Зачем я тогда поехал в Питер? На этот вопрос не могу дать однозначного ответа, уж слишком много факторов сложилось так, что не ехать туда было сложно. Но если честно себе признаться, то хотелось встретиться с родственником. Однако, даже чтобы признаться себе в этом, надо было сделать неимоверное усилие. Уж очень странный у меня тот родственник. Да и не менее странный вопрос я хотел ему задать. И тогда уже понимал, что скорее всего его ответ будет не таким, какой ожидаю от него услышать.
Тогда только начинал жить свою настоящую мотожизнь, хотя и пришёл к ней когда возраст перевалил уже за 40.
Как это часто бывает с мужиками в этом возрасте, однажды просыпаешься поутру, смотришь в привычный потолок свежим взглядом и вдруг понимаешь, что половина жизни-то уже прожита, а мотоцикла у тебя ещё не было. Не было в твоей жизни того запаха свободы, который носится в фильмах про мотоциклистов. Не было ощущения воли и чувства всадника, повелителя сил природы, что зашито в ДНК любого мужчины, кем бы он ни был.
И так от осознания этого факта становится на душе тоскливо, что не спасают ни походы налево, ни отрыв с друзьями, ни семейные посиделки у костра. Противоречие внутри копится, растёт, и однажды случается невроз. А за ним вылезают болячки, которые неминуемо приводят к безрадостному концу. В самом рассвете сил.
Кризис среднего возраста, так вроде это называется.
И осознав это, вскакиваешь очумело с кровати и начинаешь искать ответы на главный вопрос, который встаёт перед тобой. Что делать?
И если не всё потеряно в этой жизни, мужик покупает мотоцикл. А купив, начинает искать места, куда на нём поехать. Желательно далеко и надолго, чтобы было время расставить свои мысли по местам и понять уже, что ему надо от этой жизни. И ей от него.
У меня же была несколько иная проблема.
Да, я не хуже и не лучше других, и у меня тоже было такое утро, и передо мной так же стоял тот же вопрос. И я тоже купил мотоцикл. Но помимо этого, ещё задолго до того самого утра, начал чувствовать что-то такое, что не находило у меня объяснения. А идти с этим к врачам ... Рано мне было к врачам. Да и интересно было самому во всём разобраться.
В какие-то моменты, изредка, я ощущал, как по моему телу пробегают мурашки. Вот только бежали они не снаружи, как у всех нормальных людей, а как бы изнутри. Такого со мной никогда не было ранее, и я даже немного запаниковал по началу. Но потом, по мере привыкания, понял, что это процесс не болезненный, а наоборот. В эти моменты мне становилось настолько хорошо, что иной раз от удовольствия подкашивались ноги. И к тому времени, когда однажды утром, увидев привычный потолок, я задался вечным вопросом, я уже знал кое-что о своей особенности и даже мог ею управлять.
Причины сверхчувствительности центральной нервной системы до сих пор не изучены. Никто не знает по какой причине человек становится сверхчувствительным. Может это врождённое, а может в детстве вкололи не ту прививку. Кто его знает? И уж тем более никто не знает, точно, что человек с такой нервной системой при этом ощущает. Но то, что этот процесс необратим, я понял когда научившись немного им управлять, попытался его отключить. Увы, это оказалось невозможно. Можно научиться регулировать процесс, чуть притормаживая поток, который пытается вырваться наружу. Но полностью перекрыть подачу невозможно.
Это как родник. Как его ни затыкай, водичка всё равно найдёт путь наружу. А если приложить массу усилий, то кончится всё гнилым болотом.
Будучи таким человеком, не смогу вам в точности описать то, что чувствую в подобные моменты. Самое близкое описанное и знакомое многим взрослым людям состояние — это оргазм. Да, что-то подобное. Только разница в том, что время его действия и сила практически не ограничены. Ни по времени, ни по силе. Это ни с чем не сравнимое чувство полёта, любви ко всему на свете, сострадание, желание помогать всем, кто нуждается в помощи, и не только. И при этом ни с чем не сравнимое бесконечное удовольствие. Сложно представить, верно?
Однако ничего нового в этом нет, и в мировой истории можно найти массу описаний подобного феномена. Правда, все они будут окрашены в ту или иную конфессиональную окраску. Благодать Божия, Самадхи, Кундалини, Вечный кайф и так далее. В психологии это описано Абрахамом Маслоу как «Пик-переживание» и «Плато-переживание». Или, как это явление назвал Уильям Джеймс, «Религиозный опыт». Мало того, подозреваю, что все оккультные практики основаны именно на достижении описанного состояния. Та же медитация в итоге имеет цель достижения этого самого состояния. Путём развития так называемой «осознанности».
Всё описанное и названное в истории человечества имеет одну природу - высокую чувствительность центральной нервной системы человека описывающего свой феномен. Конкретного человека, переживающего его день ото дня в течении всей своей жизни.
Можно ли этому научиться или заразиться? Это ключевой вопрос.
Лёха, встречи с которым я ждал в Питере, числился мне троюродным дядькой. И не смотря на такое звание, был всего на несколько лет старше. Но при этом, помимо вышеуказанного звания, имел и другое.
"Брахман"
Так он представился, приехав к нам в гости годом ранее. Да, мы знали, что он считает себя кришнаитом и довольно глубоко погружён в изучение восточной мудрости. Знали, что большую часть своей жизни ходит закутанный в простыню и бормочет себе под нос непонятные слова. Но Брахман!?
Тогда я ещё только изучал свой феномен и не был готов правильно сформулировать свой вопрос. Хотя, не скрою, пытался выведать информацию по своей теме у Лёхи несколько коряво, что и ответ получил такой же. Потому старался больше этой темы не касаться, хотя, скорее всего, он прочувствовал что-то. Да я и сам тогда знал, что веду себя странно, так как ещё толком не научился сдерживать то, что пыталось вырваться наружу, и оттого меня несколько куражило.
