Кажется, что быть женой признанного гения, короля комедии, чьи фильмы цитирует наизусть вся страна, — это счастливый билет, выпадающий одной из миллиона. Но реальность, скрытая за дверями квартиры легендарного Леонида Гайдая и его супруги Нины Гребешковой, была совсем иной.
Они встретились в коридорах ВГИКа, когда страна еще только приходила в себя после страшной войны. Нина была юной, смешливой студенткой, которой прочили блестящее будущее и главные роли лирических героинь. А Леонид — высокий, худой, серьезный фронтовик, который был старше ее на восемь лет и носил в себе тяжелую память о войне и серьезное ранение ноги, мучившее его всю жизнь. Казалось, более неподходящей пары просто не сыскать: она — хохотушка, окруженная поклонниками, он — мрачный, молчаливый, в очках, совершенно не похожий на героя девичьих грез.
Испытание бытом и неземной гениальностью
Их роман не был похож на вспышку молнии. Это было постепенное сближение двух душ. Гайдай провожал Нину до дома, они много разговаривали, и однажды он просто, без лишнего пафоса и красивых жестов, предложил ей пожениться. Нина, будучи девушкой веселой, сначала отшутилась, сказав, что он слишком длинный для ее маленького роста. Но Гайдай, этот внешне суровый человек, вдруг пообещал носить ее на руках всю жизнь. И она поверила. Поверила, несмотря на уговоры мамы, которая считала этот выбор странным и переживала за здоровье будущего зятя.
Семейная жизнь, начавшаяся в скромной комнате, быстро расставила все по своим местам. Обещание носить жену на руках осталось красивой метафорой, а вот тяжесть быта, причем в самом прямом смысле этого слова, легла на хрупкие плечи Нины Павловны. Выяснилось, что гениальный режиссер, способный управлять огромной съемочной площадкой и создавать шедевры, в обычной жизни был совершенно беспомощен. Он был настолько оторван от реальности, что, как говорили друзья, ему было проще написать сценарий, чем забить в стену один-единственный гвоздь.
Нина Павловна взяла на себя всё. Она стала для мужа не просто женой, а нянькой, шофером, администратором, слесарем и электриком в одном лице. Она чинила машину, делала ремонты в квартире, доставала продукты и следила за тем, чтобы у мужа всегда была диетическая еда, так как он страдал от язвы желудка. Гайдай же всецело принадлежал искусству. Он мог сутками не выходить из своего кабинета, погруженный в творческие муки, а все мирское его просто не интересовало.
Четыре слова, спасшие брак
Годы шли, и эта ноша становилась все тяжелее. Нина Павловна, сама талантливая актриса, сознательно отказывалась от крупных, интересных предложений других режиссеров. Она понимала, что если уедет в долгую экспедицию на съемки главной роли, то Гайдай здесь, в Москве, просто пропадет без ее заботы. Она жертвовала своими амбициями ради того, чтобы он мог творить. В фильмах мужа она появлялась лишь в эпизодах, хотя эти роли и стали народными — вспомните хотя бы жену Семен Семеныча Горбункова в «Бриллиантовой руке» или врача психушки в «Кавказской пленнице». Но мало кто знал, что за этими веселыми образами скрывалась уставшая женщина, тянувшая на себе весь дом.
В какой-то момент чаша терпения переполнилась. Это случилось примерно через десять лет после свадьбы. Усталость, накопившиеся обиды, ощущение, что она превратилась в прислугу при гении, — все это вырвалось наружу. Нина Павловна, собрав волю в кулак, объявила мужу, что больше так не может. Она сказала, что устала тащить все на себе, пока он занимается только тем, что ему интересно, и что она уходит к маме.
Это был критический момент, точка невозврата, когда многие браки рушатся навсегда. Гайдай, который обычно казался невозмутимым и даже суховатым, был ошеломлен. Он молчал, долго и тяжело смотрел на нее. Видимо, в этот момент он впервые по-настоящему осознал, что весь его мир, такой уютный и налаженный, держится только на этой маленькой, хрупкой женщине. Когда она решила уйти от Гайдая, он произнёс всего четыре слова. И она осталась с ним навсегда.
— Нина, я без тебя пропаду! — воскликнул он с такой искренней беспомощностью и ужасом, что сердце актрисы дрогнуло.
В этой фразе было всё: и признание в любви, которое он так редко произносил вслух, и осознание своей зависимости от нее, и мольба о спасении. Нина Павловна поняла, что это не просто слова. Это была чистая правда. Без нее этот великий режиссер, этот большой ребенок, действительно погиб бы в океане житейских проблем. И она осталась. Больше разговоров о разводе в их доме не заводили никогда.
Муза, оставшаяся в тени
Их отношения были далеки от книжной романтики. Гайдай был человеком своеобразным, порой резким. Он мог, например, сказать жене: «Нинок, ты понимаешь, что ты некрасивая?». Любая другая женщина устроила бы скандал или затаила обиду на всю жизнь. Но Нина Павловна обладала удивительной мудростью и чувством юмора. Она спокойно спрашивала: «Зачем же ты тогда на мне женился?». А он отвечал: «У тебя столько других достоинств. Не надо казаться, надо быть». И она не обижалась, понимая, что для Гайдая, который всегда искал в людях суть, а не обертку, это было высшей формой признания.
Она стала его музой, хотя он никогда не посвящал ей фильмов публично. Именно Гребешкова подсказала ему идею снять комедию «Иван Васильевич меняет профессию», когда Гайдай хотел взяться за серьезную экранизацию Булгакова «Бег». Она помогала ему выбирать актрис на главные роли, и в их семье никогда не было места ревности, хотя вокруг режиссера всегда крутились первые красавицы советского кино. Она знала: он смотрит на них как художник на красивый цветок, а любит и нуждается только в ней.
Только в самом конце жизни, когда здоровье режиссера совсем пошатнулось, он вдруг попросил у нее прощения. «Нинок, я очень перед тобой виноват», — сказал Гайдай незадолго до смерти. Нина Павловна напряглась, ожидая услышать какие-то тайные признания о прошлых грехах. Но он продолжил: «Я ведь не сделал специально для тебя ни одной картины...» Он винил себя в том, что не дал ей той славы, которую она, возможно, заслуживала как актриса. Но для нее это было уже не важно. Ее главной ролью в жизни стала роль жены Леонида Гайдая, и эту роль она сыграла гениально.
Они прожили вместе сорок лет. Актриса не просто сохранила семью, она сохранила для нас всех Гайдая, дав ему возможность творить и радовать миллионы зрителей, зная, что дома его всегда ждут и никогда не бросят.
Леонид Иович умер на руках у своей Нины в 1993 году от тромбоэмболии легочной артерии. После его ухода Нина Павловна не замкнулась в горе. Она продолжила сниматься, пусть и в небольших ролях, посвятила себя воспитанию внучки Ольги, помогала дочери Оксане.
Нина Гребешкова прожила долгую жизнь — 94 года. Ее не стало 10 мая 2025 года.