Сашка считал себя домовитым мужиком, так как всегда, везде и всё он тащил к себе в дом. Ну как не тащить всё в дом, ведь в их селе все и всё тащили. Он ещё школьником, пойдя в месте со своими сверстниками за компанию, работать на зерновой ток и придя обедать домой, услышал от своей мамы:
- Сашка, а ты зерна с тока принёс?
Он тогда удивлённо посмотрел на свою мать и честно ответил:
- Нет мам. Да и куда я его насыплю, чтобы домой принести?
Мама тогда с сожалением посмотрев на сына, только вздохнула, а потом объяснила:
- А ты зерна хоть в карманы насыпь, а принеси и курам высыпь у нас на дворе, чтобы никто не видел.
И глубоко вздохнув, добавила:
- Какой ты у меня, ещё бестолковый…
Тогда Сашка вспомнил как на кануне его дружок Васька, перед тем как уйти на обед оглядевшись во круг, подбежал к вороху с пшеницей и начал горстями насыпать её себе в карманы и посмотрев на столбом стоящего рядом Сашку, предложил:
- Чего встал? Набирай…
А Сашка тогда только и смог, что во все глаза смотреть на Ваську, набивающего зерном свои карманы. После этого, они вышли через ворота и каждый побежал в сою сторону села, где находились их дома, на обед. Потом они уже в месте частенько, а точнее ежедневно уходя на обед и иногда после смены набивали свои карманы зерном, соревнуясь с Васькой их объемом.
Шло время, однажды зимой снимая верхнюю одежду и вешая её на вешалке в школьной раздевалке Сашка случайно увидел как Васька, вешая на крючок свою куртку, доставая мелочь из кармана рассыпал её на пол и потом долго собирал, но пятнадцать копеек он так и не нашёл. Сашка ясно видел, как эта монетка укатилась под оторванный плинтус, в их раздевалке. Он тогда Ваське про неё ничего не сказал, а в душе только повеселился над поисками монетки его одноклассником. В этот день Сашка сам предложил себя для дежурства по их классу, чтобы задержаться в школе по дольше, моя полы в их классе, а потом уходя в числе последних учеников из школы, он почти в пустой раздевалке оглянувшись по сторонам вытащил монетку из под оторванного плинтуса и быстро положил её к себе в карман куртки. Затем он медленно снял куртку с вешалки и одев её, вышел из здания школы на улицу. Там он, засунув левую руку в карман, ощутил приятную прохладу, найденной им монетки. Да, да именно найденной им монетки. Он ведь не из кармана её у Васьки вынул, а поднял потерянное им с пола. Как говаривал их сосед и сельский поэт, по совместительству пьяница дядька Кондрат, что упало то пропало. Пытаясь найти рассыпавшуюся мелочь, в их сельском магазине. Покупая бутылку «Солцедара». Сашка помнил, что их школьный товарищ Вовка по кличке «Хорь», тыря деньги из карманов курток у учеников их школы, в прошлом году был застукан ребятами, за своим «промыслом» и они, вытащив его упирающегося, за туалет крепко его побили. А Юрка из восьмого класса, тогда с призрением посмотрев в сторону Хоря и обведя взглядом их рядом стоячих мальчишек, с угрозой в своём голосе, произнёс:
- Так будет с каждым, кто посмеет воровать чужое.
После этого Сашка понял, что скажем по-тихому «брать» общественное зерно можно, а вот залезть в чужой карман и взять там мелочь, за это можно получить по «морде» при чём по своей личной, родной для тебя «морде». Однако купленные на пятнадцать копеек, поднятые им с школьного пола, карамельки были уж очень сладкими, и Сашка тогда впервые в жизни понял как сладка, что называется халява, и уже без неё он не мыслил своей жизни. Он потом частенько заглядывал под этот плинтус и в очень редких случаях тот радовал его очередной денюжкой, пока их техничка тетка Фекла не вытащила оттуда закатившуюся, свою монетку и их учитель труда, спьяну не присобачил плинтус к стене большущим гвоздём и икнув, резюмировал:
- Ну, всё таперя дилехтриса от мене отстанет, а то бабы достали. Прибей да прибей.
