Глава 5: Стена
Эйдан рванул к стене вместе со всеми, но уже через три шага понял, что тактика «бежать со всеми» — идиотская. Его толкнули слева, он врезался в кого-то справа, чей-то локоть въехал в ребра, и мальчик кубарем вылетел из толпы, больно приложившись плечом о брусчатку.
— Ай! — выдохнул он, потирая ушиб.
Вокруг творилось столпотворение. Самые сильные и наглые уже добрались до стены и теперь отчаянно карабкались, срывая ногти и матерясь. Те, кто послабее, толкались внизу, пытаясь хоть как-то уцепиться за камни. Кто-то упал и его чуть не затоптали. Кто-то уже висел на высоте двух метров, отчаянно цепляясь за едва заметные щели.
Эйдан поднялся и отошел подальше, туда, где было свободнее. Он перевел дух и начал наблюдать.
Первое, что он заметил — стена была не такой уж гладкой, как показалось сначала. Кладка старая, кое-где камни выступали, кое-где были трещины и выбоины. Нужно было просто найти правильный путь.
Второе — люди лезли как попало, хватаясь за что придется. Самые умные искали опору, самые глупые просто прыгали и повисали, а потом срывались.
— Эйдан! Эйдан, смотри!
Голос Кира донесся сверху. Эйдан задрал голову и обомлел. Его новый друг уже сидел наверху стены, свесив ноги, и весело махал рукой. Как он успел? Он же был рядом только что!
— Кир! Ты как? — крикнул Эйдан.
— Ловко! — Кир хлопнул себя по колену. — Я по портовым складам лазил, там стены повыше будут! Давай, лезь! Тут не сложно!
Эйдан перевел взгляд на стену. До Кира было метра четыре. Камни выступали кое-где, но расстояние между выступами казалось огромным. Сердце сжалось.
— Я... я сейчас, — пробормотал он.
Бин по-прежнему стоял в сторонке, прижимая книгу к груди, и с ужасом смотрел на происходящее. Его очки съехали на нос, губы дрожали. Несколько раз он порывался подойти к стене, но каждый раз отступал.
— Бин! — окликнул его Эйдан. — Ты чего стоишь?
— Я... я не могу, — прошептал парень. — Там высоко. Я упаду. Я никогда...
— Слушай, — Эйдан подошел к нему и положил руку на плечо. — Я сам боюсь. Смотри, у меня руки трясутся. — Он показал дрожащие пальцы. — Но если не попробовать, то зачем мы вообще пришли?
Бин посмотрел на него с надеждой и ужасом одновременно.
— А если я разобьюсь?
— Все разобьются, кто не попробует, — усмехнулся Эйдан. — Пошли. Вдвоем веселее.
Они подошли к стене. Эйдан выбрал место чуть левее основной толпы, где было поменьше народу. Камни здесь выступали чуть сильнее, и одна трещина шла почти вертикально вверх.
Он подпрыгнул, ухватился за первый выступ, подтянулся... и повис.
Ноги заскребли по камню, ища опору. Пальцы скользили. Плечо, ушибленное при падении, противно ныло. Эйдан висел, как мешок с картошкой, и ничего не мог сделать.
— Давай, Эйдан! — крикнул Кир сверху. — Правее там щель! Ногу ставь!
Эйдан глянул направо — действительно, в камне была небольшая выбоина, куда можно было поставить носок сапога. Он изогнулся, перенес вес, нащупал опору... и вдруг почувствовал, что держится!
— Есть! — выдохнул он.
Следующие полметра дались чуть легче. Он нащупывал каждую трещинку, каждую неровность, двигался медленно, но верно. Вот уже метра полтора. Вот два. Пальцы стерлись в кровь, но Эйдан не замечал боли.
Вдруг нога соскользнула. Он дернулся, едва не сорвавшись, и повис на одних руках. Сердце ухнуло в пятки.
— Держись! — заорал Кир. — Я сейчас! Я помогу!
— НЕТ! — крикнул Эйдан так громко, что сам удивился.