Наверное, поэтому я не всё запомнил из той истории, что он тогда рассказал о том, как стал брахманом. Помню только, что всё пошло с его кришнаитства. А уж как он достиг таких высот, что стал Брахманом, мне неведомо. Да и не важно это. Важно, что Лёха знал санскрит и мог запросто объяснить любой вопрос, опираясь на древние тексты, которые он переводил на русский. Во всяком случае, он так заявлял при свидетелях. А Брахману врать по статусу не положено. Ведь правда?
Так мне в голову тогда и пришла мысль посетить его при случае, когда я смогу более чётко сформулировать вопрос. И, может быть, тогда и ответ меня удовлетворит. Ведь кому как не Брахману знать ответ на странный вопрос?
И случай состоялся. В августе 2018-го на работе образовался прогал по записи на несколько дней. Лето, солнце, мотоцикл. Осталось найти место ночлега под Питером, и можно ехать.
Вот только, как это ни странно, но встречу с Брахманом Лёхой я откладывал как мог. Чувствовал, что не готов ещё вопрос. Да и всякий раз казалось, что это и не вопрос вовсе, а попытка подтверждения правильности пути, по которому пришлось пойти. А может боялся, что он задавит меня своим брахманским авторитетом, и мне придётся снова всё начинать сначала. Или ещё хуже, просто повертит пальцем у виска и пошлёт к психиатру. Но разве психиатр сможет ответить на мой вопрос? Потому и не торопился предупреждать о приезде.
Мало того, для жилья в Питере снял маленькую баньку в СНТ под Красным Селом, на участке с бассейном, дабы быть подальше от городской суеты. Чем и хорош мотоцикл, на нём можно быстро и без пробок оказаться в любом желаемом месте.
От дома до Питера рукой подать, всего 700км. с гаком. Для начинающего мототуриста с кризисом среднего возраста это день пути. С остановками на заправках, кофе и причими развлечениями.
Питер встретил меня хорошей погодой, пробками и каким-то запредельным количеством людей на улицах.
В первый и последний раз, когда здесь был, людей и машин было значительно меньше. Но это было в далёком уже 1985-м году, когда отец взял меня с собой в командировку, а по приезде сдал своим друзьям на время на воспитание.
Хотя и прошло уже прилично лет, но до сих пор помню ту поездку в мелочах.
Несколько дней жил в квартире отцовских друзей на Чёрной речке. Мы гуляли по городу с их дочкой. Ходили в Петропавловскую крепость, Эрмитаж. «Аврора» в то время стояла на реставрации, и тогда не смог её увидеть. И в этот раз, проложив путь по навигатору, первым делом направился именно к ней.
Из той поездки отчётливо помню посещение Петергофа. Было это 1 июня 1985 года, в день, когда вступил в действие указ Горбачёва о борьбе с пьянством. Помню это так точно потому, что к тому моменту меня уже передали из одной семьи в руки другому знакомому, с которым мы туда и отправились. А ему нужно было срочно опохмелиться. И когда он сунулся было в винный магазин, на двери оного обнаружил объявление, которое испортило его настроение на весь оставшийся день. Ведь согласно новому указу, работа винных магазинов начиналась с 14 часов.
Но тот путь на пустом речном трамвайчике от какой-то набережной в городе до Петергофа по штормящему Финскому заливу никогда не забуду. Бушующие серые воды, разбиваясь о борт суденышка, которое прыгает то вверх, то вниз по серым волнам. Этот ветер, подхватывающий холодные брызги, и перекидывающий их со свистом через корабль, и эта жуткая качка, добавлявшая страданий моему несчастному сопровождатому. Незабываемо.
Потом была экскурсия под противным дождём по парку с фонтанами, многие из которых не работали, из которой я помню шутихи, где довольно сильно промок. И обратная дорога на спортбазу в Кавголово на электричке. Как я тогда не заболел, гуляя в сырых сандалиях по холодным питерским лужам, ума не приложу. Видимо, была там какая-то сила, что уберегла меня от болезни.
И в этот раз обязательно снова туда поеду. Но уже не на речном трамвайчике, а на мотоцикле.
«Аврора» меня не впечатлила. Возможно, тогда, в 1985-м, она бы и произвела на меня впечатление. Но сегодня этот символ ушедшей эпохи смотрелся странно. Это какой-то аттракцион, а не грозный герой революции, с залпа которого всё и началось.
Хотел было посетить ещё что-то из местных достопримечательностей, но, взглянув по сторонам, понял, что среди суетных толп туристов мне делать нечего и, скорее всего, стоит потихонечку выбираться из города.
Потыкал в навигатор и, проложив маршрут до баньки в Красном Селе, не торопясь покатил по городу, попутно впитывая энергетику Питера.
Поплутал немного по городу, заблудился на ЗСД, поругался с взимающими плату за проезд и кое-как добрался-таки до цели.
Утро в Красном селе встретило отличной погодой. Настроение моё было прекрасным, и я решился отправить брахману Лёхе сообщение о том, что я в Питере. А вдруг позвонит? Ведь ночь прошла не напрасно. В голове более-менее сформировался тот самый вопрос. Осталось подправить некоторые моменты, и можно смело его задавать бывалому брахману.
Ещё вечером прошлого дня запланировал на этот день посещение Петергофа. Хотелось просто походить по парку, посмотреть на скульптуры, фонтаны. Вспомнить детство и ту замечательную поездку. Досмотреть в парке то, что не удалось увидеть тогда. Да и многое с тех пор изменилось во мне. Изучение своего феномена, да и сам он, подозреваю, изменили мои взгляды на жизнь и традиции людей.
В идеале бы, конечно, погулять там без людей. Но, увы, такое себе могут позволить только единицы.
Поэтому рванул туда на мотоцикле как можно раньше. И ещё около получаса стоял у касс, в ожидании их открытия. А зайдя, направился в его западную часть, куда не смог попасть в далёком 1985-м году.
Людей там ещё не было, как и воды в фонтанах. Я не торопясь шёл по парку к дворцу Марли вдоль пруда и вспоминал картинки, которые находил в журналах после первого посещения. Тогда эту часть парка не увидел, а на найденных картинках совершенно непонятно было, что где находится. И вот я здесь. Практически один, вижу воочию то, чем грезил когда-то. Сейчас, увиденные ранее картинки сложились в единый пазл, и мне стала понятна концепция с которой этот парк строился.
