сакадзуки я ямадзи-но кику то корэ о хосу
По кругу чашу с вами. С теми,
Кому тропа на всех одна.
Напиток сей на хризантеме
Прошу сейчас испить до дна!
Первое слово стихотворения вызвало бурную радость и заслуживает отступления. Дело в том, что в предыдущем хайку мы предположили (конечно, с подводки старших комментаторов), что слово «луна» следует читать как «чаша» (для сакэ). И вот следующее стихотворение сборника открывается именно словом «чаша для сакэ», [сакадзуки] и это не совпадение, а явный микроцикл стихотворений, с какими мы уже встречались у Басё. Но хватит радостей, продолжим чтение.
Итак, в первой строке «чаша {для} сакэ».
Во второй [ямадзи] — «горный путь», «тропа», а [кику] — «хризантема».
Сразу вспомним хайку №66. Хризантема и сакэ в одном тексте однозначно указывают нам на праздник «Двойной девятки» в девятый день девятого лунного месяца, когда принято пить настойку на хризантеме.
У даосов в древнем Китае роса, собранная с лепестков хризантем, способствовала долголетию. Позже в массовую традицию вошло употребление хризантемового вина, а японцы уже пьют [кикудзакэ] — «хризантемовое сакэ», тоже долголетия ради.
Третья строка звучит формально-торжественно, дословно означает «осушить это». По сути своей это тост: «пей до дна», «залпом». В более старой японской традиции застолья нужно сразу осушать чашу, особенно если она передается по кругу (см. предыдущее стихотворение).
Попробуем собрать всё вместе: «Чаша для сакэ {с} хризантемой горной тропы — осушить ее!»
Комментаторы в «хризантеме горного пути» видят цитату из классической пьесы и отмечают, что эта фраза звучит торжественно.
Нам нужно принять решение, что делать с переводом. Делать ли акцент на цитате, раскрывать ли предполагаемые смыслы? Подглядим к англоязычной переводчице Джейн Райкхолд (Jane Reichhold):
a wane cup
of “mountain-path mums”
drink it up
Перевод близок к оригиналу. Но выражение о горном пути переводчица забрала в кавычки, показав тем самым, что перед нами цитата, не раскрывая, однако, ее смыслов...
И хочется позавидовать английскому языку: там можно сказать [мамс], подразумевая «хризантему» и ее размер будет даже меньше японского слова [кику]. У нас же длинная, нескладная и сложно рифмующаяся «хризантема» будет определять длину строк.
Что ж, придется принимать решения самостоятельно. Что у нас в экспозиции? Лирический герой пьет хризантемовый сакэ из соответствующей чаши, очевидно, отмечая «День хризантем».
По сути своей хайку представляет собой тост, причем торжественный по форме. И вряд ли герой «сам с собой ведет беседу», скорее всего, он обращается к слушателям с застольной речью.
Так как упомянута чаша [сакадзуки], вспомним предыдущее стихотворение и предположим, что чаша передается по кругу.
Так что же «тропа» или «дорога» может значить в торжественном собрании? Конечно, помимо «пути долголетия», который обещает хризантемовое сакэ? Возможно, это иносказание к сотрудничеству. Близкие друзья и/или коллеги рассматриваются, как спутники в восхождении.
Попробуем раскрыть эту мысль. Но делать это нужно пафосно в стиле «Я поднимаю сей бокал...», в «возвышенном» поэтическом регистре.
От оригинала остались только чаша и хризантема. Такова жизнь.