Он задрал голову. Кир уже свесился со стены, протягивая руку. Еще немного — и он сможет схватить Эйдана за шиворот и вытянуть наверх.
— Не надо! — повторил Эйдан, чувствуя, как горло перехватывает от напряжения. — Я сам!
— Сдурел? Сорвешься!
— Каждый должен залезть сам! — выпалил Эйдан слова, которые только что родились в голове, но уже казались единственно верными. — Иначе какой смысл? Я должен сам!
Кир замер, глядя на него сверху вниз. В глазах мелькнуло удивление, потом понимание.
— Держись, друг, — тихо сказал он и убрал руку.
Эйдан перевел дух. Ноги снова нащупали опору. Руки дрожали, но держали. Он полез дальше.
Медленно, по сантиметру, цепляясь за каждую щербинку, он поднимался. Пальцы саднили, ладони горели, пот заливал глаза. Где-то внизу Бин, кажется, тоже начал карабкаться, но Эйдан уже никого не видел.
Оставался метр. Полметра.
И вдруг чья-то рука схватила его за шиворот и рванула вверх с такой силой, что он перелетел через край стены и кубарем покатился по плоской вершине.
— Ты чего так долго, сосунок? — прогудел знакомый голос.
Эйдан поднял голову. Над ним стоял инструктор Краг, огромный, как скала, и смотрел сверху вниз.
— Я... я сам... — выдохнул Эйдан.
— Знаю, — неожиданно спокойно сказал Краг. — Видел. Ты лез, когда другие уже сдались. Это хорошо. — Он протянул руку и рывком поставил Эйдана на ноги. — Но помощь принимать тоже надо уметь. Иногда отказ от помощи — это глупость, а не гордость. Запомни.
Эйдан кивнул, всё ещё тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле.
Рядом подскочил Кир и хлопнул его по спине:
— Молоток! Я думал, ты сорвешься!
— Я тоже думал, — честно признался Эйдан и вдруг улыбнулся. — Получилось!
— Получилось! — заорал Кир.
Они обнялись, чуть не свалившись со стены. Краг только покачал головой и пошел дальше — следить за другими.
Внизу, на земле, Бин всё еще стоял у стены. Он сделал три попытки, но так и не смог оторваться от земли выше чем на метр. Вокруг него уже собиралась толпа неудачников — тех, кто не справился и теперь ждал своей участи.
— Бин! — крикнул Эйдан сверху. — Давай! Еще раз!
Бин поднял голову. Глаза за толстыми стеклами очков были полны отчаяния.
— Я не могу! — донеслось снизу.
— Можешь! — заорал Эйдан. — Ты же писарь! Ты умный! Найди путь!
Бин замер. Потом медленно обошел стену, внимательно разглядывая кладку. Остановился в самом углу, где стена смыкалась с пристройкой. Там, в углу, кладка была неровной, и щель между стеной и пристройкой позволяла упереться спиной и ногами.
Бин полез. Медленно, неуклюже, то и дело замирая, но полез. Он использовал не силу, а хитрость — упирался в обе стены, полз, как краб, по углу.
Когда он добрался до верха, весь плац затих. Даже те, кто уже залез, смотрели на него с удивлением. Бин перевалился через край и рухнул на площадку, тяжело дыша.
— Я... я сделал, — прошептал он.
Краг подошел к нему, помолчал, глядя сверху вниз, а потом коротко кивнул:
— Умно. Прошел.
Бин расплылся в улыбке, а Кир и Эйдан подхватили его и чуть не задушили в объятиях.
К концу первого испытания из двух сотен претендентов осталось чуть больше сотни. Кто-то уходил сам, потирая ушибы. Кого-то уводили лекари — сломанные руки и ноги были не редкостью. Кто-то просто сидел на земле и плакал от обиды.
Эйдан, Кир и Бин сидели на стене, свесив ноги, и смотрели вниз.
— Это было только первое, — сказал Кир. — Дальше хуже будет.
— Знаю, — кивнул Эйдан, разглядывая стертые в кровь ладони. — Но мы справимся. Вместе.
