Найти в Дзене
Ольга Ускова

МИИИР ВАШЕМУ ДОМУ!

Ну что же, публичный дневник — так публичный дневник. Иначе нечестно, и Вселенная поправит... (Но с точки зрения всех позиций — бизнеса, личной безопасности, социальных коммуникационных приемов — ТАК делать нельзя. Не повторяйте за мной.))) Плотность событий зашкаливает, а посреди всего этого я сижу, как придурковатый минимаршал Кутузов. Пухлый, одноглазый, старый, больной, оболганный «российским» императорским двором и презираемый, высмеиваемый французским неприятелем толстовский персонаж Михаил Илларионович. Или нет: я как тот самый Як-истребитель у Высоцкого, которым управляет Летчик, а машина всё рвется сама исполнить: «Миииир вашему дому...» Про здоровье:
Болела очень тяжело. Неожиданно тяжело. Так было уже однажды, несколько лет назад. Но тогда дали поболеть и выйти в реабилитацию с комфортом. А сейчас с первых дней болячки я ползу по передовой — и это нормально. Другие обстоятельства. Другое время. «Никого не жалко. Никого... Ла-ла-ла».
Сейчас почти здорова. Пропал голос (это у

Ну что же, публичный дневник — так публичный дневник. Иначе нечестно, и Вселенная поправит... (Но с точки зрения всех позиций — бизнеса, личной безопасности, социальных коммуникационных приемов — ТАК делать нельзя. Не повторяйте за мной.)))

Плотность событий зашкаливает, а посреди всего этого я сижу, как придурковатый минимаршал Кутузов. Пухлый, одноглазый, старый, больной, оболганный «российским» императорским двором и презираемый, высмеиваемый французским неприятелем толстовский персонаж Михаил Илларионович.

Или нет: я как тот самый Як-истребитель у Высоцкого, которым управляет Летчик, а машина всё рвется сама исполнить: «Миииир вашему дому...»

Про здоровье:
Болела очень тяжело. Неожиданно тяжело. Так было уже однажды, несколько лет назад. Но тогда дали поболеть и выйти в реабилитацию с комфортом. А сейчас с первых дней болячки я ползу по передовой — и это нормально. Другие обстоятельства. Другое время. «Никого не жалко. Никого... Ла-ла-ла».


Сейчас почти здорова. Пропал голос (это у меня-то!). Приношу извинения за все перенесенные интервью, переговоры, публичные выступления. Но я скриплю. Врач говорит, что это пустяки, дело житейское. Связки вернутся. Хорошо, что записала подкаст военный и песню с ребятами за день до болезни. Спою я теперь нескоро. Сегодня физически выхожу на работу. На пару часов. Но реально вкалывала весь больничный, в кризис, как лошадь. Тот, который во мне сидит, давит педаль газа и крутит бочки, невзирая на приборы.

Про работу:
Несколько крупных, огромных проектов стартовали именно в эти дни. И это работа моей команды и моих ПАРТНЕРОВ. Причем некоторых я реально не ожидала. Я даже знакома лично не была с этими людьми. Они просто приехали и предложили свое участие в переворачивании мира. Невероятная личная благодарность молодым предпринимателям из АПК, из регионов. Креатив. Реальные дела. Быстро заключенные проекты.


Невероятная личная благодарность коллегам в Совфеде, Минпромторге, Минэке и Минтрансе. Коллегам в АП. За 30 лет работы в бизнесе не было такой волны поддержки инициатив «по делу» и без ползанья на коленях по коридорам власти с мотивирующими речами.


Весь движ этих двух с половиной недель равен приблизительно полугодовой работе команды за предыдущий год.

Я буду публиковать по мере внедрения здесь самые классные вещи. А про те, которые нельзя публиковать, буду сочинять истории. Великие дела творятся сегодня.

Про команду:
Тяжесть огромная на плечах ребят и Антона. (Он, кстати, тоже переболел, но коротко. По-самурайски: не опуская меча и не сходя с поля битвы.)
Темп огромный. Ресурс финансовый предельно ограничен. Всё приходится исполнять в поле. Многое — в первый раз в мире. Сейчас хочу сказать, что первые комсомольские стройки не кажутся уже чем-то моим особенным. У нас жарко. Настоящее боевое братство.


Впереди ключевые сражения. Но я обещаю, ребята! Мы не просто победим. Мы всё сделаем правильно после победы. Заберем себе всё завоеванное, раздадим СВОИМ и возглавим все мировые парады.

Про засранцев:
Их тоже достаточно. И сейчас активизировались. Часть сидит в партере и шуршит семечками. Наблюдает, как мы крутим бочки и ведем воздушный бой. Им надо было давно вступить в этот бой по договоренностям и открыть второй фронт. Но они ведут себя как вонючие союзнички США и Британия в ВОВ. Ждут, когда мы захватим Берлин, и они вскочат в последний вагон, чтобы разделить Европу.


(Я всё запоминаю. На этой войне я — и Сталин, и Жуков, и весь советский народ.)


Часть пытается крысами бегать по коридорам и мешать. Сплетничать. Кал раскидывать. Полицайничать. Но они гибнут под копытами наших коней. Мы атакуем, а там некогда смотреть под ноги и объезжать нечисть.

Про помощь фронту и прифронтовым территориям:
Народ, это самое теплое. Это мы/вы. Обострение и запрос по Белгороду и Херсонщине пришли прямо в самый кризис моего здоровья. Я дышать не могу, а Митрополит в трубку рассказывает, как стариков с 16-го этажа мои знакомые девочки-монахини на руках выносят. А Дима Русса рассказывает... рассказывает... два часа, которые не вошли в подкаст. А там дети!

И тут — волшебство. Несколько огромных фур требуемого. Больше восьми тонн в общей сложности. Это Вы! Это ваши души. Ваши руки. Откликнулись очень близкие и совершенно незнакомые. И это было для меня как сотня целебных касаний.

Знаете, как будто в темной пещере осветила фонариком людей в стране — и зажглись и засияли бриллианты ваших душ. Я обязательно хочу опубликовать истории некоторых дарителей. Я попрошу своих связываться с вами. Но сейчас мои ребята работают над отправками груза самостоятельно. Сверхурочно. Офис у нас завален коробками. И это лучший в мире офисный дизайн.

Про книги:
Тут вообще пик революций. Я молчала. Потому что вы скажете, что я чокнутая, и будете правы. Но тот, который во мне сидит, похоже, пошел на таран! Я делаю своё издательство. Вот! И два клуба книголюбов — в Москве и Питере. Делаю в очень крутом партнерстве. И приглашаю к проекту еще партнеров. Всё это разом случилось в начале февраля и совпало с Великим Бронхитом. Но всё это случилось. Про это будет отдельное объявление. Скоро. Здесь.

В общем, отчет закончила. Сейчас ночь. Спать пока после болезни нормально не научилась. Остаточные явления. Но будем жить, мой дорогой сетевой дневник. Будем жить!