Судьбы великих артистов порой переплетаются самым неожиданным образом, оставляя после себя клубок неразгаданных тайн и сердечных драм. Инна Ульянова, чья яркая индивидуальность и талант покоряли зрителей, однажды откровенно призналась в болезненном разрыве, который предопределил её дальнейший путь. «Я поняла, что Шурка мне изменяет! А я была гордой и непримиримой. Порвала с ним тут же, хоть и страдала…» — эти слова актрисы проливают свет на непростые отношения, связывавшие её с Александром Ширвиндтом, чья семейная жизнь, казалось бы, была образцом стабильности.
Сам Александр Анатольевич, напротив, всегда с теплотой и юмором вспоминал историю знакомства со своей супругой, Натальей Белоусовой. Их пути пересеклись в дачном поселке НИЛ, когда ему было семнадцать, а ей — шестнадцать лет. Это было время первой влюбленности, первых серьезных чувств, которые, как оказалось, стали фундаментом для крепкого союза.
Влюблённость, начавшаяся с коровы
Семейные корни Натальи Белоусовой были глубоко связаны с Москвой: её дед занимал пост главного архитектора столицы, и у семьи имелась дача в живописном поселке. Ширвиндт же прибыл туда с родителями, гостившими у выдающегося театрального деятеля Дмитрия Журавлёва. Именно в этой атмосфере безмятежного летнего отдыха и зародились их отношения, полные юношеской наивности и искренности.
Александр Ширвиндт, известный своим остроумием, любил рассказывать о начале своих чувств с неподражаемой иронией. «Я влюбился впервые не в девушку, а в корову», — шутил он, вспоминая, что у будущей жены на даче была своя буренка. Любовь к свежему молоку, которым его щедро угощали, стала, по его словам, предвестником более глубоких чувств. «А женился потому, что меня этим молоком угощали. Я влюбился в корову и попутно в будущую жену», — делился артист. Однако, как только брак был заключён, корова исчезла из их жизни. «Как только я женился, корову отняли. Советская власть. И вот я остался с женой, без коровы. И до сих пор мы живем без коровы. Если б было чем кормить, я бы купил корову. Чтобы замкнуть круг своей влюбленности», — с улыбкой заключал Ширвиндт.
Несмотря на многочисленные слухи о его мимолётных увлечениях, Александр Анатольевич пронес свою любовь к Наталье через всю жизнь, сохраняя верность и преданность. Однако, спустя годы, Инна Ульянова неожиданно для многих раскрыла другую сторону этой истории, намекнув, что в студенческие годы чувства Ширвиндта к Наташе не были столь однозначными. Возможно, лишь со временем он по-настоящему оценил её беззаветную любовь и сделал окончательный выбор.
Детство среди звёзд: «Эти артисты прут у нас с балкона котлеты!»
Инна Ульянова появилась на свет в Горловке, что в Донецкой области Украинской ССР. Её семья была типичной для того времени: отец — горный инженер, мать — специалист по дорожному строительству. Однако вскоре их жизнь круто изменилась. Стремительный карьерный рост отца, который быстро продвигался по служебной лестнице, привел семью в Москву. А когда в 1943 году Ульяновы вернулись из эвакуации, глава семейства уже занимал высокий пост заместителя министра угольной промышленности СССР.
Их новым домом стал особняк на Можайском шоссе, где Инна Ивановна провела свои детские годы. «Мы поселились в доме на Можайском шоссе. Три соседних подъезда занял возвратившийся из Ташкента практически весь цвет «Мосфильма», — вспоминала актриса. Это соседство с миром кино стало для юной Инны настоящим чудом. Она и её подруги замирали от восторга, наблюдая за звёздами экрана: «Мы с девчонками замирали от восторга, видя, как под руку с Герасимовым шествует в облаке аромата французских духов красавица Макарова. Рядом жили Пырьев с Ладыниной, Переверзев с Чередниченко…»
Особое восхищение вызывал Алексей Консовский, исполнитель роли принца в «Золушке». Девочки ахали: «Ой, какой краси-и-ивый…» Но не все разделяли этот восторг. Бабушка Инны, например, была крайне недовольна таким звёздным соседством. «Ей-Богу, эти артисты прут у нас с балкона котлеты!» — возмущалась пожилая женщина, не понимая богемных нравов.
Путь к мечте: от «суслика» до студентки Щукинского
Однажды во дворе к стайке девчонок подошла сама Макарова и пригласила одну из них на кинопробы. Инна, маленькая и худенькая, с двумя светлыми косичками, лишь горько вздохнула. «Я была маленьким худеньким сусликом с двумя крысиными белесыми косичками и прекрасно понимала, почему не выбрали меня», — делилась она. Однако это разочарование лишь укрепило её решимость. «Но из духа соперничества я сказала себе: «Все равно стану артисткой!» — так родилась мечта, которая с годами только крепла.
Когда Инна заканчивала школу, её решение поступать в театральный вуз стало шоком для родителей. Но их тревога быстро сменилась спокойствием. Отец, глядя на дочь, успокоил жену: «Милая, не волнуйся! Посмотри на дочь, ее же не примут! А вот в горный институт без экзаменов — пожалуйста!» Эта перспектива настолько напугала юную Инну, что она с утроенной энергией принялась репетировать стихи и басни, готовясь к поступлению в Театральное училище имени Щукина.
На вступительных экзаменах комиссия с трудом сдерживала смех, слушая, как трогательная девушка читает малоизвестного Ходасевича о «грошовом доме свиданий» и «сомнительных девах в непотребном хороводе». Инна прошла на следующий тур, но её поступление едва не сорвалось. В отчаянии она даже задумалась о страшном.
В тот момент на помощь пришёл старшекурсник, красивый и статный студент. Он отозвал её в сторону и дал ценный совет: «Эй, малышка, иди сюда. Ты знаешь, в приемной комиссии считают, что у тебя есть все шансы. Только не говори больше «я з Москвы», а то тут же выгонят!» Девушка прибежала домой, заперлась в ванной и начала обдумывать способы самоубийства. Выброситься из окна? А вдруг мимо пройдёт Сергей Михалков? И она, неэстетично лежащая на асфальте, опозорит родителей. К тому же, поэт её знал и однажды всласть посмеялся, услышав, как она зовёт собаку: «Чухрик, Чухрай, ко мне!» «Почему Чухрай, — давясь от смеха, спросил Михалков. — почему не Пырьев?!» К счастью, эти мрачные мысли покинули её, и Инна поступила. Её усердие было вознаграждено: она стала сталинской стипендиаткой.
Студенческий роман: «Элитная принцесса» и «Барбос»
В стенах Щукинского училища Инна училась бок о бок с будущими звёздами: Лановым, Ширвиндтом, Державиным, Стриженовым, Ливановым. Эти молодые люди были настоящими красавцами и талантливыми артистами. «Ой, а я ребенком оставалась долго… Мы военные дети, я была цыпленком-заморышем. Только на третьем курсе у меня грудь появилась. Лишь тогда на меня стали обращать внимание мальчики», — с улыбкой вспоминала Инна.
Конечно, Инна не могла не заметить невероятную красоту своего однокурсника Саши Ширвиндта. И вот однажды, когда она усердно строчила конспект лекции по истории КПСС, Александр подошёл к ней с интригующим подмигиванием: «Барбос, а я тебе подложил свинью». Инна отмахнулась, пообещав поговорить позже. Но после лекции, сунув руку в карман своего жакета, она обнаружила там шоколадную свинку. Этот милый жест растрогал её до глубины души, и так начался их студенческий роман.
