На поле росло много цветов, так много, что если бы мы захотели их посчитать, то непременно сбились бы со счёта. Цветы росли среди трав, смолкая ночью, скромно прикрыв свои лепестки, и раскрываясь солнечным лучам на заре. А днём разговаривали друг с другом, тихо перешёптываясь под присмотром порывистого и эмоционального ветра.
Среди них рос красивый василёк. Он был прекрасен в своей синеве: если пальцами тронуть его лепестки, можно было почувствовать прохладное касание, как если бы бабочка взмахнула крылом и задела небольшой участок кожи. Его цвет смешал в себе самый отчаянный крик неба, а узор лепестков напоминал штрихи акварели, которые набросал вдумчивый художник.
«Как прекрасен этот мир, — думал василёк, — и как прекрасен я во всём своём синеющем великолепии! В капельках росы на моих лепестках солнышко так мило играет своими лучами, что их блеск, наверное, видно даже звёздочкам, живущим высоко в небе», — представлял себе василёк, наслаждаясь любовью к себе и миру.
Но однажды на поле прилетела иволга. Она, как гордая хозяйка, ходила и оглядывала свои владения, то задерживая взгляд на качающихся цветах, то склоняя клюв к земле в поисках пропитания.
— Здравствуйте, — решился заговорить с ней василёк и легко поклонился птице. — Посмотрите, как я прекрасен. Я хочу подарить вам свою красоту, — продолжал цветок, украдкой рассматривая птичье оперение и восхищаясь её статью.
Но иволга лишь смерила василёк гордым взглядом:
— Вашу красоту? На что она мне? Вскоре ты превратишься в пожелтевший кустик, твои прекрасные лепестки поникнут и высохнут, а затем тебя и вовсе не станет, — выплеснув на цветок ушат ледяной и страшной правды, птица вспорхнула и улетела, оставив василёк мучиться от осознания своего будущего увядания.
Шли дни, и василёк начал замечать, что его листья увядают, а лепестки уже не так живо приветствуют утром солнце.
«Неужели птица права? — думал он. — Неужели я так и засохну здесь, на этом поле? Но ведь я так хочу быть красивым и вечно радовать всех своей глубокой синевой».
С такими мыслями василёк вдруг ощутил маленький укол холода: это первая снежинка коснулась его отцветающей коробочки.
— Видно, такова моя судьба, я погибну, — решил цветок и, из последних сил взглянув на небо, сказал: — Солнышко, пусть ты уже не светишь мне так ярко, но ты светишь всегда, а я умираю. Просто помни, что нет в моём сердце желания более отчаянного, чем дарить радость и красоту этому миру.
С такими мыслями василёк заснул. Сердце цветка, от которого раньше лепестками расходились лучи синего сияния, от ветра и солнца раскололось, и оттуда высыпались последние слёзы-семечки. Ветер, будучи верным спутником, разнёс эти слёзы по полю, а земля нежно приняла их в свои пушистые объятия.
А следующим летом на поле загорелось множество ярко-синих звёздочек, которые шептались на ветру и дарили миру радость и красоту.
