В Академгородке разгорается новый виток скандала вокруг элитного ведомственного жилья. Члены Совета по развитию научного центра при администрации Советского района требуют от руководства Российской академии наук отозвать иск о выселении академика Александра Асеева из коттеджа на улице Мальцева.
В Академгородке разгорается новый виток скандала вокруг элитного ведомственного жилья. При этом сам ученый, имеющий судимость за мошенничество с этим самым имуществом, не только присутствовал на заседании «неравнодушных», но и недавно вернулся на работу в структуры СО РАН.
От уголовного дела — к квартирному вопросу
История с элитной недвижимостью в верхней зоне Академгородка тянется уже семь лет и успела обрасти множеством юридических коллизий. Напомним: в 2018 году правоохранители вскрыли схему незаконной приватизации ведомственного коттеджа, который на тот момент занимала семья бывшего председателя Сибирского отделения РАН Александра Асеева.
Следствие установило, что за бюджетный счет (силами СО РАН) в казенном особняке был проведен дорогостоящий ремонт, после чего объект по подложным документам оформили на дочь академика Ольгу, проживавшую во Франции. В августе 2021 года Асеев предстал перед судом по обвинению в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ).
Советский районный суд в июне 2023 года признал ученого виновным и приговорил к четырем годам лишения свободы условно со штрафом в полмиллиона рублей. Попытки обжаловать приговор успехом не увенчались.
Казалось бы, юридические механизмы сработали: приватизация коттеджа дочерью академика была отменена в порядке гражданского судопроизводства, затем суд признал недействительной и сделку по приобретению ею земельного участка под строением. Сам объект — элитное жилье на Мальцева — с осени 2024 года официально находится в федеральной собственности и оперативном управлении СО РАН.
Парадоксы правоприменения
Однако поставить точку в этой истории оказалось не так просто. Сибирское отделение РАН, долгое время не предпринимавшее активных действий по возврату имущества, все же подало иск о выселении семьи Асеевых. Именно этот шаг и вызвал резкую реакцию коллег ученого.
13 февраля на заседании Совета по развитию Новосибирского научного центра (ННЦ) СО РАН при администрации Советского района, проходившем в формате «встречи неравнодушных», главной темой стал «жилищный вопрос» осужденного академика. В состав совета, как выясняется, входит и сам Александр Асеев.
Участники встречи приняли решение обратиться напрямую к председателю СО РАН Валентину Пармону и президенту РАН Геннадию Красникову с требованием деэскалации конфликта.
цитируется протокол заседания, оказавшийся в распоряжении редакции.
Считаем необходимым для СО РАН отказаться от выполнения необоснованных требований в представлении прокуратуры и отозвать иск СО РАН в Советский районный суд о выселении семьи Асеевых из занимаемого ими коттеджа.
В документе подчеркивается, что решение поддержано 16 академиками РАН. Главный аргумент защитников: «приговор исполнен полностью и не содержит требования об освобождении служебного коттеджа».
Встречный ход и возвращение во власть
Пока одни академики пишут письма, супруга осужденного Вера Асеева пошла ва-банк. В рамках текущего разбирательства о выселении она подала встречный иск, требуя закрепить за ней право пользования коттеджем на условиях договора социального найма. Таким образом, семья пытается легализовать свое проживание в элитном особняке уже на новых основаниях.
Примечательно, что в конце декабря прошлого года Александр Асеев, имеющий непогашенную судимость за мошенничество, был вновь принят на работу в Сибирское отделение РАН. Ученый получил должность советника председателя СО РАН — того самого Валентина Пармона, к которому теперь «неравнодушные» коллеги взывают о справедливости.
Юридическая коллизия налицо: с одной стороны, имущество возвращено государству, уголовное дело рассмотрено, приговор вступил в силу. С другой — влиятельная группа академиков считает требования прокуратуры и руководства СО РАН «необоснованными», а осужденный ученый продолжает работать в структуре академии и отстаивать право на проживание в коттедже.
Остается дождаться реакции первых лиц РАН и решения Советского районного суда, которому предстоит дать правовую оценку как основному иску о выселении, так и встречным требованиям Веры Асеевой. Ясно одно: история с «коттеджем раздора» на Мальцева демонстрирует не только юридические тонкости имущественных споров в академической среде, но и глубокий раскол в самом научном сообществе по вопросу о морали, справедливости и праве.