И оглянувшись во круг и не увидев никого из начальства, добавил:
- Стервозы…
Лучше бы ты себе руки отбил, подумал тогда Сашка, смотря на то, как пьяный учитель труда, прибивает плинтус. На следующий день учитель труда упал дома и сломал себе правую руку. Учителя после этого ещё долго обсуждали, что руку то Петрович сломал трезвым, вон оно как бывает, один день не пил и руку к хренам «пополам», да ещё кости то, со смещением сломал!!!
Сашка целый день, тогда ходил счастливым. Думая, вот тебе пьяница и прибиватель плинтусов…
Шло время и Александр Иванович заканчивал уже восьмой класс, своей сельской школы. Его семья стала перед жизненным выбором, куда идти дальше старшенькому, учиться? Выбор был таким, либо ходить ежедневно в течении двух лет в среднюю школу за шесть километров, либо уехать в областной центр и там закончить один из техникумов и получить средне специальное образование. Ему крайне не хотелось каждый день ходить по двенадцать километров туда-сюда. Учёба в техникуме его привлекала больше и вот почему. Однажды, он был в гостях у своей одноклассницы, Светки Гореловой. Её папа в своё время закончил техникум и ни какой-нибудь, а техникум Советской торговли. Он работал заведующим продмага в их областном центре, а жил у них в селе. Так как, её мама работала в этом селе директором школы и ни в какую не хотела уезжать в город.
- А, что ведь наше село в двадцати минутах езды от папиной работы, да и воздух сельский лучше. Да и мама наша… директор, а в городе она будет просто учитель…
Иногда смотря сквозь Сашку, говаривала Светка. Сашка, мало соображая в этих женских суждениях, только кивал головой, он паразит знал, что у её папаши собственная «Нива», а не просто жигуль. Однако, когда он вошел в зал, дома у Светки и увидел стоящую на новенькой лакированной стенке, вазу с шоколадными конфетами, он мгновенно понял, чего хочет от жизни. Он имея родителей, работающих на колхозной ферме скотником и дояркой, даже мечтать о таком не мог. Да и младшие брат, с сестрой тоже были едоками, а Светка в семье одна, вот тебе и вот. Сашка загорелся идеей, поступить в техникум Советской торговли и стать экономистом. Идея хорошая, как потом скажет его мама, но мало реализуемая и вздохнув обречённо добавила:
- Нету сынок у нас с твоим отцом блата, чтобы тебя туда пристроить.
И пустила слезу, погладив его по голове. Сашкины мечты разбились о блат, что это такое он ещё не мог полностью понять, но, по-видимому, это слово обозначало, что то, очень и очень важное, в жизни людей.
- Мам, а, что такое этот блат, а?
Задал он вопрос матери и та, утерев слезу, охотно пояснила:
- Нет у нас родственников с положением, чтобы за тебя там.
И подняв указательный палец вверх и закатив глаза, благоговейно добавила:
- Попросили и пристроили.
Батя, молча слушая свою жену и его мать вскочил с табуретки, и в сердцах выругавшись, напомнил той:
- Вспомни как тебя наш председатель, просил перейти с подменной доярки, на группу, а?
Та, открыв свой рот от удивления на раздухарившегося тихоню и своего мужа, хлопая глазами, медленно произнесла, не понимая к чему тот клонит:
- Ну, да уговаривал! И, что?!
- А то, что он тебе тогда говорил, а? Помнишь!?
Да, сказал, что любую мою просьбу выполнит…
— Вот, вот любую просьбу. Поняла.
- Но это же касается моей работы, а не семьи.
- Да кто тебе это сказал, а? Он обещалси. Вот пусть таперь своё председательское слово и держит.
