( весь рассказ сделан по игре и не является пропагандой )
Проснувшись утром на острове после той самой ночи, я долго смотрел на ведро для браги. В голове всплыли рассказы бати о том, как это «зелье» помогало выживать в суровые времена. Денег вроде бы стало побольше после игры со Свином, но на полный тюнинг Сатсумы и покраску всё равно не хватит. Решено: становлюсь местным винокуром.
Дотащив ведро до лодки, я поплыл домой. Процесс казался простым, но на деле — это та еще наука. Нужно было сгонять к Теймо, купить шесть пачек сахара и пачку дрожжей. Пока ехал на Русско, проклинал всё на свете — эта старая колымага глохла на каждом повороте, а вонь в салоне стояла такая, будто там кто-то умер еще в 80-х. Но выбора нет, фургончик дядя забрал, а ходить пешком по жаре — сомнительное удовольствие.
Вернувшись, я набрал в ведро воды из-под крана, засыпал ингредиенты и плотно закрыл крышку. Слышите этот звук? Буль-буль-буль... Это музыка для моих ушей. Это звук будущих марок в моем кармане. Оставил ведро в кладовке и решил, что пора заняться делом, ради которого всё это затевалось — двигателем.
Гараж встретил меня запахом старого масла и бензина. На полу — куча железа, которая когда-то была машиной. Я начал с блока цилиндров. Каждый болт, каждая шайба — это испытание для нервов. Ключ на 10 стал моим лучшим другом и злейшим врагом одновременно. Сначала коленвал, потом поршни... Я старался затягивать всё по совести, ведь если один болт вылетит на скорости 100 км/ч, это будет последнее, что я увижу в этой жизни.
Прошла неделя. В перерывах между сборкой я возил дрова бабушке на тракторе. Работа неблагодарная, спина ныла, но бабуля всегда подкидывала немного денег. И вот, наконец, брага перестала булькать. Пора навестить нашего местного знаменитого алкаша — Йокке. Загрузил полные канистры в Руско и поехал. Йокке, как обычно, ждал у своего дома, пошатываясь от нетерпения. Он попробовал первую партию, причмокнул и вывалил мне на стол кучу марок. «Хорошая штука», — пробормотал он. В тот момент я понял, что бизнес пошел. Теперь у меня достаточно денег на тормозную жидкость, масло и тот самый заветный каталог тюнинга.
Вернувшись домой, я почувствовал прилив сил. Двигатель был почти собран. Установил ГБЦ, прикрутил коллекторы, выставил ГРМ по меткам (надеюсь, правильно, иначе клапана встретятся с поршнями и устроят дискотеку). Момент истины настал, когда я с помощью лебедки опустил это железное сердце в подкапотное пространство Сатсумы. Подключил шланги, залил жидкости. Руки тряслись.
Я сел в салон. Пахло старой тканью и пылью. Вставил ключ в замок зажигания. Первый поворот — тишина. Второй — стартер начал лениво крутить. «Давай, милая, не подведи», — шептал я. И тут... бах! Огромный клуб черного дыма, металлический скрежет, и двигатель ожил. Он троил, чихал, вибрировал так, что казалось, машина сейчас развалится, но он работал!
Я выскочил из машины, чтобы посмотреть, нет ли утечек. Масло капало из-под поддона — видимо, один болт я всё-таки недотянул. Но это были мелочи. Моя Сатсума подала голос. Впереди еще настройка карбюратора, установка приборной панели и долгая дорога к техосмотру, но сегодня я чувствовал себя королем этих дорог.
Вечером я сел на крыльце с банкой пива. Солнце медленно садилось за лес, птицы затихали. В гараже стояла ОНА — мечта, собранная своими руками. Жизнь здесь простая, грубая, пахнет бензином и перегаром, но в этом и есть её настоящая суть. Ты борешься с железом, борешься с обстоятельствами, и когда ты побеждаешь, это чувство не сравнить ни с чем. Завтра будет новый день, новые поломки и новые поездки к Теймо, но это завтра. А сейчас — заслуженный отдых.