Мне потребовалось два с половиной месяца, чтобы директор техникума обратил на меня внимание. Не потому, что я был троечником и разгильдяем, а потому, что план по приему в комсомол грозил стать черной дырой в отчетности учебного подразделения. И вот, стоя в приемной и слушая смех секретарши над моей наивностью, я понял: надо врать. Или действовать. Я выбрал оба варианта и получилось, как всегда…
Здравствуйте, мои дорогие и любимые читатели, подписчики и гости канала. Согласитесь: любая работа ответственна. И сегодня речь пойдёт об одной из них.
Продолжаю недавно начатый цикл воспоминаний о том, как я стал комсоргом и трудился в этом статусе. Занятие это скучающим не назовёшь, и кое-что рассказать я всё же могу. Правда и весёлым оно не было. Если где-то проскочат неточности — спишем на казусы памяти.
Первые дни на должности комсорга
Целую неделю я исправно ходил в техникум, но не на занятия, а чтобы разобраться в кипах бумаг, оставленных Красной Аллой. Такой ответственности я от себя не ожидал. Вероятно, я управился бы быстрее, но меня постоянно отвлекали, да и опыта административной работы не имелось. Кто бы разгильдяя этому научил?!
Каждый день в ленинскую комнату заходили студенты и изливали душу, жалуясь на преподавателей, оценки и прочую несправедливость. Будто я в силах решить их проблемы! При этом они так уверенно излагали беды, будто Красная Алла их действительно решала. Чуть позже я узнал: часть проблем ей и правда удавалось уладить. Уж не знаю как у неё это удавалось. Вероятно, помогал Первый – это Первый секретарь обкома, который и меня назначил на эту должность (более подробно в предыдущих статьях этого цикла, ссылка на подборку будет размещена внизу). Я же решать ничего не собирался, тем более в масштабах техникума. «Сами рассосутся как-нибудь!» — такова была моя внутренняя установка. Тогда я не понимал: в этом мире ничего не рассасывается само. Только с чьей-то помощью.
Больше всего раздражал план. Да-да, в приёме комсомольцев тоже существовал план — на месяц, на год, на пятилетку. При этом математика ни разу не сходилась! К примеру, за месяц мне надо было принять двадцать человек, а за год — триста. Как они так считают, интересно? Откуда взялись ещё 60? А что они ещё и каникулы считали при составлении планов? Об этом я даже спросил у Первого, но тот не ответил, лишь загадочно улыбнулся. Он вообще любил отмалчиваться, предоставляя мне повод самому додумывать. Если честно, его ответы мне не особо и нужны были. Я вообще предпочитал плыть по течению. Ну, по крайней мере пока плылось.
Муляж телефона
Так, спустя рукава, я проработал месяца два. Принял с десяток пионеров в комсомольцы и решил: хватит.
Долго это продолжаться не могло. И вот, спустя два с половиной месяца, меня вызвал директор техникума. Понятное дело, не сам ко мне пришёл, а прислал посыльного.
— И чего я натворил? — спросил я у пацана.
— Не знаю, — пожал плечами тот. — Меня секретарша в коридоре выловила и просила передать.
Я покосился на старый чёрный телефон на моём столе. Можно было позвонить, зачем надо засылать пацанёнка? Или этому пацанёнку надо срочно найти работу? Я бы нашёл.
— Спасибо, — ответил я, — иди на уроки.
Мальчик, хлопнув дверью, убежал. Я подошёл к телефону, снял трубку. В ней царила тишина. Проследив провод, я обнаружил, что он никуда не подключён. Я, конечно, сразу заподозрил хитрость Красной Аллы, но с упорством решил продолжить поиски розетки. Выяснилось, что в ленинскую комнату телефонный провод вообще не заведён! И тут я восхитился коварством предыдущего комсорга по имени и прозвищу Красная Алла: она специально поставила бесполезный аппарат на стол, придавая значимость не только кабинету, но и себе. Мне вспомнилось, как она делала вид, что разговаривает по телефону, а все верили, замолкая и прислушиваясь. Вот же хитрая девка! Я положил трубку на место. У меня так не получится. Да и не надо мне это.