— Ага, — подтвердил Бин, поправляя очки. — Вместе.
Внизу Краг развернул свиток и пробасил так, что было слышно всем:
— Второе испытание — завтра на рассвете. Бег с полной выкладкой на десять миль вокруг городских стен. Кто опоздает — выбыл. Кто не добежит — выбыл. Всем готовиться. А сейчас — жрать и спать. Жилье для новичков — вон в тех казармах. — Он махнул рукой в сторону длинного каменного здания с маленькими окошками.
Толпа новобранцев повалила со стены по деревянным лестницам, которые приставили специально для спуска. Эйдан, Кир и Бин спустились последними.
Казарма встретила их запахом пота, сырой кожи и деревянных нар. Вдоль стен тянулись двухъярусные кровати, набитые соломенными тюфяками. Места хватало всем, но выбирать лучшие пришлось с боем.
— Давай туда, в угол, — предложил Кир, кивая на свободные места у окна.
Они пробились сквозь толпу и заняли три койки рядом. Эйдан бросил сумку на нижнюю, сел и только сейчас почувствовал, как устал.
В казарме стоял гул. Кто-то хвастался, как ловко залез. Кто-то ругался, что ему помешали. Кто-то уже храпел, не раздеваясь. Дворяне сбились в кучку в дальнем углу и презрительно косились на остальных. Портовые крысы заняли место у входа и оттуда зыркали по сторонам, высматривая добычу.
— Слышь, мелюзга! — раздалось вдруг.
К ним подошел верзила из портовых — тот самый, что был в компании подозрительных типов. Широкий в кости, с наглой рожей и выбитым зубом. За ним стояли еще двое.
— Чего надо? — Кир встал, сжимая кулаки.
— Место у окна нам нравится, — осклабился верзила. — Подвиньтесь.
Эйдан тоже встал. Рука сама потянулась к ножу, но он остановил себя. Краг говорил что-то про глупость и гордость...
— Мест много, — спокойно сказал он. — Выбирайте любые.
— Я сказал — это место, — верзила шагнул вперед, нависая над Эйданом. — Не хочешь по-хорошему?
Бин вжался в стену и побледнел. Кир напрягся, готовый к драке.
Эйдан посмотрел верзиле прямо в глаза. Вспомнил Рыжего в трактире. Вспомнил, как нож тогда уперся в запястье. Вспомнил слова Крага: «Отказ от помощи — это глупость, а не гордость».
— По-хорошему? — переспросил он. — Давай по-хорошему. Ты отойдешь, и никто не пострадает. Потому что если мы подеремся сейчас, нас всех выгонят до завтрашнего испытания. Тебе оно надо?
Верзила моргнул. Такого ответа он не ожидал.
— Ты че, умный что ли? — оскалился он.
— Умный, — кивнул Эйдан. — А ты? Думать пробовал хоть раз?
Сзади кто-то хмыкнул. Потом засмеялись. Верзила обернулся — на него смотрели десятки глаз. Дворяне ухмылялись. Свои же, портовые, отводили взгляды.
— Ладно, — буркнул он. — Сидите. Но я тебя запомнил, умник.
Компания утопала в другой конец казармы.
Кир выдохнул и хлопнул Эйдана по плечу:
— Ты как это делаешь? Сначала нож на Рыжего, теперь словами верзилу уделал...
— Учусь, — улыбнулся Эйдан, хотя коленки дрожали. — Учусь.
Они легли спать. За окном смеркалось, в казарме стоял храп и тяжелое дыхание уставших людей. Эйдан лежал на жестком тюфяке, смотрел в потолок и думал о завтрашнем дне. Десять миль бега. Сможет ли он?
Рука нащупала под рубахой деревянную фигурку странника, что оставил старик в доме Греты.
— Спасибо тебе, кто бы ты ни был, — прошептал Эйдан. — И ты, Кир, держись. И ты, Бин, не трусь. Завтра побежим.
Где-то далеко, в башне на холме, маг Орланд чихнул и улыбнулся в хрустальный шар.
