«Савва Морозов - символ эпохи просвещенного меценатства в истории России.»
Ко дню рождения известного русского предпринимателя, мецената и благотворителя Саввы Тимофеевича Морозова (1862-1905).
Савва Тимофеевич Морозов вошёл в историю как выдающийся промышленник и меценат, который не только продолжил, но и значительно преумножил семейное наследие общественной деятельности. Его вклад в развитие русской культуры неоценим: он выступал не просто в роли финансового покровителя, а был истинным творцом культурного пространства, чья прозорливая поддержка направляла и формировала художественные течения своего времени.
Биография
Савва Тимофеевич Морозов родился в деревне Зуево Богородского уезда Московской губернии (ныне город Орехово-Зуево) 3 (15) февраля 1862 года. Внук основателя Морозовской династии Саввы Васильевича Морозова. Сын крупного текстильного фабриканта, основателя Никольской хлопчатобумажной мануфактуры старообрядца Тимофея Саввича Морозова и Марии Федоровны, урожденной Симоновой.
По воспоминаниям современников у родителей Саввы был счастливый союз, Тимофей Саввич был без ума от жены, даже советовался с ней в деловых вопросах.
Детские и юношеские годы Саввы прошли в Москве в родительском особняке, расположенном в Большом Трехсвятском переулке.
По окончании гимназии,в 1881 году, Савва поступил на физико-математический факультет Московского университета, и прослушав курс, в 1885 году уехал в Англию.
В Кембридже Савва Тимофеевич получил специальность химика-технолога, а заодно изучил состояние дел в британской текстильной промышленности. Он мечтал посвятить себя науке, но судьба решила иначе.
В период с 7 по 17 января 1885 года на текстильной фабрике «Товарищества Никольской мануфактуры Саввы Морозова, сына и Ко» развернулась Морозовская стачка. Это событие стало одним из наиболее масштабных рабочих выступлений в истории Российской Империи.
Причиной стачки послужило резкое ухудшение положения рабочих в результате промышленного кризиса начала 1880-х годов, а также жестокая эксплуатация со стороны владельцев фабрики.
Суд состоялся во Владимире в мае 1886 г. На суде выяснились чудовищные притеснения рабочих фабрикантом. Присяжные вынесли рабочим оправдательный вердикт.
Адвокаты обвиняли владельца и управляющих фабрики в создании невыносимых условий, вынудивших рабочих искать справедливости в бунте и неповиновении.
На суде выступал знаменитый адвокат Ф.Н. Плевако:
«Когда мы читаем книгу о чернокожих невольниках — возмущаемся, но теперь перед нами белые невольники».
Эти события сломали сильный и деспотичный характер главы семьи, он отошел от дел, передав в 1887 г. все управление в руки сына — Саввы Морозова.
По инициативе матери Саввы Тимофеевича - Марии Федоровны - из родственников было создано паевое товарищество, техническим директором которого и стал 25 -летний талантливый инженер Савва Тимофеевич Морозов.
Оказавшись во главе семейного дела, Савва Тимофеевич взялся за реформы. На мануфактуре были отменены штрафы, повышены расценки, построены жилые помещения для рабочих, больницы, школы и даже ясли. Более того, Савва Морозов сократил рабочий день до 9-ти часов вместо прежних 12-ти.
Вскоре Никольская мануфактура заняла в России третье место по рентабельности производства среди всех фабрик и заводов страны.
Савва Морозов был директором Трехгорного пивоваренного товарищества в Москве, возглавлял комитет Нижегородской ярмарки, был членом московского отделения Совета торговли и мануфактур и Общества для содействия улучшению и развитию мануфактурной промышленности. «За полезную деятельность и особые труды» награжден орденами Святой Анны 3-й и 2-й степеней.
В 1905 году Морозов основал крупное химическое акционерное общество «С. Т. Морозов, Крель и Оттман», специализировавшееся на производстве красителей.
Морозов считал, что для улучшения благосостояния людей необходимо развивать технологии, науку и учить людей труду. «В мире творчески работают три силы: наука, техника, труд; мы же технически — нищие, наука у нас под сомнением в ее пользе, труд поставлен в каторжные условия, — невозможно жить», — говорил он. Оказывал помощь студентам, среди которых также были его стипендиаты. Фабрикант являлся почетным членом Общества пособия нуждающимся студентам Московского университета.
Главным делом Саввы Морозова как мецената считается его активное и деятельное участие в жизни Московского художественного театра, в то время только создававшегося Станиславским и Немировичем-Данченко.
Он фактически взял на себя обязанности директора, занимался всеми хозяйственными делами, вникал в каждую мелочь — и при этом тратил на МХАТ собственные средства. Под его руководством было перестроено здание Художественного театра и создан новый зал на 1300 мест.
Станиславский вспоминал:
«Этому замечательному человеку суждено было сыграть в нашем театре важную и прекрасную роль мецената, умеющего не только приносить материальные жертвы искусству, но служившему ему со всей преданностью, без самолюбия, без ложной амбиции и личной выгоды».