У директора
Когда я вошёл в приёмную, секретарша встретила меня строгим тоном:
— Почему так долго?
— Искал причину, по которой не работает телефон!
Глаза секретарши расширились от удивления и веселья.
— Ты реально не знал, что он бутафорский?
— А ты знала? — в свою очередь удивился я.
— Конечно! Этот аппарат уже трёх комсоргов пережил! И все с умным видом вещали в неподключенную трубку!
— Вот же ж, — я озадаченно почесал затылок.
— И ты так же будешь делать.
— Не думаю, зачем мне это?
— Все проходили через этот телефон, и ты пройдёшь! — усмехнулась секретарша.
— У меня своя колея! — отмахнулся я. — Будет стоять просто украшением!
— Ну-ну, посмотрим! А сейчас двигай своей колеёй к директору. Он тебя давно ждёт.
Я вздохнул, открыл дверь и шагнул в кабинет. Директор сидел за столом и что-то писал. Оторвавшись от работы, он поднял на меня глаза и изрёк:
— Ну наконец-то, соизволил прийти!
— Что значит «соизволил»? — возмутился я. — Как только позвали — так сразу и прибыл!
— Это ты молодец, конечно! — усмехнулся директор. — А самостоятельно, без вызова, не мог зайти?
— А что надо было? — удивился я.
— А ты как думал?!
— Думал, не стоит беспокоить вас по пустякам.
— Ух ты! И что же, у тебя проблем нет?
— Мелочь всякая, — неопределённо ответил я, — но она решаема!
— Решаема? — в голосе директора послышалось неподдельное удивление. — Интересно, какая мелочь у тебя решаема?
— Да любая мелочь! — отмахнулся я.
— А план по приёму в комсомол — тоже мелочь? — прищурился директор.
— Намекаете, что план не выполняется?
— А ты сам не видишь?
— Вижу.
— И что, это мелочи?
— На следующей неделе ребята будут вступать в комсомол, и план окажется даже перевыполнен! — гордо заявил я.
— У тебя есть желающие? — изумлённо вскинул брови директор.
— Конечно! — не моргнув глазом соврал я.
Честно говоря, тем врал я, не краснея и не моргая.
— Да ладно! Не врёшь?
— Приходите на торжественный приём, будете в приёмной комиссии.
— А я приду, обязательно приду! — пообещал директор.
На этом разговор закончился, а головной боли прибавилось. Я пулей вылетел из кабинета и понесся в свою комсомольскую обитель. Пришло время честно сказать себе: кандидатов в комсомольцы у меня насчитывалось два, а надо было минимум десять.
Я влетел в ленинскую комнату и принялся рыться в бумагах. Красная Алла оставила список потенциальных кандидатов. Разбросав все по кабинету, я отыскал нужный. Всего пять человек… Мало! Хотя бы столько, и важно, чтобы они не отказались. В течение одной пары я нашёл и переговорил со всеми кандидатами, они согласились. Мне оставалось найти ещё столько же, а лучше больше, и где их искать, я не знал. Все мои друзья по техникуму уже были комсомольцами — значит, их не попросишь. Оставалась надежда на первый курс: там должно быть много желающих. Насколько же я был наивен! Пионеров на первом курсе было полно, но вот желающих стать комсомольцами — ни одного! Сначала я их уговаривал, потом угрожал, но не помогало ни то ни другое.
Продолжение следует…
Вам интересно, чем закончилась эта история? Следите за публикациями — через несколько дней обязательно выпущу продолжение!
Копаясь в памяти, я понял: эпоха комсомола подарила мне не один-два случая, а целый ворох занятных историй. Чтобы не сваливать всё в кучу, я решил оформить их в отдельную подборку рассказов «Моя комсомольская хроника». Приятного чтения!
До свидания! И всем успехов!