Отличная деталь! Забота Кира о друзьях и его "портовые замашки" добавляют характеру глубины. А сытые друзья — это счастливые друзья. Поехали!
Глава 6: Ночь перед бегом
Вечером в казарме раздался громкий стук в дверь. На пороге стояли двое дюжих мужиков с огромными котлами и женщина с тележкой, полной деревянных мисок и ложек.
— Жратву получить! — гаркнул один из мужиков. — Стройся!
Никогда ещё Эйдан не видел, чтобы сотня уставших, потных людей строилась так быстро. Очередь за едой вытянулась мгновенно.
Кормили просто, но сытно. Густая перловая каша с мясом, ломоть ржаного хлеба и кружка травяного взвара. Эйдан, Кир и Бин устроились на нарах, пристроив миски на коленях.
— Вкуснотища, — причмокивал Бин, уплетая кашу так, будто не ел неделю. — Дома я лучше не ел.
— Дома я вообще редко ел, — хмыкнул Кир, выуживая из каши самый жирный кусок мяса и отправляя в рот. — Так что для меня это пир горой.
Эйдан ел молча, но с аппетитом. Каша и правда была знатной — солдатская, наваристая. Организм, измученный лазаньем по стене, требовал еды.
После ужина котлы унесли, и казарма постепенно начала затихать. Кто-то ещё перешёптывался, кто-то ворочался на жёстких тюфяках, кто-то тихонько молился в углу.
Эйдан лежал на спине, глядя в тёмный потолок. Рядом сопел Бин, прижимая к груди свои очки, будто боялся, что их украдут. Через проход ворочался Кир, но быстро затих.
В темноте слышались голоса:
— Десять миль... это сколько? Я столько за всю жизнь не ходил...
— Говорят, Краг лично с плетью бежать будет...
— А если не добегу? Выгонят?
— А ты не отставай, понял?
Кто-то всхлипнул — кажется, молодой парень с соседних нар. Кто-то забормотал молитву. Кто-то просто тяжело вздыхал, глядя в темноту.
Эйдан думал о завтрашнем дне. Десять миль. Он никогда не бегал так далеко. В деревне приходилось ходить за много миль, но бежать? С полной выкладкой? Страшно.
Но где-то внутри, под страхом, жило другое чувство — азарт. Ему хотелось попробовать. Хотелось узнать, сможет ли.
— Эйдан, — шепнул вдруг Бин. — Ты спишь?
— Нет.
— Я боюсь, — признался Бин совсем тихо. — Я никогда не бегал. Я вообще ничего не умею, кроме как книги читать и писать красиво. Зачем я сюда пришёл?
Эйдан повернулся к нему. В темноте блестели стёкла очков, которые Бин всё-таки нацепил обратно на нос.
— Ты вчера стену взял, — напомнил Эйдан. — Умом взял, не силой. Значит, умеешь.
— Это другое...
— А бег — это просто ноги переставлять, — вмешался Кир, который тоже не спал. — Главное — дыхание и не останавливаться. Я в порту каждый день бегал, воровал... ну, в смысле, работал. Десять миль — ерунда.
— Ты бегал, а я нет, — вздохнул Бин.
— Значит, завтра научишься, — отрезал Кир. — А теперь спите. Завтра рано вставать.
Он отвернулся к стене и через минуту уже посапывал.
Эйдан закрыл глаза. Страх никуда не делся, но рядом с ним поселилась уверенность: он не один.
Последнее, что он услышал перед сном — чей-то тихий плач в дальнем углу казармы. Кто-то не выдержал напряжения.
А потом пришёл сон — глубокий, без сновидений, каким спят только после тяжёлого дня.
Глава 7: Утро начинается с булок
Кир проснулся первым. Это была привычка, въевшаяся в кровь за годы жизни в порту: кто долго спит — тот без завтрака остаётся, а то и без сапог.
За окном только начинало светать. В казарме стоял густой храп, кто-то бормотал во сне, кто-то скрипел зубами. Кир бесшумно спустился с нар, натянул сапоги и, стараясь не скрипеть половицами, выскользнул за дверь.
