Александр (Алёша) Попович
(Из цикла «Лица и лики древней Руси»)
Образ Алёши Поповича, знаменитого героя русских «стáрин» (былин), восходит к реальному историческому персонажу — Александру, ростовскому богатырю и «храбру», боярину ростовского князя Константина Всеволодовича (1211—1218). Этот Александр был участником многих событий в бурной истории Северо-Восточной Руси первой четверти XIII века. Сведения о нём сохранились в летописях, правда, поздних (не ранее XV—XVI веков) и, в свою очередь, испытавших на себе сильное влияние фольклора.
Прозвище (отчество) богатыря свидетельствует о том, что он происходил из духовного сословия. Поздние записи былин называют имя его отца — это некий ростовский поп (или протопоп) Левонтий (то есть Леонтий). Однако можно думать, что здесь отразилось имя самого знаменитого из ростовских святых и чудотворцев — епископа Леонтия I, жившего в XI веке.
В XVI веке существовало предание, согласно которому Александру принадлежал укреплённый замок («город») на реке Где, «под Гремячим колодязем», — на месте древнего Сарского городища («иже и ныне той соп стоит пуст»). Современные археологи частично подтверждают это известие: действительно, на этом месте в XII—XIII веках существовала укреплённая усадьба-замок. Но кому она принадлежала в действительности, мы сказать, конечно, не можем.
Как показал в специальном исследовании советский учёный академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв, народное предание о подвигах Александра (Алёши) Поповича прошло несколько этапов, отразившихся и в летописном повествовании о нём (см. Лихачёв Д. С. Летописные известия об Александре Поповиче // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы АН СССР. Т. 7. М.; Л., 1949. С. 11—51). Древнейшим признаётся тот, в котором деятельность Александра связана с Ростовом и Ростовской землёй. Это предание отражено в особой повести «О Калкском побоище, и о князех русских, и о храбрых 70-ти» в составе Тверской летописи (XVI век).
Согласно этому источнику, Александр служил великому князю Владимирскому Всеволоду Юрьевичу Большое Гнездо, а когда тот передал Ростов своему старшему сыну Константину (1211), — перешёл на службу к этому князю. В ходе междоусобной войны между сыновьями Всеволода, начавшейся после кончины великого князя (1212), Александр успешно оборонял Ростов от войск князя Юрия Всеволодовича («Александр же, выходя, многы люди великого князя Юриа избиваше, их же костей накладены могылы великы и доныне на реце Ишне, а инии по ону страну реки Усии…»), принял участие в битве на реке Гзе, близ города Юрьева-Польского, а также в решающей битве между братьями на реке Липице (21 апреля 1216), в которой на стороне Константина выступил князь Мстислав Мстиславич Удатной, княживший тогда в Новгороде, а на стороне Юрия — его брат Ярослав.
После кончины Константина Всеволодовича (2 февраля 1218) и перехода великого княжения к Юрию Александр, опасаясь расправы, решает покинуть Ростов и вместе со своими «храбрами» переезжает в Киев, к князю Мстиславу Романовичу. По мнению Д. С. Лихачева, переход ростовского боярина в Киев представляет собой позднейшее развитие фольклорной легенды под влиянием устойчивых представлений о Киеве как вневременном центре всей Русской земли, к которому стремятся все былинные богатыри. Однако в записи XVI века (в составе краткого новгородского летописца) сохранилось ещё одно предание об Александре Поповиче, резко отличающееся от изложенных в летописях (ко времени исследования Д. С. Лихачёва оно ещё не было известно). Здесь Александр служит не киевскому князю Мстиславу Романовичу, а его политическому противнику — князю Мстиславу Мстиславичу Галицкому (Мстиславу Удатному) — участнику битвы на Липице, а впоследствии и битвы на Калке. Если учесть, что князь Мстислав Мстиславич был ближайшим союзником Константина Всеволодовича, то нет ничего невероятного в том, чтобы предположить, что именно к нему перешёл на службу Александр со своими «храбрами» после смерти своего сюзерена.
С уходом из Ростова связан главный эпизод в биографии Александра Поповича, отразившийся во многих летописях XV—XVI веков, в том числе и новгородских по происхождению, — его участие в битве с монголами на реке Калке 31 мая 1223 года (ростовское войско, как известно, в битве участия не принимало). По свидетельству летописей, среди множества прочих погибших русских воинов, «и Александр Попович ту убиен бысть с инеми семьюдесятию храбрых». В числе убитых с Александром различные летописи называют также его слугу Торопа (или Торопца, имя упоминается и в былинах) и богатыря Добрыню Рязанича Златого Пояса (по-другому, Тимоню Златого Пояса). Отметим, что оба упомянуты и в рассказе о битве на Липице в качестве соратников Александра Поповича, что лишний раз свидетельствует о фольклорных истоках летописных известий.
Упомянутое выше сказание об Александре в записи XVI века было открыто и опубликовано отечественным исследователем Борисом Михайловичем Клоссом (Новый памятник русского эпоса в записи XVI в. // История СССР. 1968. № 3. С. 151—157). Оно также носит чисто фольклорный характер. Очевидно, что это запись былины, бытовавшей в XVI веке. В 1209 году (дата, конечно, условная) Александр со своим слугой Торопцем принимает участие в войне своего князя Мстислава Галицкого с Мстиславом Киевским. На некой реке Почайне (эта киевская речка, приток Днепра, превратилась в былинах в эпическую пограничную реку Русской земли) он побеждает в поединке вражеского воеводу по имени Волчий Хвост (это имя реального воеводы киевского князя Владимира Святого, жившего в X веке), а затем сокрушает «вси полки» половецкие, жмудские (литовские) и печенежские. Показательна фраза, которой завершается сказание: «Се бысть первая война Олександра Поповича». Как отметил Б. М. Клосс, эта фраза «может свидетельствовать о существовании цикла сказаний о событиях того времени, связанных с именем Александра Поповича».
В том же XVI веке летописная легенда получила дальнейшее развитие. Под пером авторов Никоновской летописи — грандиозного летописного свода, созданного в Москве в середине столетия, Александр Попович был превращён в богатыря киевского князя Владимира Святославича (Владимира Святого, или Владимира Красное Солнышко). Несомненно, составители летописи пытались «поправить» известные им фольклорные источники, связать их с подлинными историческими событиями, заполняя при этом те летописные статьи, которые в предшествующих летописях были оставлены пустыми. Однако получилось это у них крайне неудачно. Под 1000 годом в летописи рассказывается о победе Александра Поповича над неким князем Володарем и его братом, приведшими на Киев половцев (при том, что половцы появились на Руси лишь в середине XI века, а упомянутый Володарь, скорее всего, должен быть отождествлён с жившим ещё позднее, во времена Владимира Мономаха, перемышльским князем Володарем Ростиславичем); под 1001 годом — о победе киевских «богатырей» Александра Поповича и Яна Усмошвеца над печенегами и пленении печенежского князя Родмана с тремя его сыновьями (можно догадываться, что под именем Усмошвеца скрывается легендарный киевский богатырь-кожемяка, одолевший печенежского великана, как о том рассказывает «Повесть временных лет» под 992 годом); под 1004 годом — о походе тех же Александра и Яна против печенегов к Белгороду.
Все эти известия не имеют никакого отношения к реальному боярину Александру.
(Впервые опубликовано на портале Слово: https://portal-slovo.ru/history/35767.php)