Во времена строительства этого парка в России было модно Масонство. Все эти тайные знания, обряды, знаки. Всё это вписано в этот парк. Оно не бросается в глаза, и если ты немного в теме, то увидишь эти неприметные символы разбросанные то там, то тут. Да и сам парк построен по определённому канону.
Разбираясь со своим феноменом, мне пришлось окунуться в том числе и в историю религии и оккультных течений. И тем более интересным было наблюдать знаки здесь, в месте, где эти оккультные учения выражены ярче, чем где-то ещё. Ведь они оберегались с момента постройки этого парка. Тем он и интересен изучающему оккультизм и конспирологию.
Так, гуляя по парку и отмечая для себя интересное, я дошёл до статуи Петра с младенцем, рядом с которой прогуливалась скромно одетая пожилая дама.
Обойдя статую в поисках пояснительной таблички и поравнявшись с дамой, она, поприветствовав меня, спросила, знаю ли я, о чём эта статуя.
Стоило мне ответить, что нет, как дама принялась рассказывать мне о ней в мелких подробностях. А затем, закончив, она любезно предложила мне экскурсию по парку. Совершенно бесплатно. Только лишь за маленькое одолжение. За неё она попросила меня прислать ей фото этой скульптуры.
Как же я мог отказаться от такого предложения? Конечно же я согласился и мы пошли по парку, а Эльвира Николаевна, так она мне представилась, начала свой подробный рассказ об истории парка.
Мы проходили мимо статуй, и я внимательно слушал рассказ своего экскурсовода. И в какой-то момент понял, что слушаю заученный наизусть текст. Ведь стоило мне приметить очередной «знак» и поинтересоваться, почему он находится именно здесь, как Эльвира Николаевна прерывала свой рассказ, чуть задумывалась и снова продолжала выдавать мне то, что когда-то она выучила наизусть.
Проходя от одной достопримечательности к другой, она призналась, что всю свою жизнь проработала экскурсоводом здесь, в Петергофе. Начинала ещё до войны, пережила блокаду и водила экскурсии до пенсии. Но потом уже не смогла отказаться от проведения экскурсий. Ведь это место стало ей родным домом, где она знала каждый его уголок, каждое деревце, каждую статую. Она практически ежедневно приезжала сюда из Питера, где жила на Лиговском, как на работу. Выискивала интересующихся, вроде меня, и проводила полную экскурсию по парку. Совершенно бесплатно.
Текст, маршрут, места съёмки, правильный ракурс. Всё это назубок. Подходя к объекту, расталкивала зевак и ставила меня на правильное место с гарантией отличного снимка.
— Вот на это место встаньте, только отсюда видно всю скульптуру целиком и под правильным углом, — говорила она, не давая другим сместить меня с указанной точки.
Подойдя к статуе нимфы Аганиппы, Эльвира Николаевна снова растолкала зевак и поставила меня на правильное место, с которого действительно открывался отличный вид. И тут я снова приметил «знаки». Пересчитал колонны, обратил внимание на пару львов с шарами и отсутствие задней стены в композиции, и, поняв её смысл, снова задал вопрос, от которого мой экскурсовод прервал свой рассказ и посмотрел на меня с неким подозрением. Видели, наверное, в советских фильмах, как суровые их герои смотрят на шпионов, которые себя раскрыли? Вот и Эльвира Николаевна так на меня зыркнула. И я всё понял. Больше глупых вопросов о влиянии масонства на архитектуру я не задавал.
Хотя со временем, изучая историю религий и оккультных течений, смог уже самостоятельно ответить себе на тот самый вопрос. Всему своё время.
Экскурсия подходила к концу. Мы обошли весь нижний парк и так устали, что я совершил непростительную ошибку.
Всё то время, пока Эльвира Николаевна проводила экскурсию, я не мог понять, как следует её за неё отблагодарить. Мне тогда показалось, что фото Петра с младенцем будет мало за такой труд. А это был именно труд профессионала высочайшего класса, который мне посчастливилось наблюдать. Тем более сам знал, что такое выполнить работу качественно и так, чтобы клиент остался доволен. А здесь мало того, что это работа профессионала, так ещё и индивидуальная.
И в момент нашего тёплого прощания у статуи Самсона я не удержался и вынул деньги, чтобы передать их Эльвире Николаевне. Что я ещё мог придумать? Ведь это нормально — поддержать человека материально за его работу.
Что было дальше, вспоминать очень неприятно, но я должен. Это моя ошибка, и мне до сих пор совестно за неё, хотя прошло уже много лет с тех самых пор.
Деньгами, я оскорбил человека. Унизил его и себя своим же невежеством.
Сегодня, подобное тому, что случилось тогда, может показаться странным и несвоевременным. Что такого в том, что я предложил деньги человеку за его труд? Это же нормально.
Однако есть тонкость, ускользающая от современных людей. Для Эльвиры Николаевны экскурсии, которые она проводит, есть возвращение её в ту пору, когда она была молодой, здоровой, счастливой. Каждый её «клиент» — это шанс вернуться в то время, шанс почувствовать себя снова востребованной, шанс снова самореализоваться в этом мире. Снова почувствовать себя профессионалом в своём деле и почувствовать удовлетворение от своей любимой работы. И деньги здесь уже не нужны. Они только портят то послевкусие от своего очередного успеха.
Увы, я тогда этого не понял и совершил ошибку.
Мы расстались плохо. Я испортил праздник человеку, который сделал для меня всё, что мог. И даже больше. И мне до сих пор совестно за это перед ней.
"Люди старой формации, настоящие люди" - говорили мне те, кому я рассказывал эту историю. Да, таких с каждым годом становится всё меньше и меньше. Но я помню ту экскурсию и моего заслуженного экскурсовода.
Случившееся в Петергофе будто окатило меня холодной водой и поменяло мои планы. Я чувствовал, что совершил что-то нехорошее, отчего то, что горело во мне последние годы, начало гаснуть, и мерзкий холодок начал заползать ко мне в душу.
