Как мы смотрим эту Олимпиаду? И смотрим ли? Я, например, заставить себя не могу. Только вот смотрел фигурное катание – из-за красоты этого вида спорта. И потому что там наш – Петр Гуменник.
И это была большая удача. Потому что там сюжет у мужчин закрутился фантастический. И выиграл казахстанец Михаил Шайдоров, опередивший всех признанных фаворитов, включая Илью Малинина, рекордсмена прыжков, русского американца, уже чемпиона этой Олимпиады – в команде. Это настоящий сюжет Олимпийских игр: сказка со счастливым концом.
И я получил еще удовольствие, потому что случайно узнал в кадре Алексея Урманова – тренера Шайдорова. А он же первый чемпион России новой эпохи в мужской «фигурке». Мне очень запомнилась та Олимпиада 1994 года, прошедшая в Лиллехаммере, где Алексей выиграл, – я только начинал карьеру спортивного журналиста. Освещал ее в газете «Смена». И в фигурном катании мало что смыслил. Так, оценивал на уровне: красиво – некрасиво, упал – не упал. И тогда Урманов тоже победил всех фаворитов – из Канады, Франции, Америки, с Украины. Ну потому что чисто прокатался. У него еще такое жабо белое было. Он же ученик Алексея Мишина. Тот школу ставит: чистенько, правильно, без ошибок. Мне, честно говоря, более бесшабашные фигуристы нравятся. «От Татьяны Тарасовой», скажем так. Но школа Мишина – залог успеха. Если кто-то что-то не прыгнет, упадет, ты с ней выиграешь всегда.
И вот это было приятно. Наш человек на этой Олимпиаде. Из Петербурга. А сколько там наших, так сказать, «закопанных» в протоколы соревнований: русскоговорящих, с русскими фамилиями, родившихся в других странах, сменивших спортивное гражданство... Тьма!
Меня поразила мысль тренера сборной России по фигурному катанию Елены Чайковской, нашей знаменитой фигуристки: судьи на этой Олимпиаде не знали, кто такой Петр Гуменник. Он же из России, а не из другой страны. И ни на каких чемпионатах Европы, чемпионатах мира Петр не выступал. Только на Олимпиаду отобрался в нейтральном статусе, что некоторым россиянам позволяется. Судьи его не знали – и поэтому поставили только на шестое место. Засудили. И вот это, конечно, большая грусть.