1. Андрей Капитон вспомнил: "ВВС, 1984-1986. Попал в наряд - патруль на территории части, как понимаете площадь огромная.
Погуляли по части, аэродрому, патруль был чисто формальный, ни до кого не докапывались, мимо штаба нужно было пройти пару раз, засветиться, показать, что службу бдим, начальники патруля - летный состав, обычно штурманы.
И вот когда в очередной раз прогулочным шагом шли в сторону аэродрома, на встречу нам попались летчик и технарь, которые вели под ручку гражданского парнишку лет 17-18. Увидели нас, окрикнули начальника по имени и сказали: "Забирай".
Начальник патруля, ничуть не удивившись, сказал чтобы мы его взяли под ручки и повели мы его на КПП. На КПП парнишку тоже все знали в лицо, только сказали : "Опять!"
И пропустили нас за ворота, там нач. патруля сказал, чтобы мы его отпустили и тот понуро побрел по дороге в сторону города.
На наши вопросительные взгляды старлей, рассказал историю, что это местный дурачек, мечтает летать и откуда только узнает, что скоро полеты ( видно тоже как в статье долго наблюдал и все "приметы" уже изучил ), уже не первый раз его перед полетами вытаскивают из разных отсеков ТУ-95, весь летный и технический состав его в лицо знает.
Исключая лишние вопросы, сразу напишу, что в будни в дневное время аэродром не охранялся, по периметру вообще никогда охраны не было, через колючку перелезть не проблема, сами не раз лазили...
У нас один дембель перед караулом на аэродроме сидел в казарме, в ленкомнате и что-то писал на листочке формата А4 ( где только достал, письма мы на тетрадных листах писали) х.з. может письмо домой.
Мы только в выходные и праздники подменяли роту охраны. Воскресенье, день, солнышко и вдруг с поста одиночный выстрел а потом очередями. В ружьё!
Этот самый дембель, сказал кто-то пытался проникнуть на пост. А потом проболтался своим, решил развлечься напоследок, поставил спичечный коробок на песочке и несколько очередей по нему выпустил, а писал в ленкомнате объяснительную заранее, чтобы потом не выдумывать…
Историю мне эту рассказали когда я в полк прибыл, сам я этого дембеля не застал. Но думаю не придумана, у нас потом ещё не такие кренделя выписывали..."
2. Глебовский Андрей добавил: "После ШМАСа прибыли в часть (Петрозаводск, 14-ОАП КСЗПО.), попал на должность авиационного механика группы обслуживания вертолета и двигателя вертолетной эскадрильи…
Жили в казарме по кубрикам. В первый же день наши деды показали нам, как нужно наводить порядок в кубрике: сами устроили показательный "заплыв", с мылом промыли полы, отбили койки, отравняли все по нитке и сказали: "Вот так должно быть каждый день!".
На аэродроме самые сложные работы на технике делали деды, а мы первое время были на подхвате: подай отвертку, направь горячий воздух на руки (работать приходилось и в 30-градусный мороз голыми руками, на руки направлялся горячий воздух из бензинового подогревателя).
То есть на аэродроме именно старослужащие выполняли наиболее сложные работы. Ну а когда приезжали в часть, то вполне естественно, что поддержание порядка в подразделении ложилось на молодых. При этом не было никаких унижений или издевательств.
На зарядке деды бегали вместе с нами, показывали, как выполнить упражнение, а потом уже мы повисали на турниках и брусьях. Меня за два года в армии никто пальцем не тронул, даже не припомню, чтобы дед или офицер обматерил.
Чтобы дедам портянки стирать или воротнички подшивать - такие мысли никому даже в голову не приходили. Так что такие отношения назвать "дедовщиной" язык не поворачивается.
Скорее это было "наставничество". Ну и заведено было так: пока молодого бойца себе на смену не подготовишь, пока он не сдаст допуск к самостоятельной работе на технике - на дембель не уйдешь.
Дело было в ноябре 1977 года в Петрозаводске (Карелия). Город стоит на берегу Онежского озера и питается водой из него.
Ледовая ситуация сложилась так, что ледяной шугой (рыхлая смесь, что-то среднее между мягким льдом и мокрым снегом) забило входные устройства насосной станции и город мог остаться без воды и отопления.
Администрация обратилась к командирам частей, которые там стояли (наш пограничный авиационный полк, пограничная школа поваров и отдельный батальон ВВ), чтобы дали людей на очистку от этой шуги.
Работа предстояла адовая: в ОЗК стоять по колено, а местами и по пояс в ледяной воде и вручную, лопатами, убирать эту шугу. Нас построили, командир вызвал добровольцев. Естественно, в первую очередь шагнули мы, молодые, т.к. для нас вырваться за ворота части было уже событием.
Наши дембеля, которым вот-вот уже домой ехать, нас вернули в строй со словами: "Сынки, вам еще Родине служить, а мы свое отслужили". В итоге дембеля пошли спасать город, а мы остались в казарме.
Во время этих работ один из дембелей чуть не погиб (сорвался на глубину, но его успели вытащить), несколько человек поморозились и травмировались. Вот такая была "дедовщина" у нас в части…"
3. Юрий Михайлович рассказал: "У меня на службе был случай, я служил на аэродроме на СКП в г. Купино в 1994 году, и как то вечером сёл ту-154 летевший в Москву на дозаправку, для летевших на нем группы генералов приготовили ужин в специальном "генеральском домике" на берегу озера, предполагалась ночёвка.
Борт приняли, суббота, смотрим телевизор, и тут заходит на СКП генерал Армии Радионов, в последствии министр обороны!
Он прошёл в комнату авиадиспетчера, где был телефон, за ним свита стала подниматься по наружной лестнице, в это момент, я успел спрятаться в основном посещении СКП за пульт выносных индикаторов станции посадки.
Радионов вызвал Москву Генштаб, с кем то там поругался по поводу ночёвки, её отменил, и дал в коридоре команду нашему командиру полка на отправку самолёта, тот козырнул, ответил есть!
И в это время я, в чьи обязанности входило включения ВИСПа, стал включать тумблеры, для прогрева аппаратуры, в тёмной комнате стали по очереди загораться круглые, зелёные мониторы…
Радионов глянул, что то буркнул типа "дивизии", или "ну вы блин даёте" и вышел на улицу!
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