С расстройства я поехал в Кронштадт. Дорога, она лечит. Может, и сейчас поможет?
Ну а что я сделал не так? Нарушил договор? Так хотел же отблагодарить человека. Чего в этом плохого? Вроде всё как надо. Как это сегодня принято. Но не учёл определённого фактора. С которым, по сути, столкнулся не впервые.
Ведь в прошлом году было уже такое, когда на мотоцикле впервые заехал в Крым. Помню тогда, доехав до Коктебеля, свернул на просёлок и покатил в сторону моря. И, преодолев несколько сложных для меня участков дороги, упёрся в шлагбаум с будкой, в которой сидел пожилой гражданин. Несмотря на россыпь запрещающих всякое табличек у будки, он с улыбкой на лице открыл мне проезд. А на естественный вопрос: «Так ведь нельзя же?» — только улыбнувшись, махнул рукой, мол, езжай.
Да и вообще, если припомнить, с подобным проявлением человечности сталкивался не раз. Не все же вокруг барыги, готовые продать всё что угодно, включая свои принципы, за горсть медяков?
В Кронштадте мне стало тесно, захотелось простора. Поплутав по улочкам, кое-как отыскал в прорехе забора линию горизонта и направился туда. За зарослями камыша раскинулась синева залива, уходящая в даль до горизонта. Простор. Полегчало не сильно. Всё-таки это вода, а не бескрайняя степь, по которой иной раз скучаю. Вода — это, как ни крути, а преграда. То ли дело степь. Глаза устанут искать горизонт, иди куда хочешь, простор и воля. А тут...
Стало грустно. Кривой тропкой мимо камышей пробрался к провалу кирпичной ограды и, вернувшись к мотоциклу, помчал в баньку. Грустить и думать думы о вечном.
На следующий день собирался уже возвращаться домой, но долг перед Эльвирой Николаевной не давал мне покоя. Прав я или нет, но я же обещал оставить фото.
Утром построив маршрут, помчал в сторону Питера на Лиговский проспект, где была квартира Эльвиры Николаевны. По пути заскочил в контору, где распечатал все снимки которые сделал днём ранее в парке.
Эльвиры Николаевны дома не оказалось. Может оно и к лучшему. Смотреть ей в глаза после вчерашней отповеди было бы тяжко. Поэтому позвонил в соседнюю квартиру и открывшей дверь женщине обрисовав ситуацию отдал фотографии в надежде,что она передаст их Эльвире Николаевне.
Я так и не узнал, дошли ли они до адресата или нет. Но как мне показалось, я свой долг выполнил.
Ну вот и всё. И я уже было собрался возвращаться домой, как зазвенел телефон. Брахман отозвался на сообщение и приглашал в гости. Но не к себе домой, а в лес неподалёку от Комарово, где он в данный момент жил в палатке.
Настоящий турист. Он попросил меня заскочить в магазин и купить ему блок Беломора. Интересно, зачем? - подумалось мне. Не припомню, чтобы он курил. Коньяк пил, но с сигаретой я его не видел. Во всяком случае у себя дома.
Снова ткнув в навигатор, поставил целью Комарово, и не спеша покатил по городу в поисках магазина с вывеской "Табак".
-Вам какой Беломор, с хорошей опрессовкой, или плохой? - Осторожно спросила меня с хитрым прищуром татуированная дама в окошке табачного ларька.
Я не понял вопроса и наивно справился в чём разница, чем озадачил даму.
-Вам его курить, или вытряхивать? - спросила она напрягшись.
Тут до меня дошло куда она клонит.
- Курить будем. - Ответил я еле сдерживая хохот.
Пока паковал Беломор в багаж мотоцикла, осмотрелся по сторонам улицы. Да, всё-таки Питер имеет свой неповторимый колорит. Всё здесь не такое, как в Москве или в других городах, где я был. Тут в воздухе носится что-то такое, что не объяснить простыми словами. Может быть, это тот самый запах свободы, благодаря которому у Владимира Ильича всё получилось в далёком 1917-м. А может, это всего лишь газы с болот дурманят его обитателей и толкают на безрассудные поступки? А может, это бриз с Финского залива доносит с запада что-то такое, чего так не хватает остальным городам и весям? А может, это масоны здесь чего поразбрасывали? Вон, их «знаки» тут на каждом углу.
В телефоне что-то пропищало. Это Брахман прислал свои точные координаты.
Где это такое? Вроде разговор шёл за Комарово, а тут лес. Да, неподалёку от города, но лес. Как мне туда добираться-то. Я хоть и турист, но не экстремал. Ну да ладно, прорвёмся. Не впервой.
"Смотри на знаки - соблюдай правила".
Чьи знаки, для кого? Какие правила? Зачем? Все эти масонские символы вписанные в орнаменты заборов, кричащие с фасадов дворцов, они для чего? Для демонстрации силы, но какой? Да и кому они её демонстрируют, если видят это только те, кто в теме? Но зачем? Что это, мимикрия? Попытка выдать желаемое за действительное? Одним словом - понты.
Сила, она если есть, и её чувствуют все, её не надо демонстрировать. Даже тем, кто о ней осведомлён более, чем иные. Она чувствуется на расстоянии. Именно она заставляет жить всё живое. Любить и радоваться жизни.
А может, в том, как на меня смотрела Эльвира Николаевна, когда я задавал ей вопрос о «знаках», и есть ответ? Может, всё это профанация, чтобы увести ищущего с тропы в сторону и сделать на его интересе свою игру?
Пока выбирался из города, погода резко изменилась. Солнышко куда-то резко пропало, город вдруг стал серым и неприветливым, а из свинцового неба что-то полило. Серое и зябкое.
Накинул на себя дождевик и, встав в очередь на выезд, потянулся из города на запад. Внутри снова разгорался огонь, и пришлось снова приложить усилие, чтобы он не вырвался наружу. Всему своё время.
Городская суета осталась позади. До нужного съезда рукой подать, а дождик всё не прекращается. Ну вот зачем он сейчас, когда иду неведомой дорогой туда, где ни разу я не был? Тревожно как-то. От неизвестности нервы будто оголенные провода, только дотронься — и шарахнет. И только трудяга-мотор мерно урчит подо мной, разделяя тактами выхлопа время на равные дольки, согревая и успокаивая меня своим теплом.
Свернул на второстепенку, сверился с навигатором. Ну, вроде здесь надо сворачивать. Если напрямки, то тут всего ничего. Пара километров до озера, а там по бережку уж как нибудь проберусь до Брахмана. Теперь то уж не отвертишься. Идти, так до самого конца, раз ввязался в авантюру.
Ну нет тут дороги, хоть тресни. Не видит навигатор ничего. Только зелёная проплешина на карте на берегу залива да пара синих глазков озёр посреди. Вот к одному мне и надо.
В поисках въезда в лес укатил до самого залива. Время к вечеру. Дождик почти перестал, а над заливом в широкой щели между тучей и водой выглядывает солнышко. И будто подмигивает мне с доброй улыбкой, мол, не дрейфь, всё у тебя получится. Только не отступай.
На перекрёстке заприметил заправку, долить до полного в бак не помешает. Кто его знает, что там в лесу?
Заправщица оказалась из местных. Показал ей карту и она за пару минут объяснила как попасть на берег озера.
Оказывается я проскочил малоприметный въезд в лес. Туда и свернул вернувшись. А уже через несколько минут выкатился на живописный берег лесного озера с тёмной водой. На берегу суетилась внедорожная тусовка. Внедорожники, квадроциклисты, все чумазые и в грязи. Видимо это был финиш их мероприятия, так как некоторые из них уже уезжали с поляны на берегу.
У одного из них я спросил как мне пробраться к точке на карте навигатора, и он на меня как-то не по доброму посмотрел.
Направо уходи, а там по просёлку до ручья и налево. Но там вброд надо. Готов?
Что-то Брахман мне про брод ничего не говорил. Набираю его и жду ответа. Тишина.
Последний внедорожник покидает поляну, и я остаюсь один в лесу. До заката совсем ничего, а как добраться до точки, не знаю.
Зазвенела мобилка.
- О, а это ты стоишь на том берегу озера во всём жёлтом? - послышался из трубки голос Лёхи.
- Я. Как к тебе добраться? Тут мне про какой-то брод говорят. - отвечаю в надежде, что Лёха знает дорогу получше.
- Кто говорит? Нет тут никакого брода. Мостик есть через ручей. Ты направо сверни, потом у первой дороги налево, а там, как ручеёк увидишь, так снова налево до мостика. А там рукой подать. - в трубке стало тихо.
Как я не пытался разглядеть Лёху на противоположном берегу, но так его не увидел. Но я-то во всём жёлтом. В дождевике и жёлтом шлеме. Значит, меня он видел.
Седлаю мот и пробираюсь к ручью. Сворачиваю налево и вижу обещанный мостик. Пара скользких от дождя стволов сосен, перекинутых через ручей. По которым не то что на мотоцикле, пешком-то страшно идти.
Солнышко вроде ещё не зашло, но в сосновом лесу стало темнее и ещё тревожнее.
Вот ведь дурак. Зачем попёрся в этот лес? Да ещё на ночь глядя. Хотя можно, конечно, и палатку поставить. Вот прямо здесь, у ручья. Провиант у меня есть. Горелка тоже. Что я, не турист в конце концов?
Снова зазвенела мобилка.
- Ну ты где? Вроде уже подъезжать должен. Я ужин готовлю. Давай ускоряйся.
- Да тут я. У мостика. Но я через него не проеду. Есть альтернатива? - отвечаю в надежде, что всё-таки доберусь до Брахмана до наступления темноты.
- Ааай! Разворачивай и снова до просёлка, с которого свернул. Там налево до следующего поворота, а там пока не упрёшься в кусты. Я там тебя буду ждать.
Разворачиваю на узкой тропинке мотоцикл, стараясь не завалить его на мох. Удалось. Возвращаюсь на дорогу и уже с включенной фарой еду до кустов, которые встали передо мной зелёной стеной. Сигналю.
Никого. Глушу мотор, и тишина обволакивает меня своим туманом. Даже птиц не слышно. Надо мной кроны сосен под темнеющим небом, а под ногами мох.
Ставлю мотоцикл на боковую подставку и иду искать Лёху.
И сделал всего несколько шагов, как услышал сзади: «Хрясь».
Обернулся и не увидел мотоцикла. Э, что за дела?
Мох - предатель, поддался под подставкой, и мотоцикл удачно завалился в кусты так, что его с тропинки не стало заметно. Вот это маскировка!
- Чего шумишь? Кому сигнализируешь? - послышалось глухое сбоку.
Лёха нашёлся.
- Ну, привет. А до тебя пока доберёшься, умаешься, - сказал я, пролезая в кусты, чтобы поднять мотоцикл.
- Так мы тут спецом встали так, чтобы к нам мало кто мог добраться. А ты зачем мотоцикл в кусты положил? Боишься, сопрут? - я не сразу рассмотрел в сумерках Лёхино одеяние.
Ну да, как обычно, какое-то восточное нечто, похожее на простыню. На ногах не то боты «Прощай, молодость», не то старые ботинки. В темноте не понятно.
- Да на мху завалился, зараза. Теперь поднимать умаешься. У него центр тяжести высоко, а сам он высокий. Давай развернём и в ствол дерева передним колесом упрём. Ну, или встань на переднее, а я попробую поднять.
Лёха встал одной ногой на переднее колесо, а я, чуть не матерясь, спиной вытянул мотоцикл в вертикальное положение.
- Ну вот, получилось. Куда дальше? Пока снова не завалился, показывай.
Лёха махнул рукой в сторону озера, которое виднелось внизу под горкой за тёмными стволами сосен.
- Туда скатывай его и у любой палатки ставь. Никто его тут не тронет. Тут все свои. Сам я тут не живу. У меня палатка дальше в лесу. Тут ученики живут. - ответил делово Лёха и потопал вниз.
А я скатился на мотоцикле и поставил его у огромной ели, рядом с каким-то чумом.
- Тут у нас вождь живёт. Хочешь, у него и ночуй. У него в чуме тепло. А пока пойдём ужинать. Беломор привёз?
Я вынул из кофра блок «Беломора» и отдал Брахману. Прихватил с собой фонарик и свой рюкзачок. И мы пошли по тёмной тропке куда-то от озера в лес.
Шли недолго. Минут пять. Взобрались на пригорок в лесу среди сосен и елей. На небольшой полянке стояла скромная синяя палатка с боковым пологом, под которым было кострище, рядом с которым лежали дрова. Над углями висела кастрюлька, и в ней что-то булькало.
- А вот и ужин. Гречка. Иного не предлагаю, ибо ты такое есть не будешь. Это наша еда, Брахманская. А тебе гречку вот. Вон бери миску с ложкой, и накладывай, пока горячая.
Я оценил скромное жилище Лёхи. В палатке виднелось какое-то тряпьё, книги. Под навесом, на ящиках лежала посуда. Алюминиевые миски и ложки. Пластиковые канистры с водой. Скромный быт туриста- отшельника.
Лёха присел у костра и принялся ложкой мешать гречку.
Я взял миску, и накидал в неё гречки из кастрюли. А сам в который раз повторил вопрос, который собирался задать Брахману. Меня подначивало спросить, однако нельзя же вот прямо с порога. Поэтому я начал издалека.
- Здорово у тебя тут. Тишина, свежий воздух. Комары не заедают?
-Нет тут комаров. Хоть и Комарово рядом.
- А давно тут?
- С весны стою. Работаю.
- Так август на дворе. Что, так безвылазно и только на работу ходишь? Устроился, что ли, куда? Ты же вроде Брахман. Или изменилось что? - спросил я, не зная раскладов. Ведь в предыдущую нашу встречу я почти все его разговоры прослушал, пытаясь угомонить свою ЦНС.
- Да никуда я не хожу, - как-то резко ответил Лёха. - Работаю здесь. Перевожу с санскрита. Разное. А из Брахманов, если только вперёд ногами. Но до такого ещё не дошло.
- Ты вроде что-то спросить хотел, или мне показалось? - с хитрым прищуром спросил Брахман.
Плохой из меня переговорщик. Раскусил меня Лёха. Видимо, как ни пытался я спрятать в себе свой «огонёк», он всё-таки наружу вылез и засветил меня перед Лёхой по полной. И как я ни готовился, как ни планировал, придётся импровизировать.
- Да, не просто повидать тебя я приехал. И не в Петергоф сходить. Хотя оно того стоило, не спорю. Есть у меня к тебе, как к знающему человеку, один странный вопрос. Если ты помнишь, я уже пытался его тебе задать, но тогда я ещё не знал некоторых ключевых моментов.
Я попробовал гречку, которую не любил с детства. Сейчас, в этом тёмном лесу, на свежем воздухе, с голодухи, она показалась мне вполне съедобной.
- Заметил наверное, что со мной не всё нормально. - Продолжил я.- Вот и домашние вопросы задают. Но мне им ответить особо нечего. Я же только учусь сдерживать то, что рвётся из меня наружу. И подозреваю, что это то самое, о чём говорили твои коллеги, когда упоминали те состояния, которых они стремятся достичь. Самадхи, например. Или как вариант энергия Кундалини. Разве то, что я пытаюсь всеми силами сдержать в себе, это не то? Ты вот, как продвинутый Брахман, должен же знать, как это выглядит, как ощущается? И самое главное, как не сгореть в этом пламени, что рвётся из меня наружу?
- А с чего ты взял, что это Самадхи, или Кундалини? Ты вообще, откуда такие слова знаешь? Ты хоть одну мантру наизусть знаешь? Да вообще, что такое мантра, ты в курсе? - Лёха отставил свою миску с кашей и поднявшись пошёл в палатку. Несколько минут там, при свете своего фонарика, что-то искал, а потом вылез из неё и снова сел к костру.
- Так мне йогин всё рассказал. Нашёл я одного, который не отказал и взялся успокоить процесс. А мне тогда хреново было. Меня кошмарило и крутило так, как будто я какой наркоты обожрался. Хотя в жизни ничего такого не пробовал. Я и с бухлом завязал на этой почве, потому как от бухла только хуже становилось.
Лёха слушал сидя у костра, и что-то теребил в руках. В темноте не было видно что.
Я как началось, пару дней продержался, а потом начал искать телефон хоть кого. Ну не в дурку же звонить с таким. Меня же тут же бы и приняли. Тем более, что к тому времени я уже страх потерял. Нашёл телефон какого-то йога-центра в соседнем посёлке. Позвонил. На том конце провода парень. Удивился, что кто-то ему позвонил. Сказал, что тот центр уж несколько лет как закрыт. Ну я ему описал проблему, мол, на ровном месте кайф такой, что ходить не могу, ноги не держат от удовольствия. Опять же страха нет, любовь ко всему живому и прочее, неестественное для нормального человека. Он мне тогда предложил приехать к нему. Скинул адрес и время. И я стал ждать того дня. А сам держался как мог. На людях старался не показываться. На работе особо не светился, но если задавали вопросы о моём состоянии, кое-как отшучивался.
- А зачем ты йогинов-то искал? Сходил бы к своим, к православным. Батюшка тебе бы мозги промыл, и успокоился бы враз. Это же дьявольские проделки. Очевидно же. - сказал не без ехидства Лёха и подкинул в костёр дров из-под навеса.
- То отдельная история. Трагическая. Разуверился я в православии в одночасье. Стоило мне однажды войти не в ту дверь и увидеть картину ... Не хочу ту грязь вспоминать. Уж лучше к доктору.
- Эка тебя бесы в оборот взяли. Страшно слушать. Особенно здесь. В тёмном лесу у костра. Ну так что там с йогином-то?- ухмыльнулся Брахман и поправил веткой полено в кострище.
Дотерпел я кое-как до указанной даты. Уровень куража даже вроде спадать стал, но от окошка я всё одно подальше держался. Хоть и второй этаж, а кто его знает. Страха-то нет. В общем, прибыл по адресу. Детсад на Баррикадной. В зале на стульях кругом десяток граждан, ну и йогин в одеянии аккурат как у тебя, только поярче. Посадил меня в круг и начал что-то исполнять под индийскую музыку. Что-то бормотал и пританцовывал. А народ на это смотрит с благоговением. Кроме меня. Я-то туда со своим пришёл. Меня куражит, а я держусь, значит. А потом, когда он бормотать перестал, ко мне и обратился. Мол, какой вопрос-то меня мучит? Ну я ему всё как есть и выдал. Не стесняясь присутствующих. Так те сидели, раскрыв рты и глаза в ужасе. Ну ясно же, что гражданин под чем-то. А я уже неделю как в завязке. Чай и тот с осторожностью, кабы не полыхнуло с новой силой. Оно же то, что было, еле держалось. Куражило так, хоть в пляс.
- А может тебе и вправду к психиатру надо было с такими-то позывами. - Лёха даже как-то помрачнел что-ли.
- Ага, и тебе, с твоими. Не думал о таком? - указал я на странное одеяние Лёхи.
- Ладно. Что дальше было?
- А дальше я задавал ему вопросы, а он мне отвечал. Раскладывая всё по полочкам. Объяснил, что такое энергия Кундалини, рассказал как она работает и что сжигает. Что происходит при этом с пациентом, и что нужно делать, чтобы не попасть с этим к психиатру в лучшем случае и не выйти в окошко в худшем. Подивился, конечно, уникальности случая. Не часто такое случается, чтобы далёкого от эзотерики и восточной мудрости гражданина вот так торкнуло. Ну и про Самадхи рассказал. А на последок дал какую-то Дикшу.
- Дикшу?! Так это же посвящение в ученики. Ты его ученик? - заулыбался Лёха.
- Нет. Так, на консультацию заглянул. Он её всем, кто в круге сидел, и раздал. Подходил к каждому, руками над головой делал что-то наподобие чаши, после проговора чего-то непонятного как бы выливал на голову то, что у него было в руках.
- Понятно. Ну и как тебе с этой Дикшей? Полегчало?
- Да никак. Как куражило, так и продолжило. Только теперь стал понятен процесс, который меня ждал дальше. А на выходе, дама, из присутствующих, мне так на ушко и шепнула: "Вам к психиатру надо. Срочно". Я только ухмыльнулся тогда. Ага, а ей не надо, если она к дикшадателю пришла.
-Дикша- датель? Аа, ну теперь понятно к кому ты ходил. Шарлатаны, разводящие лохов на теме индуизма. Инфоцигане - по-нашему. - заулыбался Брахман.
-Да ладно тебе. Йогин то помог. Денег не взял. А я предлагал. Но всё, что он сказал пригодилось. Всё по его и вышло. Кураж подержался ещё недельку, а потом спал. Но не совсем. Совсем уже никак не получается его убрать. Всё равно фон ощущается. Как мотор на холостых. Стоит тронуть ручку газа, так он как рявкнет. Вот и тут такая же история. Оно и понятно. Раз заглянул за шторку, так развидеть уже не выйдет. Как ни старайся.
- Раз денег не взял, значит не шарлатан. Ну а от меня то ты чего хочешь? Признания твоего "феномена". Мне, что, теперь перед тобой кланяться надо, если ты вдруг, ни с того ни с сего просветлённым стал? Ни мантр не знаешь, ни традиций, ни обрядов. И поклоняться тебе? Будда хренов.
- Да нет. Просто если следовать тому, что рассказал Йогин, то по всем признакам выходит, что это Кундалини и есть. Мне просто интересно, что дальше будет? Ведь нигде о том не написано толком ничего. А если что и написано, то там есть рекомендация обратиться к «учителю». Вот только с этим у меня всё плохо. Нету их у меня. Но есть родственник-брахман. Чем не «учитель»? Ты же должен по должности своей брахманской знать, как с такими, как я, работать?
- Тебя и в правду куражит. Это ж надо до такого додуматься. Ну какой я тебе учитель? Если тебе по какой-то совершенно фантастической причине удалось пробудить Кундалини, то тебе уже никакой учитель не нужен. Тем более я. Но , что-то я сомневаюсь, что это Кундалини. Похоже, что ты начитался всякой ереси, а теперь мне голову морочишь ерундой. Ну не может такого быть, чтобы случайный человек и просто так пробудил Кундалини. Люди годами изучают тексты, учат мантры, медитируют в надежде, что им хоть чуточку откроется из того, что ты якобы в себе открыл. Не морочь мне голову, не может такого быть и баста. Я, столько книг перелопатил, Санскрит выучил. И мне бы хоть раз открылось. Вся жизнь как у собаки. С самого детства никакого счастья. А тебе вот прямо на блюдечке. На ровном месте зажглось и пылает. Ага, как же.
- Но разве я в этом виноват? Она сама, без спросу. Я же не просил. просто работал, растил ребёнка, любил жену, родителей. Помогал людям, если просили. Да и когда не просили, тоже помогал, видя нужду. Ну, было, когда-то давно, ещё в школе, читал кусочки из Блаватской в журнале "Наука и Жизнь". Мне вообще эта тема не интересна была. сам же знаешь. Да и родители у меня закоренелые атеисты.
- Ну прямо будда. Ага. И фонарём ещё светит. Просветлённый ты наш. Не бывает так. Все просветлённые, они годами изучают книги, медитируют, постятся. И пробуждение Кундалини, им как награда. А тебе за что? - Лёха прохаживался под навесом.
В кустах за палаткой что-то зашевелилось, и к костру вышел мужичок бомжеватого вида.
- Лёха, привет. Я тебе пожрать принёс. Колян передал. Тут разное. Свежее. Только со стола. Что получше, они, конечно, себе забрали, но и тут не самое плохое. Колян вчера не смог передать, смена не его была, а сегодня заступил в кафешку. Ну вот и насобирал. Что у тебя там, гречка? Я возьму?
- Да бери. Это вот племянник мой, из Москвы приехал. За советом. На мотоцикле.
Я не видел лица Брахмана, но теперь я понял, что там за брахманская еда была мне не предложена к ужину.
- Ну раз ты весь такой просветлённый, а зачем ты тогда на мотоцикле ездишь? Ведь это же роскошь, а она просветлённому во вред. Тем более такому. Настоящий просветлённый, он же вот как я должен жить. Отшельником. Подальше от людей, от их суеты, от их соблазнов. Питаться тем, что принесут ему его ученики. Пусть даже объедками со стола заштатной кафешки. Ведь только так можно пробудить великую силу Кундалини. А ты весь такой богатый. На мотоцикле. Да ещё работаешь. За деньги. Нет. К психиатру тебе надо. И лечить тебя долго и больно. Чтоб не повадно было людям голову морочить своими придумками. Ишь, Кундалини у него пробудилось не спросясь. Не может быть такого, и говорить тут нечего.
- Семён, как обратно пойдёшь, проводи племянника до чума вождя, он там заночует. - с плохо скрываемой злобой сказал Шаман.
Мы молчали. Семён с жадностью поглощал пустую гречку, сваренную на воде, а я пытался уложить в голове то, что получил от Брахмана-Лёхи. Вот и поговорили. Вот и ответ на мой странный вопрос.
Мы шли по сказочному ночному лесу. Едва заметная в свете фонаря тропа вела куда-то к людям. Мимо тёмных сырых стволов, мимо светящихся поганок. Видимо, по этой самой тропе, по этому зелёному мху, ходят к Брахману его ученики и медитируют там на костёр. А может, и нет. Спрашивать у Семёна, который провожал меня к чуму Вождя, ничего не стал. Задавать вопросы чужому человеку в ночном лесу на тропе, которую знает только он, я посчитал лишним. Поэтому наслаждался тем, что выхватывал из темноты фонарь.
Семён делово передал меня Вождю. Молодому сонному парню, который, откинув полог чума, показал мне место, на которое я могу лечь спать. В чуме помимо вождя был ещё кто-то, но я выключил фонарь практически сразу, как только в него зашёл. Мне не хотелось никого видеть. День выдался тяжёлым, и мне хотелось спать.
Устроившись на каких-то вещах у входа в чум, какое-то время вслушивался в звуки ночного леса, пытаясь осознать наш разговор. Но тишина и вид светящихся в темноте поганок, увели моё сознание в сон.
Спал плохо, а потому кое-как дождавшись рассвета, вылез из чума и, взяв с собой фотоаппарат, отправился бродить вокруг лагеря, заодно разведывая выезды из него на дорогу.
Сегодня надо было вернуться домой. И так уже лишний день использовал. Но шуметь мотором на рассвете не хотелось. Ещё есть время, и пока можно погулять по лесу и поразмышлять о вчерашнем странном разговоре.
Влажной тропкой, шуршащей мимо елей, под которыми стояли палатки с учениками Брахмана, пробрался к чёрной глади лесного озера, вокруг которого вчера пробирался сюда на мотоцикле.
По сути, я в очередной раз упёрся в тупик. Человек, который по идее должен был знать о вопросе всё, не знал самого главного. Я то думал, что если ты Брахман, то ты в курсе основ своего учения. Сути его. Но в случае с Лёхой, я вижу несчастного человека, копирующего жизнь условного просветлённого. Но не имеющего самого главного. С чего, собственно и пошло учение.
Странное место. Вроде бы утро, а такая тишина. Не слышно ни птиц, ни комаров. Время здесь будто остановилось. И если оно и движется, то как-то туго и медленно. Вон даже вода не шевелится.
То есть Брахман-Лёха, как красивая индийская ваза. Вся такая древняя, дорогая, правильной формы, из правильного фарфора, с красивыми традиционными атрибутами. Но пустая и пыльная внутри. Всегда готовая к тому, что в неё нальют такое же, как и она сама, светлое, чистое, древнее. Вот только источника этого всё нет и нет. А потому стоит она себе на полке и пылится веками и тысячелетиями.
Мало того, как мне показалось, ещё и завидующая мне, пусть и замызганному, но роднику, из которого и течёт то самое, древнее, чистое, чем наполняли себя древние, те самые, кто стоял у истоков тех догм, которые отрицают подобное сегодня. Казалось бы, черпай да наливай. Но нет, догма не позволяет. Потому что такое, как в ней утверждается, невозможно.
А может, он мне просто не сказал что-то такое, что я не должен знать? Просто вот так взял и обрезал мне тропу, ведущую к главной дороге. Вот так же, как и это застывшее во времени чёрное озеро. В чёрной воде которого и утонуть-то на раз. И если это так, то стоит за это поблагодарить Брахмана.
Придётся снова продираться сквозь дебри своею тропой. Снова спотыкаться и падать. Вставать и идти к своей цели. Оставляя позади чёрные, застывшие во времени догмы и их почитателей с Брахманом на противоположном берегу.
Странное место. Странный лес. С такими яркими красками и ароматами. А может, это моя ЦНС на всё это так реагирует? Скорее всего, остальные видят это всё совершенно по-другому, и учение Брахмана воспринимают совершенно не так, как я, со своей колокольни. А коли так, то стоило ли вообще задавать вопрос Брахману-Лёхе? Стоило ли вообще ехать в Питер, в этот лес?
Конечно, стоило. Ведь я же был готов к тому, что ответ на вопрос может быть иным, нежели тот, который я надеялся услышать. И вот он передо мной.
Я достал мобилку и набрал Лёху. Он не спал.
— Доброго утра, Брахман. Я уезжаю. Я бы зашёл попрощаться, но дороги не знаю. Придёшь проводить?
— Хорошей дороги. Пока. - дальше гудки.
Понятно. Хотя ни черта не понятно. Придётся снова ломать голову над тем, кто в этой истории настоящий, а кто персонаж.
Я завёл мотоцикл, хорошенько его прогазовал, разбудив рёвом мотора весь лагерь, и, освещая дорогу своим рвущимся наружу пламенем, рванул домой.
24.02.2026