Утро встретило его холодом и туманом. Плац был пуст, только где-то вдалеке перекликались стражники на стенах. Кир прислушался и двинулся на запах — нюх у него был отменный.
Столовая нашлась быстро — длинное приземистое здание рядом с казармами. Дверь была приоткрыта, внутри уже возились повара. Кир скользнул внутрь, затаился за бочками и стал ждать.
Поваров было трое: двое мужиков у печи и толстая баба, которая раскладывала по подносам свежеиспечённые булки. Пахло так, что у Кира свело скулы.
Он выждал момент, когда баба отвернулась к печи, и метнулся к столу. Три булки — две в карманы, одну за пазуху. Ещё три — про запас. И ходу!
Через минуту он уже был снаружи, довольно ухмыляясь и поглаживая добычу.
— Ха! А я говорил, что портовые крысы — полезные звери, — шепнул он сам себе.
В казарме всё ещё спали. Кир подошёл к своим и бесцеремонно растолкал друзей.
— Эй, сонные тетери! Вставайте, пока Краг лично не пришёл!
Бин подскочил, едва не свалившись с нар. Очки, по счастью, были на месте — он в них спал, боясь потерять.
— Что? Где? Уже? — залепетал он.
— Жрать давай, — Кир сунул ему в руки тёплую булку. — И молчи.
Эйдан проснулся мгновенно — тоже привычка, выработанная в дороге, где сон вполглаза спасал жизнь. Увидев булку, он удивлённо поднял бровь.
— Украл? — спросил он шёпотом.
— Одолжил до зарплаты, — ухмыльнулся Кир. — Жуй давай. Через полчаса бежать.
Они торопливо запихали в себя булки — мягкие, тёплые, невероятно вкусные после вчерашней каши. Кир раздал запасы и самым довольным видом облизывал пальцы.
— Хорошо пошла, — довольно крякнул он.
— Спасибо, — искренне сказал Эйдан. — Ты нас спас. Я бы без завтрака точно сдох на втором часу бега.
— А я бы вообще не побежал, — признался Бин с набитым ртом. — Ты настоящий друг, Кир.
Кир смущённо крякнул и махнул рукой:
— Ладно, ладно, не облизывайтесь. Пошли умываться, пока остальные просыпаются.
Они выскользнули из казармы, умылись холодной водой из колодца и первыми вышли на плац. Туман уже рассеивался, небо розовело на востоке. День обещал быть ясным.
Постепенно подтягивались остальные. Кто-то зевал, кто-то растирал затёкшие бока, кто-то с ужасом смотрел на ворота, за которыми начиналась дорога.
А у ворот уже стоял Краг.
Огромный инструктор был при полном параде — кожаный доспех, высокие сапоги, на поясе плеть, свёрнутая в кольцо. Рядом с ним топтались двое помощников с мешками и свитками.
— Построиться! — рявкнул Краг так, что у Бина подкосились колени.
Сто человек кое-как выстроились в неровные шеренги. Краг прошёлся вдоль строя, вглядываясь в лица. Возле Эйдана он задержался на секунду дольше, чем у других.
— Завтракали? — спросил он вдруг.
Эйдан опешил. Кир побледнел.
— Д-да, инструктор Краг, — выдавил Эйдан.
— Хорошо. — Краг усмехнулся одними уголками губ. — Меньше народу в канавы упадёт.
Он отошёл и встал перед строем.
— Слушайте сюда. Дистанция — десять миль. Маршрут — вокруг городских стен по старой дороге. Помощники будут стоять на каждом повороте и отмечать, кто прошёл. Если сойдёте с маршрута — выбыли. Если упадёте и не встанете за минуту — выбыли. Если придёте последними тремя — выбыли. Задача: прийти в числе первых девяноста семи. Потому что мест в школе ровно девяносто семь. — Он обвёл строй тяжёлым взглядом. — Трое из вас сегодня вылетят. Вопросы?
В строю стояла мёртвая тишина.
— Тогда побежали.
Краг махнул рукой, и толпа ломанулась в ворота.