деятель, приглашённый Александром I для службы в Россию. Генерал разработал систему защиты западных границ России от неприятеля и был уверен, что его план поможет армии Барклая-де-Толли сдержать наступление французов. Но многие офицеры критиковали позицию Пфуля. На военном совете были высказаны следующие критические замечания: «наша армия отрезана»; «негодность Дрисского лагеря состоит в том, что река позади», местность заболочена, укрепления слабы и т.д.
«Из всех этих лиц более всех возбуждал участие в князе Андрее озлобленный, решительный и бестолково-самоуверенный Пфуль. Он один из всех присутствующих… желал только одного – приведения в действие плана, составленного по его теории, выведенной им годами трудов. Предполагали для Наполеона всё возможным, ждали его со всех сторон… Один Пфуль, казалось, и его, и Наполеона, считал таким же варваром, как и всех оппонентов своей теории. Но, кроме чувства уважения, Пфуль внушал князю Андрею и чувство жалости.
Князь Андрей, слушая предположения, планы и опровержения, только удивлялся тому, что́ все говорили. «Никто не мог и не может знать, какая сила этого или того отряда. Иногда, когда нет труса впереди, который закричит: «Мы отрезаны» - и побежит, а есть весёлый, смелый человек впереди, который крикнет: «Ура!» - отряд в пять тысяч сто́ит тридцати тысяч, как под Шенграбеном, а иногда пятьдесят тысяч бегут перед восемью, как под Аустерлицем».
Так думал князь Андрей, слушая толки…
На другой день на смотру государь спросил у князя Андрея, где он желает служить, и князь Андрей навеки потерял себя в придворном мире, не попросив остаться при особе государя, а попросив позволения служить в армии.
Комментарий
Толстой показал характер Болконского в сложный для него период. Незадолго до начала войны князь Андрей оставался во власти горьких воспоминаний о неудавшемся романе с Наташей, хотел встретиться с Курагиным, чтобы найти новый предлог для ссоры. «Не подав нового повода к дуэли, князь Андрей считал вызов со своей стороны компрометирующим графиню Ростову, и потому он искал личной встречи…»
Как сильный, умеющий владеть своими чувствами человек, Андрей Болконский пытался найти способ справиться с тяжёлым душевным состоянием и полностью погрузился в служебную деятельность. «Состоя в должности дежурного генерала при штабе Кутузова, он упорно и усердно занимался делами, удивляя Кутузова своей охотой к работе и аккуратностью».
Начавшуюся войну с Наполеоном князь Андрей воспринял как честный русский офицер: отказался от блестящей службы при императоре, а выбрал армию, на которую возлагалась ответственность за судьбу России.