Добрый день, уважаемые читатели!
Сегодня мы перенесёмся в Тулу 1919 года. Время, когда власть уже перешла к Советам рабочих и солдатских депутатов, но жизнь простых людей вместо обещанного равенства и братства обернулась голодом и бесправием. Город, который единственный поставлял оружие Красной армии, умирал от нехватки хлеба. И в один момент терпение рабочих лопнуло.
Это история о том, как туляки вышли на улицу с требованием еды, чем ответила новая власть и почему в город приехал сам Дзержинский.
Голодное сердце оружейной столицы
К весне 1919 года Тула оказалась в тисках жесточайшего продовольственного кризиса. Денег нет, есть нечего. Рабочие патронного и оружейного заводов — практически единственных действующих оружейных предприятий страны — получали мизерные пайки. Люди пухли с голоду, дети плакали, заводы продолжали работать, но терпение заканчивалось.
В марте 1919 года по Туле прокатился «марш за свободу и против голода». Тысячи рабочих и железнодорожников вышли на улицы. А затем началось то, чего власть боялась больше всего: забастовка стратегических предприятий.
Аресты вместо хлеба
1 апреля 1919 года местные власти попытались взять ситуацию под контроль. Было созвано совещание представителей завкомов и профсоюзов. Под давлением властей они приняли резолюцию, которая объявляла организаторов забастовки... контрреволюционерами. Это стало сигналом к действию: начались аресты.
2 апреля на конференции профсоюза металлистов делегаты потребовали освободить арестованных и выразили недоверие руководству, поддержавшему репрессии. Ответ не заставил себя ждать — 63 делегата были арестованы прямо во время заседания.
3 апреля в ответ на это Оружейный и Патронный заводы встали полностью. Забастовка охватила ключевые предприятия города.
Приезд Дзержинского: железный кулак Москвы
В тот же день в Тулу экстренно прибыл Феликс Дзержинский со своей командой. Москва не могла допустить остановки единственного оружейного завода, снабжавшего фронт. Решение было жёстким и бескомпромиссным.
4 апреля по распоряжению главы ВЧК арестовали ещё 800 «зачинщиков». Все рабочие двух заводов были поголовно уволены. Предприятия очистили от бастующих, на проходных встали красноармейские части.
Хлебные карточки с условием
Увольнение рабочих означало недействительность их продовольственных карточек. Чтобы вернуться к станкам и получить право на 250 граммов хлеба в день, каждый должен был подписать заявление о приёме на работу с условием:
«Всякая остановка работы приравнивается к дезертирству, влекущему за собой наказание вплоть до смертной казни».
8 апреля под угрозой отмены брони и отправки рабочих на фронт начал работать Патронный завод.
9 апреля из 22 тысяч рабочих Оружейного завода вышли только 4500. В этот же день собрание представителей ВЦСПС, ЦК союза металлистов, Тульского союза металлистов, заводского комитета, цеховых комитетов Оружейного и Патронного заводов приняло резолюцию о прекращении забастовки. 10 апреля работа возобновилась почти полностью.
Красный террор как метод управления
9 апреля 1919 года 26 «зачинщиков» забастовки были расстреляны. За время забастовки было арестовано 290 человек. Арестованные активисты были перевезены в Москву в ведение ВЧК.
На заводах были расклеены приказы чрезвычайной тройки о расстреле тех, кто будет ломать станки, и мешать желающим работать, о вводе на заводы красноармейских частей.
Но голод никуда не делся. Продовольственный вопрос оставался открытым, и власть понимала: простыми репрессиями его не решить. Тогда последовало неожиданное решение: 25% партийцев сняли с учрежденческих постов и бросили на заводы — поднимать производительность личным примером.
Глава 6. Цена выживания
Григорий Каминский телеграфировал в ЦК РКП(б):
«25% Тульской городской организации сняты с работы из учреждений и направляются на Тульские оружейный и патронный заводы для подъема военной производительности».
Так, ценой голода, страха и нечеловеческого напряжения, Тула продолжала ковать оружие для фронта.
Помнить, чтобы ценить
Забастовка 1919 года в Туле — это не просто строчка в учебнике истории. Это трагический урок нашего прошлого. Сегодня, глядя на изобильные прилавки супермаркетов, не забывайте своих предков-туляков, работающих до седьмого пота по хлебной карточке 250 граммов хлеба в день, это была порция на всю семью.
А как вы считаете: имели ли тульские рабочие право бастовать в 1919 году, или это был акт контрреволюции? Пишите своё мнение в комментариях.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить всё самое интересное. Всем хорошего настроения и новых открытий!