Россия в Центральной Азии сильна историей — это факт. Но сила истории не вечная и не самовоспроизводящаяся: она работает только тогда, когда её применяют. Стоит пропустить поводы — и их начнут заполнять другие, своими сюжетами и героями. Ниже — мой метод и несколько недавних кейсов из Бишкека, которые хорошо это показывают.
В международных отношениях власть — не абстракция и не «харизма лидера». Это набор инструментов. В моей концепции их 16: силы, через которые акторы создают взаимозависимости и зависимости. На практике вопрос «кто здесь власть?» решается просто: у кого преимущество по большему числу параметров. Сегодня разберу один из них — силу истории — на свежих примерах из Центральной Азии.
И так, буду потихоньку популяризировать концепцию, над которой работаю в рамках докторской диссертации.
Если коротко передать суть моего подхода, получается следующее: в межгосударственных отношениях власть — это универсальный инструмент удовлетворения потребностей актора, состоящий из 16 элементов (сил), с помощью которых можно и нужно формировать взаимозависимости и зависимости между участниками международных взаимодействий. У каждой силы — свой профиль влияния на отношения, но это уже научные дебри.
Ключевое в моём случае — ответ на вопрос: кто здесь власть?
Можно ответить довольно просто: тот, кто имеет более развитые отношения по 16 параметрам по сравнению с другими участниками.
Предлагаю на конкретном примере из современной повестки в Центральной Азии рассмотреть действие одной силы — ИСТОРИИ (силы истории).
Россия имеет традиционно развитые исторические отношения со странами Центральной Азии. В истории наших стран и народов было много героического и трагичного. Сила истории в российско-центральноазиатских отношениях, без всяких натяжек, наиболее влиятельна по сравнению с любыми другими участниками региона — будь то Турция, Китай или Иран.
Понятно, что история проявляется в современных международных отношениях через конкретные социальные практики вокруг конкретных исторических событий. Наиболее значимая практика — память о Великой Отечественной войне. Однако то, что Россия имеет особые отношения со странами региона, не означает, что этому нечего противопоставить.
Следим за событиями. Что у нас было в последнее время интересного по этой линии?
27 января в Бишкеке почтили 82-ю годовщину полного освобождения Ленинграда. Митинг-реквием был организован Кыргызским обществом блокадников Ленинграда при поддержке Минобороны КР, мэрии Бишкека, районной администрации, Посольства РФ, Русского дома, АНО «Евразия» и департамента образования. Звучали гимны Кыргызстана и России, минута молчания прошла под звук метронома, прозвучал троекратный салют. Здесь мы видим, как сила истории формирует взаимозависимость между нашими странами на уровне личности, общества и государства.
В начале февраля в школах Бишкека прошли открытые занятия со школьниками по истории Сталинградской битвы. Тоже хорошо, но здесь уже не было наших официальных лиц, и не совсем понятно, о чём именно были занятия. Если бы сделали соответствующие презентации — и, что важнее, чтобы в них было не только про битвы, но и про участие наших дедов, особенно призванных из Киргизии, — эффект был бы совсем другой. Тут всё на совести НПО.
15 февраля — ещё одна памятная дата в военной истории России и Киргизской Республики: вывод советских войск из Афганистана. И вот тут есть явные недоработки. Был организован большой митинг в парке «Ата-Тюрк» у памятника Героям-афганцам. С киргизской стороны в мероприятии приняли участие целый министр обороны, мэр столицы, а вот от российской — был только неназванный военный атташе.
Это пример того, как Россия крайне рачительно (а иногда и слишком экономно) использует силу истории, чтобы сохранять и укреплять связи с Киргизией. Почему не было посла? Где представители Русского дома? Мы так часто взаимодействуем с министрами и мэрами, что можем это пропускать?
А самое главное: сказать речь, вручить грамоты и сертификаты, возложить цветы — всё это понятно. Но самое интересное — где? В парке «Ата-Тюрка» — бесценно. В общем, сила работает только тогда, когда её применяют.
Но самое интересное — дальше.
В Национальном историческом музее в Бишкеке прошла выставка, посвящённая Карлу Маннергейму. Карлу! В открытии приняли участие зампред Кабмина, министр культуры, посол Финляндии.
Вот вам пример того, как европейцы работают с силой истории: нацистский пособник подсвечен как этнограф, собравший материалы о кочевых народах Евразии, и даже имевший встречу с Курманжан Даткой (которая приняла решение о присоединении алайских киргизов к Российской империи).
В этом случае я не хочу и не имею права критиковать само мероприятие, поскольку памятная табличка этому персонажу висела в Царском Селе, а до этого её пытались повесить в Петербурге (и это — чёрное пятно на репутациях тех, кто подобные инициативы проталкивает). Отчасти российская сторона сама виновата.
Итого.
Первое: думаю, понятно, как работает сила истории и как её нужно использовать.
Второе: у РФ большой потенциал по развитию силы истории в отношениях со странами Центральной Азии, но нужно активно отрабатывать все исторические поводы, которые укрепляют добрую память между нашими народами.
И третье: нужно перестать у себя дома стрелять себе в ногу, закрывая глаза или даже потворствуя реабилитации нацистов. Ибо если у нас висит «нацист Карл», то какие претензии могут быть к соседям?
Кабинетная аналитика - Денис Борисов