Друзья, вы когда-нибудь видели, чтобы цены на театральные билеты взлетали до 90 тысяч рублей? Именно такая картина наблюдается вокруг премьеры с участием Михаила Ефремова. Рассказываю, как прошли закрытые показы, кто из звезд пришел поддержать коллегу и почему этот выход на сцену называют «социальным экспериментом». Пытаемся понять, где проходит граница между профессионализмом и личной историей артиста. Это победа искусства или торжество «звездных» привилегий? Давайте обсудим.
В Москве отгремели закрытые показы спектакля «Без свидетелей» в театре «Мастерская „12“». Поразительно, но факт: зал аплодировал стоя целых десять минут! Десять минут безудержного восторга в адрес человека, который отсутствовал в публичном поле несколько лет по крайне неприятным причинам. Глядя на происходящее, невольно задаешься вопросом: мы рукоплещем таланту или той невероятной ловкости, с которой наша богема делает вид, будто ничего не произошло?
Будем честны: камбэк Ефремова — это не просто выход артиста на подмостки, а настоящий социальный эксперимент. Картина маслом: закрытый показ, в зале исключительно «свои» — Шакуров, Адабашьян, Высоцкий-младший. Атмосфера тотального обожания и всеобщего прощения буквально разлита в воздухе. Телеведущая Екатерина Стриженова в своем канале рассыпается в комплиментах: «Какая радость видеть на сцене большого русского артиста Михаила Ефремова!». Радость? Серьезно? Данное слово вызывает совсем другие ассоциации. Когда человек, чья репутация была буквально размазана по асфальту, вновь принимает букеты под крики «Браво», происходящее напоминает сюрреалистичный сон.
Меня всегда поражала эта склонность возводить чужие слабости в ранг «особого творческого пути». Если обычный человек совершает проступок — он нарушитель. Если же это делает «большой артист», он моментально превращается в «страдающую душу».
Вспомнилась история одной моей знакомой. Она работала в банке, была на отличном счету, но однажды допустила оплошность, стоившую компании огромных денег. Ее уволили с треском просто моментально и больше в приличные места не приглашали. Она не считалась «гениальной», она была просто человеком. Но в мире шоу-бизнеса действуют иные правила: здесь можно надолго исчезнуть из-за серьезных проблем с законом, а потом вернуться с таким видом, будто ты просто отлучался за хлебом.
Сам спектакль называется «Без свидетелей» — тонкая ирония, не находите? Камерная история о встрече бывших супругов, где партнершей Михаила выступила Анна Михалкова.
По заверению очевидцев, Ефремов играет на прежнем уровне. Никита Высоцкий подтверждает: «Он не потерял навыки, он всё тот же». Разумеется, профессионализм — вещь устойчивая. Однако суть вовсе не в этом. Публика в комментариях раскололась на два лагеря, и страсти кипят нешуточные. Одни ликуют: «Потрясающий актер, жизнь продолжается!». Другие вполне резонно вопрошают: «А как же тактичность? Неужели сцена — лучшее место для покаяния после всего случившегося?».
Цифры говорят сами за себя: билеты на официальном сайте разлетелись за час, а у перекупщиков цены пробили потолок. Девяносто три тысячи рублей за место! За эти деньги можно приобрести массу полезных вещей, вместо того чтобы наблюдать попытки артиста вернуть былой лоск после нескольких лет за забором. По сути, мы наблюдаем чистой воды вуайеризм. Людям интересен не столько сюжет пьесы Софьи Прокофьевой, сколько возможность рассмотреть морщины на лице Ефремова и оценить, насколько сильно его изменили вредные привычки и тяжелые будни. Театральный критик Марина Райкина попала в точку: народ рвется туда из праздного любопытства, желая поглазеть на «человека из клетки».
Никита Михалков в данной ситуации примерил роль благородного спасителя. Фанаты, безусловно, шлют ему низкие поклоны. Но взглянем на ситуацию под другим углом. Неужели в нашей огромной стране дефицит талантов, нуждающихся в поддержке? Почему мы с таким упорством реанимируем карьеры тех, кто сам же свою жизнь и пустил под откос? Наблюдается какая-то круговая порука: «свои» всегда пристроят «своего», подберут роль, организуют овации и напишут восторженный пост. А зритель покорно всё примет, еще и выложит за это месячную зарплату рядового сотрудника.
Кстати, о народном мнении. Один пользователь подметил: «Долина никого не обижала, а ее ненавидит полстраны. А тут человек вышел после срока, и ему аплодируют стоя. Странные люди». Действительно, избирательность наших симпатий поражает. Мы готовы растоптать артиста за двуличие и неуважение, но при этом лобызаем руки тому, чьи ошибки привели к необратимым последствиям. Где логика? Где пресловутая справедливость? Очевидно, в свете театральных софитов она подчиняется иным, особым законам физики.
Ефремов на первых кадрах выглядит предсказуемо. Годы не пощадили его, а испытания последних лет наложили отчетливый отпечаток. Нам же это преподносят под соусом «глубокой психологической проработки роли». Друзья мои, назовем вещи своими именами: перед нами просто уставший человек, цепляющийся за единственный доступный способ заработка. В этом проглядывает нечто жалкое. Когда трагедия и последующее наказание превращаются в фундамент для успешного коммерческого камбэка, становится немного тошно.
Всплывает в памяти еще одна история. Знакомый художник в какой-то момент возомнил, что правила написаны не для него. Загулы, скандалы, закономерные проблемы с законом. Когда он предпринял попытку вернуться и устроить выставку, коллеги его поддержали, но зритель не пришел. Почему? Потому что талант — это не индульгенция. Можно виртуозно писать маслом или играть Гамлета, но если человеческий облик вызывает брезгливость, искусство перестает резонировать. Однако это правило работает в нормальном мире. В нашем «междусобойчике» иная математика: чем громче скандал, тем выше аппетиты перекупщиков.
Разумеется, сейчас в ход пойдут аргументы о «великодушии» и «втором шансе». Лозунги «все мы грешны» и «не судите» летят в защиту Михаила Олеговича как щиты. Однако прощение — процесс интимный. Оно совершается в тишине и искреннем покаянии, а не под крики «Браво» и вспышки фотокамер. Когда возвращение превращается в масштабное шоу, это не раскаяние, а пиар-кампания. Поддержка Михалкова выглядит здесь как прагматичная сделка: один получает хайп и аншлаги, другой — проходной билет обратно в элиту.
Что касается Анны Михалковой, то она — актриса мощная, спору нет. Но ее участие в данном «проекте спасения» лишь подтверждает: за Ефремовым стоят влиятельные фигуры, решившие, что пора ему выходить из тени. Важно вывести его на свет, пока публика окончательно не забыла старые заслуги. И неважно, что многие до сих пор отчетливо помнят те кадры с места происшествия. Первостепенная задача — заполнить зал и создать иллюзию, что всё вернулось на круги своя. Но прежней жизни не будет.
Знаете, мои хорошие, в этой истории больше всего пугает легкость «обнуления». Создается впечатление, что мы находимся в компьютерной игре: совершил критическую ошибку, потратил жизнь, нажал «restart» и снова бегаешь по уровню. Но реальность — не симулятор. Ошибки влекут за собой последствия, которые невозможно затереть аплодисментами. Если сегодня мы рукоплещем Ефремову лишь за его «талантливость», завтра не стоит удивляться, когда границы дозволенного для «избранных» окончательно сотрутся.
Лично я на этот спектакль не пойду. Даже если мне предложат те самые девяносто три тысячи. Театр для меня — это про катарсис, а не про сочувствие к человеку, который слишком долго путал жизнь с подмостками. Творческих успехов Михаилу Олеговичу, но пусть они происходят вдали от широкой публики. Пусть работает, пусть живет, но превращать это в национальное торжество — явный перебор, вы не находите?
А что думаете вы? Готовы ли простить кумиру всё ради его таланта? Пойдете ли в театр поддержать Ефремова или считаете его возвращение верхом цинизма? Делитесь мнением...
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: