Малыш не мог правильно выговорить прозвище отчима — и поплатился за это жизнью.
В Екатеринбурге завершилось драматичное судебное разбирательство, которое потрясло весь город. Мать, обвинявшаяся в убийстве собственного трехлетнего сына, оправдана судом присяжных. Но правда оказалась страшной: ребенка упокоил сожитель женщины — уроженец Таджикистана Шамсуло Янгиев, который на протяжении всего следствия оставался главным свидетелем обвинения.
Два избиения за месяц
Трагедия разворачивалась в два этапа. В ночь с 5 на 6 апреля 2025 года, по версии следствия, мать семь раз ударила сына. Однако сама Гусева утверждала, что в тот день с ребенком оставался Янгиев. Вернувшись домой, она услышала от него, что мальчик просто упал и ударился о бортик кровати.
Ребенка прооперировали, наложили лангету на всю левую ногу и пояс. Из больницы его выписали 29 апреля. Вечером того же дня, около 19:00, мать снова вызвала скорую. Прибывшие медики констатировали гибель ребенка. Врач-реаниматолог была поражена не только количеством травм, но и спокойствием матери.
Мама сказала, что хотела переложить сына на диване в более удобную позу, но уронила его. Я не первый день работаю в "скорой": таких травм ребенок не мог получить от падения с дивана,
— свидетельствовала врач.
Шакал вместо Шатла
Вся защита Гусевой строилась вокруг фигуры ее бывшего сожителя. Женщина познакомилась с Янгиевым в соцсетях в феврале, в марте он стал приходить к ней в гости. С этого момента у ребенка начали появляться травмы.
Особый акцент защита делала на конфликте между мужчиной и малышом. Шамсуло просил называть себя Шатл, но трехлетний ребенок не мог выговорить это слово, он говорил "шакал". Это приводило мужчину в ярость.
Кроме того, выяснилось, что настоящее имя и прошлое Янгиева неизвестны — возможно, у него поддельные документы. Ранее его могли депортировать из России, и он вернулся под чужим именем. На протяжении всего следствия главный свидетель обвинения содержался в центре для мигрантов, ему был запрещен выезд из страны.
Кинг-Конг с поставленным ударом
Отец Наталии с самого начала не верил в виновность дочери. Он говорил, что убийца — сожитель с неконтролируемой психикой.
Конечно, с внуком это сотворил он. Это мужчина с неконтролируемой психикой, натуральный Кинг-Конг. Участвовал в боевых искусствах, поставленный удар. Мальчик испугался, стал плакать, и тот не вышел из себя,
— рассказывал дедушка.
Он также возмущался работой следствия: не были проверены телефоны, не проводились генетические экспертизы, не изучались записи с камер. Все обвинение строилось исключительно на показаниях самого Янгиева.
Алиби и оправдательный приговор
Ключевым моментом стало алиби Гусевой. Выяснилось, что в момент трагедии ее не было дома — она ходила в магазин. Ей названивал Янгиев и просил быстрее вернуться, потому что ребенок упал. Пришла она с полными пакетами еды и лекарствами для сына. Коллегия присяжных признала женщину невиновной.
После оглашения решения Гусеву освободили из-под стражи прямо в зале суда. Настоящий убийца трехлетнего Алишера до сих пор не понес наказания.