Личная жизнь
Савва Тимофеевич был женат на дочери богородского купца второй гильдии Г.Е. Зимина Зинаиде Григорьевне Зиминой. В первом браке она была за двоюродным племянником Морозова – Сергеем Викуловичем Морозовым, с которым развелась и через несколько лет вышла замуж за Савву Морозова. Их роман наделал много шуму в Москве, и вызвал бурю протестов в семье.
Развод, женитьба на разведенной – страшный грех в старообрядческой среде. Тем не менее, Морозов настоял на своем и свадьба состоялась.
Для любимой жены Савва Тимофеевич построил по проекту Ф.О. Шехтеля роскошный дом на Спиридоновке.
Особняк Зинаиды Морозовой в наше время принадлежит МИД России и остаётся центром политической и общественной жизни города. Здесь регулярно проходят международные конференции и встречи.
В 1898 году состоялось знакомство Морозова с Марией Федоровной Желябужской, урожденной Юрковской – актрисой МХТ со сценическим псевдонимом Андреева.
Это было последнее сильное увлечение Морозова.
Савва, человек пылкий и легко поддающийся влиянию, без остатка посвятил себя Андреевой. Он готов был на все ради нее, добивался для нее самых выгодных ролей, чтобы она могла проявить себя и не только...
Андреева же, будучи авантюристкой по натуре и любящей риск, связалась с большевиками. Именно она склонила Савву Морозова к финансированию Социал-демократической партии, членом которой являлась. Ослепленный любовью, Савва не видел, что его используют как источник средств, в то время как Андреева открыто заявляла о своей власти над всемогущим Саввой Морозовым, превратив его в своего раба.
В конце концов, она оставила Савву ради его близкого друга, писателя Горького. Поразительно, но Морозов не перестал ее любить и поддерживать, теперь он помогал и Горькому.
Приверженность Саввы Тимофеевича к революционными идеями и его финансовая помощь нелегальным изданиям через Марию Андрееву привели к конфликту с матерью, Марией Фёдоровной Морозовой, контролировавшей семейный капитал. В 1905 году она лишила сына права управлять фабриками, что стало для него тяжелым ударом.
Настоящим потрясением для Морозова стали события 9 января 1905 года, вошедшие в историю, как «кровавое воскресение».
Савва Тимофеевич с ужасом понял, что революционеры, которым он безгранично верил, попросту толкают Россию в пропасть. Он не мог простить себе, что столько лет финансировал деятельность тех, кто был готов утопить страну в крови. Все это усугубило депрессию.
Созванный в апреле 1905 г. по настоянию жены и матери консилиум врачей констатировал, что у Саввы Тимофеевича наблюдается «тяжелое общее нервное расстройство», и рекомендовал направить его за границу. Морозов уехал вместе с женой в Канны и здесь в номере «Ройяль-Отеля» 13 мая 1905 года был найден мертвым в своей комнате. Ему было всего 44 года.
Официальная версия гласила, что это самоубийство, но жена Морозова в это не поверила.
Многие считали, что в его смерти замешаны большевики. Незадолго до своего отъезда Морозов категорически отказался давать деньги партии, к тому же обнаружилось, что он застраховал свою жизнь на 100 тысяч рублей, а страховой полис оставил Андреевой.
Впоследствии все попытки выяснить правду о гибели Морозова решительно пресекла его мать Мария Федоровна, якобы сказавшая: «Оставим все как есть. Скандала я не допущу».
Тело перевезли в Москву и похоронили на старообрядческом Рогожском кладбище. В Москве же распространился слух, что гроб в землю опустили пустой, а Морозов жив и скрывается где-то в глубине России.
Надгробие Саввы Тимофеевича Морозова было выполнено скульптором Николаем Андреевичем Андреевым в виде беломраморного креста с рельефным распятием и саркофагом из резного мрамора.
После смерти Саввы Морозова среди рабочих его фабрики возникла легенда: Савва не помер, вместо него похоронили другого, а он «отказался от богатства и тайно ходит по фабрикам, поучая рабочих уму-разуму». Легенда эта жила долго, вплоть до революции...
На средства работников Никольской мануфактуры была создана икона Святого Саввы Стратилата, которая находится в церкви Рождества Богородицы в селе Нестерово близ Орехово-Зуева.
Внизу иконы прикреплена латунная плита с надписью:
«Сия святая икона сооружена служащими и рабочими в вечное воспоминание безвременно скончавшегося 13 мая 1905 незабвенного директора Правления, заведовавшего фабриками Товарищества, Саввы Тимофеевича Морозова, неустанно стремящегося к улучшению быта трудящегося люда».
«Россия, благодаря своим естественным богатствам, благодаря исключительной сметливости своего населения, благодаря редкой выносливости своего рабочего, может и должна быть одной из первых по промышленности стран Европы». Савва Морозов.
(Статью подготовила: главный библиотекарь Дмитриева Светлана Игоревна)