- Но…
Попыталась возразить жена, а папа сурово взглянул на неё и та, поперхнувшись, глубокомысленно замолчала. Даже младшие, до этого разговаривавшие друг с другом, мгновенно примолкли. И в наступившей тишине, отец произнес:
- И никаких мне, но. У тебя сейчас судьба сына решается, а ты Сергеевна нока ешь…
- Ванечка, а может ты с ним поговоришь, а?
Произнесла Сергеевна, ещё надеясь на, что-то.
- Тебе он обещалси, тебе с ним и говорить…
Сказал, как отрезал Иван и махнул рукой, как саблей. Даже искры, как показалось Сашке, из носа у отца в тот момент, выскочили. Мать, помявшись и горестно вздохнув, оробев, произнесла:
- Ладно, поговорю.
- А если, что? То я рядом буду, не боись.
Решительно произнес отец.
На следующий день мама поговорила с их председателем. Тот мужик у них был, что называется «хват». Ну, поддавал немного, иногда в гневе мог и в глаз заехать, но всегда исключительно, за дело. Ну, погуливал иногда от своей супружницы Светки, но из дома то, не уходил. Но любили его колхозники за его доступность и уменье играть на гармошке, и петь матерные частушки, и за это они его уже седьмой год, как предом переизбирали на колхозном собрании. Сергеевна записалась на приём у секретаря, а та дылда здоровенная в полтора центнера веса, тут же шепнула преду. Мол так и так, Сергеевна приходила, а зачем не сказала. Тот уже в обедах, заехав на их ферму и найдя её, поинтересовался:
- Анна Сергеевна, ты ко мне за чем на прием записалась, а?
Та, оробев, начала мямлить:
- Я, у меня сын, мы Вас…
А подошедший Иван, просто, сказал:
- Помогай Пётр Васильевич. Сына надо в техникум Советской торговли, на экономиста, пристроить.
Председатель удивленным взглядом обвёл супругов и крякнув, переспросил:
- И это всё? Сергеевна.
- Да.
Ответила та и залилась красной краской, как спелый помидор. Председатель расправил плечи и «орлом» взглянув на доярку, выдохнул вчерашним перегаром:
- А я-то думал…
И продолжил:
- Не волнуйся ты так. Я всё сорганизую, будет твой, как его там, зовут?
- Сашка…
- Будет твой Александр Иванович, учиться в этом техникуме. Тем более там у меня кума, работает замом…
- Спасибо Вам, Пётр Васильевич.
В один голос, бросились благодарить председателя, его работники.
- Да, чего там поможем.
Барским тоном, бросил тогда председатель и было уже ушел, но неожиданно остановившись, он обернулся и произнес:
- Токмо мне туда без магарыча, ехать, как-то не удобно.
— Это будет…
Клятвенно приложив руки к груди, произнесла Анна Сергеевна.
- Ну, тады лады. Перед поездкой, я Сергеевна сообщу.
И заговорщицки подмигнув ей, председатель развернулся и пошел по своим председательским делам. Правда их бабы, с фермы сказали, что он к Маньке Салтычихи за самогоном в тот раз ездил, но это вряд ли, а вот вечером из его дома раздавались звуки гармошки и долетали слова матерных частушек. Однако это уже апося работы. Где кажный, может отдыхать на своё усмотрение… И не лезьте в душу, мать Вашу…
После этого разговора их председатель, как раз через неделю в пятницу, приехал на ферму и увидел Анну подошёл к ней, и сказал:
- Ну, что собирай магарыч завтрева, еду твоего Сашку «сватать» в техникум. Председатель тогда слово своё сдержал и появившись в колхозе в понедельник, рано утром и найдя её, апосля планёрки, сразу сказал:
- Вези сына в техникум, я разговаривал с директором, точнее с директрисой и та клятвенно пообещала мне,что устроит твоего Шурика к ним учиться.
Анька от радости была, что называется на седьмом небе. Ну, а как же Шурка скоро уедет в город, учиться, а там уже и выйдет в люди. Хрен с ней со свиньёй, что пришлось Ивану забить на магарыч, да и петуха не жаль, а первач отданный преду, что «слеза младенца» оберегаемый ей, до случая, видимо хорошо там зашёл…
Ровно через день, Сашка взял документы об окончании восьмилетней школы, и они уехали в город. Там его действительно приняли на обучение, в техникум Советской торговли и определили в группу экономика предприятий торговли. Дальше он смело с 1 сентября, что называется приступил к обучению.
Обучение в техникуме было непростым, а местами и тяжёлым в моральном плане, очень не хватало маминых пирожков или блинчиков со сметаной, но он крепился. В остальном же Сашка успевал во всём. Розовощёкий, белокожий, статный парень, да к тому же хорошо разбирающийся в точных науках, «грыз гранит торговой науки» с лёгкостью. Так как с математикой у него, ещё со школы были, так сказать, очень дружественные отношения, то Сашке учёба на первом курсе давалась легко, а тем более ему предоставили койку в общежитии, с оплатой в три рубля пятьдесят копеек в месяц и жизнь ему казалось почти «раем». Тем более, что его родители сунули ему на первый месяц двадцать пять рублёв. И мама, предупредила:
- Сашка деньги не транжирь, береги. Мы с отцом, тебе больше дать в этом месяце не можем.
И всё же несмотря на полученную стипендию, помощь мамы с папой Сашка понял, что не рассчитал свой бюджет… Это дома сидя на маминых пирожках он никогда не задумывался о тратах, да и где там деньги тратить, и тем более когда их нет. Но попав жить в областной город, который требовал других денежных трат. Сашка об этом узнал далеко не сразу, приступив к учёбе.
Их группа, где в большинстве своём собралась «золотая молодёжь» их области, а проще те кто назывался сынками и дочками «больших людей», не очень хотевшими учиться, а папы, и мамы их имели не маленькие возможности, и во избежание непоступления деток в ВУЗ. Пристроили тех в самый популярный техникум в родной области, надеясь, что они уж там то, точно "перебесятся". Естественно, по блату. Их группа уже второго сентября моментально собралась и пошла в краеведческий музей. За вход надо было выложить 50 копеек, но так как они были обучающимися техникума вход для них был 25 копеек, а дальше кафе рядом. А дальше больше, учащаяся молодёжь, познавала областной центр через походы в театры, в музеи, планетарий. И конечно же кафе и столовые, всё это быстро вскружило парню голову. Деньги таяли в его руках, получше всякого эскимо, словно песок просыпаясь золотом, сквозь пальцы у молодого человека. К 25 сентября Сашка понял, что денег у него вообще нет. Нет ни копейки и даже уехать домой, к родителям не на, что. Он не хотел просить у матери денег, однако как жить он не знал. В кармане его осенней куртки, которую он надевал всего лишь раз. Он обнаружил монетку в двадцать копеек, оплатить проезд домой на автобусе он не мог, этих денег было мало, и он решил, куплю буханку хлеба, вода бесплатно, как-нибудь проживу неделю, до конца месяца, а там видно будет.
Друг и сосед по комнате Васяка, одногруппник отслуживший в армии и державшийся от них шалопаев обособленно, взглянул на него весёлым взглядом, и однажды предложил, тому:
- Ну, что смотришь, молодой человек? Пойдёшь сегодня вечером со мной, деньги зарабатывать?
- А куда Вась?
Неуверенным тоном, задал вопрос Сашка.
- Да на товарную станцию, будем с тобой вагоны разгружать, а?
Да какой из меня грузчик, мне ведь только недавно исполнилось 16 лет, подумал про себя Сашка. Однако отказать Ваське, он не смог. Голод не тётка Катя, ждущая тебя с учёбы с блинами, а Саш? Промелькнула крамольная мысль у Сашки в голове. Васька был старший товарищ, друг, сосед по комнате и парень, который отслужил уже армию. Он имел жизненный опыт, а Сашка нет, а жрать хотелось. Поэтому хочешь, не хочешь, а поднимайся и иди с ним, и работай. Так как тебе деньги, сами в руки ниоткуда не упадут. Решил он тогда и поплыл по воле волн…
Часть вторая здесь: