Утро выдалось темное, по-осеннему мрачное и пасмурное и очень раннее. Соседская собака разбудила Ирму в половине пятого утра, не прекращая оповещать окрестности визгливым лаем на одной высокой ноте. Через какое-то время к ней присоединилась и собака Ирмы, Альма. Женщина всматривалась в узкие полоски темно-серой мглы за пределами синих штор. Прислушавшись, она поняла причину этой утренней какофонии – неподалеку раздавались изощренные рулады двух соседских котов, у которых март начался уже в феврале. Ирма усмехнулась - даже собаки на время притихли, выделив на фоне наступившей тишины особенно талантливый пассаж хвостатого певца с непередаваемо оскорбительной интонацией.
Осознав неотвратимость раннего утра, Ирма осторожно встала с кровати – последнее время из-за скачков погоды ныло травмированное колено, и тихонько пошла в ванную. Из зеркала глянуло круглое лицо, обрамленное художественно лохматыми прядями длинных волос. Пока стекала холодная вода (она не любила умываться холодной водой), Ирма внимательно осмотрела лицо, подумала, что надо опробовать новый рецепт маски для волос, и не спеша умылась, постепенно понижая температуру в кране. Прохладные капли окончательно ее разбудили, и утро медленно пошло по накатанной колее.
Работа была удаленная, до начала рабочего дня оставалось целых четыре часа, так что было время на все – и на хороший кофе из кофеварки, и на завтрак.
Дочь спала, в школу ей не нужно было, так что минус еще один бытовой момент, пусть спит дальше. Вчера Ирма с дочерью долго смотрели мультик про панду-каратиста, а потом дочка засыпала, глядя на искусственную панораму разноцветных галактик, обрамленных множеством зеленых звезд из детского ночника.
Кофе в гейзерной кофеварке варился недолго, Ирма любила наблюдать, как из пустой трубки вдруг поднимается и плывет вниз темно-коричневая жидкость с легкой пенкой. Пока давление пара гнало последние капли кофе, Ирма накрывала у себя в комнате немудреный завтрак – омлет, бутерброд с маслом, а потом уже большую кружку кофе с ложечкой мёда и молоком. Верхний свет она не зажигала, настольная рабочая лампа уютно очерчивала конус света, не утомляя глаза.
Заскребся с улицы кот, там было мокро и неуютно, так что, как только его впустили, он нырнул на домотканый коврик, застилавший второй стул в комнате и тут же замурчал в качестве компенсации за наверняка угвазданные лапы, после которых коврик придется стирать. Тишина дома была живой – сонно сопела дочка в соседней комнате, собака в старом кресле подскребывала лапой во сне, видимо, куда-то бежала, а кот плавно перешел с мурчания на храп. Женщина очень любила эти часы утреннего спокойствия, когда день как будто замер на границе ночи и дня. Тишина умиротворяла, но не усыпляла. Кофе Ирма пила уже у окна – по странной причуде природы сегодня рассвет был в кораллово-малиновых тонах, и свет на улице стал совсем странным – у красных кирпичных стен цвета становились насыщенно-оранжевыми, постепенно переходя в розовый. Длилось это совсем недолго, сразу после восхода солнце заволокло пеленой туч, предвещая еще один пасмурный февральский день.
Было пора выводить домашнюю собаку на улицу, однако там зарядил дождь такой интенсивности, что упрямая мелочь посмотрела на хозяйку так, как будто бедную псинку в болото отправляют, и, конечно, никуда не пошла, воспользовавшись пеленкой.
Работая в течение дня, Ирма то и дело поглядывала на серебристый бок чемодана, выглядывающий из-под дивана. До поездки оставались сутки, и надо было уже укладывать чемодан, и почему-то наплывало волнение.
«Давно не ездила никуда, вот и волнуюсь», усмехнулась женщина, покосившись на список вещей, который она написала пару дней назад. «Вот говорят, что пока объем косметички превышает объем аптечки, ты еще молодая, а как расценивать, когда аптечка одинаковая по объему с косметичкой?» Ирма иронизировала, и это мысленное подтрунивание над собой повышало настроение. Место у окна было забронировано и оплачено, и остается только дождаться, когда «самолет с серебристым крылом» поднимется в то вечное и бескрайнее небо, которое Ирма видела только пару раз. С земли небо другое, а вот из самолета – ЭТИМ небом она готова любоваться всегда.
Волнение вытеснило предчувствие свидания с небом дневного авиарейса.
Моё Утро, мои мысли и картины – для вас, дорогие мои читатели. Я на самом деле волнуюсь, мой рейс уже в субботу, и чемоданчик ждет наполнения, собственно, я взяла самый маленький – для ручной клади, но и необходимый минимум надо положить!
Хотя в плане вещей я живу по принципу минимализма, и лишнего у меня нет.
Дамы меня поймут, я долгое время себя стеснялась, потому что лишний вес в наличии и изобилии. Потом дико болела спина, особенно в самом начале лечения депрессии, пока до меня не дошло. Все просто – презрев свои реальные габариты и телосложение крепкой ширококостной (вот совсем без иронии говорю – у меня даже в очень небольшом весе запястье девятнадцать сантиметров) женщины, я все пыталась скукожиться и стать меньше хотя бы немного. И как только я это осознала, мне стало легче. Смотрели с ребенком «Кон-фу панду» раз этак в десятый, и только что накрыло – у него все получилось только после того, как он принял себя таким, какой он есть. Для меня это было самым трудным в терапии, потому что, как и все люди с расстройством пищевого поведения, я склонна была себя обесценивать и принижать, ругая за каждую оплошность так, что никакому начальнику и не снилось.
После осознания все пошло проще – я вздохнула и расправила свои сильные плечи, перестала скукоживаться и телесно извиняться за свое присутствие в этом мире. Это дало толчок к улучшению состояния и выхода из депрессивной воронки. Не скажу, что я совсем и окончательно здорова, пока я продолжаю пить лекарства, однако я теперь могу видеть краски мира без серого налета безысходности. Начать чувствовать, смеяться и шутить. Да просто улыбаться своим родным, хохотать над проделками котов и таксы, жить.
Меня пугали тем, что я останусь одна с такой «фигурой». Что же, если и так, то меня выручит то, что я интроверт, а еще то, что мне не скучно даже когда я дома одна. Я не боюсь тишины.
Такая вот весточка для вас от восставшей из пепла.
Желаю всем здоровья и радости,
Ваша Кристина.