Часто спрашивают про мою безрукавку с надписью «Газпром бурение».
Зачем ношу, если давно не на вахте, а делаю просто вкусно?
А вы знали, что она пережила бешеного песца, санитарный вертолёт и серию "13", которые перевернули мою жизнь?
Она удобная, тёплая и как артефакт. Напоминание о 59 днях на мысе Харасавэй — месте, где Карское море встречается с тундрой, где северное сияние висит над головой, а под ногами — триллионы кубов газа. Там, в конце февраля — начале марта 2021-го, в легендарной Аблаевской бригаде, жизнь подкинула мне серию цифры "13", которые стали настоящей мистикой трансформации.
Зов Севера и как я туда попал
Родился в Эвенкии — земля Тунгусского метеорита, 17 лет тайги. Москва учеба, , корпоративная жизнь, фонд — к 2019-му выгорел от лжи и несправедливости. Решил: назад к корням, но по-настоящему жёстко.
Трансформация не началась с вертолёта на Харасавэй — она стартовала 17 октября 2020 года. В этот день пришло первое письмо от «Газпром бурение»: «Направьте, пожалуйста, трудовую книжку».
Я уже отучившись на помощника бурильщика, резюме разослал сотню — тишина. А тут — ответ. Первый настоящий «да» после всех отказов. Сердце заколотилось: «Это оно. Север зовёт».
Параллельно, пока искал работу на Севере, я не сидел сложа руки. Запустил первые «танцы» в детском доме — пришёл туда, чтобы просто побыть с детьми, поиграть, рассказать сказки. Это были не акции, а первые ростки: я понял, что мир можно сделать добрее не словами, а действиями. Дети смеялись, обнимали — и я чувствовал, что это и есть настоящий фундамент.
Север и доброта шли рука об руку: пока ждал ответа от Газпрома, я уже сеял семена в детских душах. А когда письмо пришло — всё сложилось. Связи сработали — «Газпром бурение», Новый Уренгой, а оттуда вертолётом на Харасавэй. Это был не случайный прыжок, а логичное продолжение. 17 октября 2020 года — день, когда старая жизнь получила «увольнительную», а новая начала строиться.
Мыс Харасавэй: край Ямала и его дыхание
Мыс Харасавэй — край Ямала, прямо на берегу Карского моря. Арктический климат: морозы до -60, ураганные ветры, влажность, которая проникает в кости, полярная ночь полгода. Летом тундра расцветает, но 8 месяцев всегда — белая бесконечность, где нет дорог, только вездеходы и вертолёты. Запасы месторождения — около 2 трлн кубов газа, 22 залежи на глубинах от 700 до 3300 м. В июне 2020-го, 12-го числа, забурили первую эксплуатационную скважину №4051 на кусте №5 — глубина 2540 метров. К 2021-му, когда я прилетел, бригада уже вовсю осваивала кусты, а ветер с моря нёс запах соли и вечности, смешанный с гулом дизелей. А фауна... Белые медведи заходят часто — в посёлок, под ворота, в столовую. Мы их не видели близко (держались в 5–10 км), но соседи на соседних кустах рассказывали: медведица с медвежатами шастает, любопытная, голодная. Иногда подходят ближе, чем хотелось бы — фальшфейеры всегда наготове. А вот песцы — хитрые, наглые, особенно бешеные. Пену на оскале видно издалека.
Тринадцать — мистика трансформации: знаки судьбы везде
Всё началось с аэропорта. Лечу из Москвы, из Шереметьево — в простонародье «Шарик». Подхожу к гейту — 13-й гейт. Сажусь в самолёт — 13-е место. Подумал: «Ну, привет, вселенная».
Прилетаю в Новый Уренгой — распределяют по общаге: комната 13. Коллега по распределению рабочих на кусты услышал эту историю с 13, заржал: «Сейчас отправлю тебя на 13-й куст — не переживай!» А потом бригада: мастер + зам мастера + ровно 13 человек на буровой. Всего 15 душ на вахту. Эти 13 — основная сила: бурильщики, помощники, операторы, те, кто 12 часов держит железо в руках. Именно они крутят вышку в белой тундре. 13 везде. Как будто Север решил: «Ты пришёл за трансформацией — держи серию знаков». Многие боятся 13 — чёртова дюжина, неудача. А я сразу почувствовал: это не проклятие. Это мистика перерождения. В Таро 13-й аркан — Смерть: не конец, а трансформация, очищение, избавление от старого. Смерть старых привычек, московской жизни, корпоративной лжи. Она разрушает, чтобы освободить место новому. А 13 сводится к 1+3=4. 4-й аркан — Император: стабильность, фундамент, порядок, власть над собой. Мой новый твёрдый фундамент после бури. Эти 13 знаков стали как ритуал: гейт, место, комната, куст, люди на буровой. Вселенная подмигивала: «Пройди это — и построишь что-то настоящее». В бригаде шутили: «Москвич в компании 13-ти — точно отмечен». А я думал: да, отмечен. Чтобы сломаться и собраться заново.
Жизнь в тундре: медведи, песцы и адреналин
Каждое утро после планёрки выходил и смотрел — белая гладь, иногда сияние танцует. Медведи? В 5–10 км бродят от бурового посёлка, заходят к соседним кустам — вахтовики рассказывали: медведица с медвежатами шастает у вагончиков, любопытная. Мы не встречали близко, но всегда помнили: они здесь хозяева, и фальшфейеры на поясе — святое правило. А вот бешеный песец — это была моя личная битва. Однажды утром вышел в кальсонах, роба нараспашку, шнурки болтаются. Иду к туалету (он уличный) — чувствую спиной: энергия, кто-то крадётся. Резко оборачиваюсь — песец в двух метрах! Глаза бешеные, зубы оскалены, подкрадывался сзади. Адреналин ударил — давай махать ногами, орать, пугать. Он огрызается, прыгает, но я не сдаюсь. В итоге отпугнул, убежал. Потом услышал: того же бешеного песца дядя Витя-сварщик лопатой добил — не дал ему дальше людей терроризировать. Они опасны для людей, как оказалось. Север такой: или ты его, или он тебя.
Аблаевская бригада и кульминация
Попал я в самую легендарную — Аблаевскую бригаду Марата Аблаева. Это не просто смена мужиков — это династия. Деды бурили здесь ещё в советское время, отцы продолжали, теперь внуки стоят на тех же местах у вышки. Суровые, немногословные, с руками, которые знают каждую трубу на ощупь. Мастер Марат — как скала, с историями от деда-ветерана. В бригаде всегда около 30 человек в целом, но на вахту выходило 15: мастер, зам мастера и ровно 13 человек непосредственно на буровой. Эти 13 — сердце всего: они крутят, поднимают, ловят момент, когда железо весом в тонны летает над головой, а один неверный шаг — и привет. Вышка гудит круглосуточно, как живое существо — гул пробирает до костей, а запах мазута въедается в кожу и одежду. Трубы поднимают краном, цепляют, сажают в скважину — и всё это под постоянным ветром с Карского моря. Каждое утро после планёрки выходишь — вокруг белая бесконечность, иногда северное сияние висит низко, как занавес, а в голове только одна мысль: «Сегодня выдержу». Вахта растянулась до 59 дней — ковидные правила удлинили всё, что можно. Конец февраля — начало марта 2021-го: тундра ещё в крепких морозах, но уже чувствуется приближение весны — снег тает пятнами, появляется сырость, проникает везде, даже в вагончики. Мы сажали обсадную трубу — это одна из самых тяжёлых операций. 12 часов смены без права остановиться: ни покурить, ни присесть, ни воды попить нормально. Руки в мазуте, спина горит, адреналин держит на ногах. Ты просто часть машины: поднимаешь, фиксируешь, контролируешь давление, слушаешь гул. К 57-му дню организм сказал «хватит». После смены сажусь в вагончике — обычно через 5 минут вырубаешься под любой фильм. А тут — не спится. Ворочаюсь час, два, три, пять. Сердце колотится, как будто хочет вырваться. Врач на буровой мерит давление — 200 на 150. Всё. Санитарный вертолёт вызывают моментально. Меня грузят, как мешок, и — в Москву. Но это был не просто срыв. Это был пик. Кульминация всей той мистики с 13-ю. Последний, 13-й знак завершил цикл: Север забрал старого меня — того, кто бежал от несправедливости в Москве, кто думал, что может просто переждать. Забрал усталость, шаблоны, страх. И вернул нового: с пониманием, что настоящая сила — не в том, чтобы выдержать 12 часов физухи, а в том, чтобы после всего этого встать и идти дальше. С новым фундаментом. С тем самым 4 из 1+3. Север не ломает просто так. Он проверяет. И если проходишь — даёт тебе самого себя настоящего.
Фундамент из 4: что дал Север и что дальше
Безрукавка — медаль. Доказательство: можно в 37 бросить всё, улететь из Шарика, пройти 13 знаков мистики, битву с песцом, давление — и обрести фундамент (то самое 4). Север учит: ценить тепло, сон, доброту, настоящих людей. Напоминает — для Божены (ей уже 7, скоро больше) и всех детей мир должен стать добрее. Теперь эта трансформация — в сказках Осторожного Буратино и «подвешенном кофе» в моей кофейне «Малыш ВСЕзнайка». Север научил: доброта — лучший фундамент.
Спустя вахту меня вернул в Новый Уренгой, но уже в другой роли — коммерческим директором топливной компании на три года (2021–2024). Там было ещё много интересного: закрытое братство «ЕЗДУНЫ» — 44 топ-менеджера газодобычи, снегоходы по тундре, рыбалка на ямальских озёрах, мотоциклы, вкусная еда и новые связи, которые до сих пор помогают. Об этом, о том, как Север не отпустил, а продолжил менять жизнь — в следующем посте.
Если зовёт внутри — не бойтесь. Иногда надо встать в бригаду из 13-ти, встретить песца в кальсонах и пройти трансформацию (13 → 4), чтобы понять: настоящий дом — там, где ты сам его построил. А у вас были серии «знаков судьбы» или встречи с тундрой? Пишите в комментариях — интересно!
С теплом,
Осторожный Буратино
📚 Читайте мою книгу про приключения Осторожного Буратино и его 12 Друзей на Литрес
📚 Поднимайте себе настроение в моем позитивном ТГ канале Осторожный Буратино
Послушать трек Осторожный Буратино можно на Яндекс Музыке