«В то время развратом в институте и не пахло. Мы все были целомудренны, книжные романтики! С Шурой гуляли по набережным Москвы, целовались в подъезде, сидели в кафе-мороженых…» — с мечтательной ностальгией рассказывала Инна о своей юности. Ширвиндт писал ей стихи, дарил цветы, присылал нежные письма. Он вспоминал Инну как яркую индивидуальность: «Инночка была яркой индивидуальностью. Мы-то были нищими студентами, а Инна — дочка высокопоставленного чиновника. Ее в группе называли элитной принцессой. Часто собирались у Ульяновой дома и млели от ее гостеприимства — на столе лежали диковинные орешки, заграничные конфеты».
Записка в шоколадке: болезненный разрыв
Однокурсники были уверены, что влюблённые вскоре поженятся, и всё к этому шло. Студенты уже учились на четвёртом курсе, когда «щукинцев» отправили на гастроли в Баку. В дороге Инна простудилась, и сокурсницы уложили её в постель в общежитии, заварив чай. «На концерт с нами не поедешь, там переправа через горную речку, еще умрешь по дороге!» — заботливо сказали они.
Перед отъездом заботливый Александр заглянул к ней и вручил шоколадку со словами: «Немедленно поправляйся!» Оставшись одна, растроганная Инна сняла обёртку и обнаружила записку. От любимого Шурочки? Но почерк был не его. «Шура, я тебя люблю. Вечно твоя», — гласили строки. Инна уставилась на них в оцепенении. Воображение тут же нарисовало картину, как Александр тайно милуется с другой. Наверняка он и не подозревал, что в шоколадке, которую он передал Инне, есть эта записка. До Ульяновой уже доходили слухи о дружбе Ширвиндта с некой Наташей ещё со школы, но Инна верила его влюблённым глазам. Однако в тот момент ей стало ясно: он изменяет.
«Естественно, я с ним порвала. Вспомнив, что в моих жилах четверть польской крови, гордо проходила мимо Шуры, всем своим видом демонстрируя презрение. А дома заучивала у зеркала монолог Марии Стюарт, заламывая руки на словах: «Их низости не могут нас унизить», — с иронией вспоминала актриса тот драматический момент.
Неожиданный поворот и прощание с юностью
Ни объяснений, ни возобновления отношений так и не произошло. Инна неожиданно для самой себя увлеклась Михаилом Державиным. «Как-то Миша у меня, отличницы, попросил конспект лекций», — рассказывала Ульянова. «Мишка был такой обаятельный, всегда подтянутый. А лицо какое! Красивое, медальной чеканки. И когда он вернул мне тетрадки, я уже влюбилась по уши! Шурик был тут же забыт. У нас с Державиным начался невинный роман с поцелуями, объятиями и признаниями в любви…»
Александр Ширвиндт очень скоро женился на той самой Наташе Белоусовой. Инна, несмотря на былую обиду, быстро простила «изменщика». Они даже вместе подготовили номер для выпускного, ведь нужно было устраиваться в театр. «После окончания «Щуки» я с ней во всех театрах показывал мольеровского «Скупого», — вспоминал Ширвиндт. — Скупой вышел из меня прескверный — какой-то старикашка с бумажными паклями. А она, прекрасно знавшая французский, блистала на сцене, фонтанировала, и ее всюду брали, а мне стыдливо говорили: «Спасибо, уходите»…
Артист гордился тем, что удачно устроил свою семейную жизнь раз и навсегда. К Инне же он относился с некоторой жалостью. «Период студенчества Инны Ивановны можно назвать счастливым, это потом судьба у нее ломалась и так, и сяк… И после всех жизненных катаклизмов меня она стала избегать — просто не хотела общаться с теми, кто ее знал раньше», — вздыхал Ширвиндт, словно предчувствуя, какие испытания ждут его бывшую возлюбленную.
Жизнь Инны Ульяновой, полной драматических поворотов и ярких ролей, подтвердила слова Ширвиндта. Её путь был непростым, но она всегда оставалась верна своему призванию, оставляя после себя неизгладимый след в сердцах зрителей.
Что вы думаете о том, как юношеские влюбленности влияют на всю последующую жизнь?