Троицкий, геофизик, сопоставил эту карту с картой геомагнитных аномалий. Совпадение почти стопроцентное. Все точки инцидентов находились в зонах с повышенной магнитной активностью.
— Это не совпадение, — говорил Троицкий на закрытом семинаре группы. — Магнитное поле Земли неравномерно. Есть зоны с аномалиями. Места, где поле сильнее или слабее обычного. Причины разные. Залежи железных руд, тектонические разломы, подземное течение магмы. В этих зонах происходят странные явления. Компасы сбиваются, радиосвязь нарушается. Животные ведут себя необычно. Птицы облетают, собаки лают без причины. Но временные аномалии? Это новое. Связь между магнитным полем и временем не установлена наукой. По крайней мере, официальной наукой.
Фридман, теоретик, предложил гипотезу. Согласно общей теории относительности Эйнштейна, пространство и время связаны. Искривление пространства вызывает искривление времени. Обычно для этого нужны колоссальные массы, звезды, планеты, черные дыры. Но что, если есть другой механизм? Что, если сильное магнитное или электромагнитное поле может локально искривлять пространство-время? На короткое время в небольшой области создавать временную петлю или пузырь, где время течет иначе. Поезд попадает в такой пузырь. Внутри время замедляется или останавливается. Для внешнего наблюдателя проходит час, для находящихся внутри секунды. Потом пузырь схлопывается, поезд возвращается в нормальное время.
— Но почему люди не помнят? — спросил Капица.
Соколова, психолог, ответила. Память формируется через химические процессы в мозге. Если время внутри пузыря течет аномально, эти процессы могут нарушаться. Мозг не успевает зафиксировать информацию. Или фиксирует, но потом стирается при выходе из пузыря.
Королева, биофизик, добавила. Я изучала влияние сильных электромагнитных полей на мозг. Импульсы определенной частоты могут вызывать временную потерю сознания или амнезию. Возможно, внутри аномальной зоны возникает такое поле.
Лихачев, историк, принес интересные материалы. Народные легенды и былички из районов, где происходили инциденты. Из Западной Сибири легенда о заколдованной степи, где путники теряли дни, не замечая. Входили утром, выходили через три дня, но клялись, что прошло несколько часов. Из Восточной Сибири рассказы о временных воротах в тайге, через которые шаманы якобы путешествовали в прошлое или будущее. Из районов Байкала легенды о днях без времени, когда солнце останавливалось на небе, а люди застывали как статуи.
— Фольклор часто содержит рациональное зерно, — говорил Лихачев. — Легенды основаны на реальных наблюдениях, пусть и искаженных веками пересказа. Если люди веками рассказывают о временных аномалиях в определенных местах, значит, они их наблюдали.
В ноябре 1967 года группа организовала первую экспедицию. Цель – участок Транссиба между Калачинском и Татарской, где исчез поезд номер 122. Выехали шестеро. Капица, Троицкий, Белов, Королева, Новиков и два техника. Везли оборудование. Магнитометры, гравиметры, сейсмографы, радиационные счетчики, хронометры высокой точности, камеры, приборы для измерения атмосферного давления, температуры, влажности. Разбили лагерь в двухстах метрах от путей, на том самом месте, где появился поезд после исчезновения. Километр 2384 от Москвы. Степь. Ноябрь. Холодно. Ветер пронизывающий. Установили приборы по периметру предполагаемой зоны аномалии, круг диаметром 5 километров. 10 точек измерений, в каждый полный комплект датчиков. Наблюдение вели круглосуточно, посменно. Записывали все показания, любые отклонения от нормы.
Первые три дня — ничего. Магнитное поле стабильно, радиация в норме, никаких аномалий. На четвертый день, 12 ноября, в 4 часа утра, произошло событие. Дежурил Белов. Следил за приборами в палатке. Вдруг магнитометр на точке номер 5, в двух километрах от лагеря, показал резкий скачок. Магнитное поле усилилось в четыре раза за несколько секунд. Белов схватил рацию, вызвал Капицу.
— Петр Львович, аномалия, точка пять, магнитное поле зашкаливает!
Капица выскочил из палатки, побежал к приборам. Остальные за ним. Добежали до точки 5 за 10 минут. Тяжело, в темноте, по неровной степи. Приборы действительно показывали аномалию. Магнитометр – превышение в 4 раза. Гравиметр – небольшое изменение гравитации, снижение на 2%. Температура упала на 7 градусов за минуту. Атмосферное давление выросло на 20 миллибар. И появилось свечение. Слабое, зеленоватое, на уровне Земли. Пульсирующее. Раз в 3-4 секунды вспышка, потом тускло, потом снова вспышка. Троицкий достал фотоаппарат, снимал. Королева записывала показания приборов. Новиков засекал время на хронометре. Свечение продолжалось 11 минут. Потом начало слабеть. Магнитное поле снижалось. Температура восстанавливалась. Через 15 минут все вернулось к норме.
Подошли ближе к месту свечения. Земля обычная, степная. Сухая трава, камни. Никаких следов, никаких изменений. Но датчик радиации показал слегка повышенный фон, на 15% выше нормы. Взяли пробы почвы, травы, камней. Упаковали в контейнеры, увезли в Москву на анализ. Анализ показал. В почве повышенное содержание редкоземельных элементов. Лантан, церий, неодим. Не радиоактивных, но не обычных для этой местности. Откуда они взялись, неизвестно. Продолжили наблюдение. За три недели зафиксировали еще семь аномалий, по разной интенсивности, в разных точках зоны. Закономерность нащупывалась. Аномалии возникали примерно раз в 3-4 дня, длились от 5 до 15 минут, сопровождались магнитными, гравитационными и температурными отклонениями. Новиков построил модель, пытался предсказать следующую аномалию. Расчеты показали. Очередная должна произойти 5 декабря между 2 и 6 часами утра в районе точки номер 8.
5 декабря вся группа дежурила у точки номер 8. Ждали. В 3 часа 22 минуты началось. Магнитометр зашкалил. Температура упала. Появилось свечение. Но на этот раз сильнее. Яркость выше. Площадь больше, примерно 50 метров в диаметре. И звук. Гул. Низкий, вибрирующий. Как будто под землей работает огромная машина. Капица велел отойти.
— Назад! Все назад! Не приближаться!
Отошли метров на сто, наблюдали издалека. Свечение усиливалось. Воздух над светящимся пятном дрожал, искажался, как над раскаленным асфальтом летом. И вдруг в центре свечения появилось нечто. Объект. Темный, размытый, нечеткий. Парил в воздухе метрах в трех над землей. Форма неправильная, меняющаяся. Белов снимал на камеру. Троицкий записывал показания приборов, которые сходили с ума. Магнитометр зашкаливал полностью. Гравиметр показывал колебания гравитации от плюс пяти до минус трех процентов. Хронометры сбивались. Объект существовал четыре минуты, потом начал тускнеть, растворяться. Через минуту исчез. Свечение погасло, приборы вернулись к норме. Все молчали, потрясенные, не верили глазам.
— Что это было? — спросила Королева тихо.
Никто не ответил. Не знали.
Подошли к месту, где был объект. Земля оплавлена. Точнее, не оплавлена, спечена. Трава обуглена, камни потрескались. Температура земли плюс 80 градусов, хотя вокруг минус 15. Взяли пробы, привезли в Москву. Анализ почвы показал удивительное. В образцах обнаружены изотопы, которых в природе быть не должно. Короткоживущие, распадающиеся за минуты или часы. Но в момент взятия пробы они были. Откуда? Фридман, теоретик, изучил данные, задумался. Короткоживущие изотопы образуются только в мощных ядерных реакциях, взрывы, реакторы, ускорители частиц. Здесь ничего такого не было, но изотопы есть. Единственное объяснение – они появились из другого времени, из прошлого или будущего. Временной пузырь захватил частицы материи из другого момента времени и перенес сюда. Капица не возражал. Альтернативных объяснений не было.
В январе 1968 года группа организовала вторую экспедицию. На этот раз на Байкало-Амурскую магистраль, на участок между станциями Северобайкальск и Токсима. Там в 1959 году исчез товарный состав на 48 минут. Схема та же. Лагерь, приборы, наблюдения. За месяц работы зафиксировали 9 аномалий. Характер похож на те, что наблюдали в Западной Сибири. Магнитные скачки, температурные колебания, свечения. Но здесь аномалии были сильнее. Магнитное поле усиливалось в 6-7 раз. Температура падала до минус 30 градусов за минуту. Свечение ярче, площадь больше. И объекты появлялись чаще. За месяц наблюдений пять раз. Неясные, размытые формы, парящие в воздухе. Некоторые маленькие, с футбольный мяч. Некоторые большие, с автомобиль. Один раз, 28 января, объект появился на земле. Не в воздухе, а прямо на грунте. Твердый, материальный. Камень. Обычный камень размером с кулак. Но анализ показал, это метеорит. Железный. Возраст примерно 4 миллиарда лет. Откуда он взялся? В радиусе ста километров метеоритов не находили никогда. Он появился из ниоткуда. Из временного пузыря.
— Мы наблюдаем разрывы в ткани пространства времени, — говорил Фридман. — Временные туннели, червоточины. Через них проникают объекты из других моментов времени, прошлого или будущего. Камень этот мог лежать здесь миллионы лет назад. Потом исчез с поверхности, эрозия, ледник. А теперь временная аномалия вернула его из прошлого.
Троицкий строил карты. Наносил все точки аномалий. Искал закономерности. Обнаружил. Все зоны аномалий лежат на линиях. Не случайных, а определенных. Линии идут с северо-запада на юго-восток, примерно параллельно друг к другу. Расстояние между линиями от 100 до 200 километров.
— Это тектонические разломы, — объяснял Троицкий. — Трещины в земной коре, глубокие, уходящие на десятки километров вниз. Вдоль разломов магнитное поле аномально. Там же выходят на поверхность подземные воды, горячие источники, иногда вулканы. Временные аномалии привязаны к разломам. Не ко всем, а к определенным. Возможно, к тем, где разлом особенно глубокий, или где есть залежи определенных минералов.
Капица принял решение расширить исследования, проверить другие зоны аномалий – Турксиб, Северную железную дорогу, Восточно-Сибирскую. С февраля по июнь 1968 года группа провела пять экспедиций. Результаты подтвердили гипотезу. Временные аномалии существуют. Они привязаны к геофизическим разломам. Они периодичны, предсказуемы. Новиков разработал математическую модель. Теперь можно было с точностью до нескольких часов предсказать, когда и где произойдет следующая аномалия. Не стопроцентно, но процентов на 70. В июле 1968 года Капица представил отчет руководству Академии наук и КГБ. Доклад на 48 страницах с графиками, картами, фотографиями, анализами.
Выводы.
1. Временные аномалии существуют. Это физическое явление, не мистика и не обман.
2. Аномалии вызваны неизвестными геофизическими процессами, связанными с тектоническими разломами и магнитными аномалиями.
3. Аномалии локальны, несколько километров в диаметре, и кратковременны, от 5 до 20 минут.
4. Внутри зоны аномалии время течет иначе, замедляется или останавливается. Объекты и люди, попавшие в зону, теряют время и память.
5. Аномалии периодичны, можно предсказывать с определенной точностью.
6. Опасность для людей существует, но физического вреда аномалии не причиняют, только временная потеря памяти.
Рекомендации.
1. Продолжить исследование для полного понимания механизма.
2. Картировать все зоны аномалий на территории СССР.
3. Установить систему мониторинга на железных дорогах, приборы, датчики, раннее предупреждение.
4. Разработать протокол действий для поездных бригад при попадании в аномалию.
5. Сохранить режим секретности. Информация может вызвать панику.
Отчет приняли. Финансирование продолжили. Группу расширили до 20 человек.
Но осенью 1968 года произошло событие, которое изменило все.
27 октября Костин, тот самый машинист поезда номер 122, покончил с собой. В своей квартире в Свердловске. Повесился. Оставил записку. Записку передали в КГБ, оттуда Капице. Вот что писал Костин.
«Я помню. Не все, но частично. Кошмары каждую ночь. Видение. Я был там. Внутри того пузыря. Времени. Мы ехали. Поезд шел нормально. Потом появился туман, зеленый, светящийся. Мы въехали в него, и все изменилось. Звуки исчезли. Полная тишина. Двигатель работал, колеса стучали, но я не слышал. Ничего не слышал. Потом время сломалось. Я видел себя со стороны, сидящего в кабине. Но одновременно я был в кабине. Два меня. Или много. Не понимаю. Потом увидел других. Людей. Но не из нашего поезда. Других поездов. Тех, что исчезали раньше. Я видел лица. Машинистов, проводников из 30-х, 40-х, 50-х годов. Все там, застывшие в вечности. Они смотрели на меня, молча. Пытались что-то сказать, но не могли. Или я не слышал. А еще я видел... Будущее, кажется. Поезда, которых еще нет. Составы странные, не похожие на наши. Быстрые, без паровозов и тепловозов. Летящие. Сколько это длилось, не знаю. Вечность или секунду. Потом туман рассеялся. Мы выехали. Все вернулось. Звуки, время, реальность. Но я помню. Частично. Обрывками. И это сводит с ума. Каждую ночь вижу заново. Тот туман, те лица, то место вне времени. Не могу больше. Прошу прощения у семьи. Подпись, дата».
Капица прочитал записку, передал Соколовой.
— Значит, память можно восстановить. Частично. Через сны, видения. Значит, информация не стирается полностью. Она где-то есть в подсознании.
Соколова изучила записку, задумалась.
— Можно попробовать гипноз или специальные препараты, вызвать контролируемые воспоминания у других пассажиров того поезда, узнать больше.
Капица согласился, но осторожно.
— Только добровольцы и под наблюдением. Не хочу еще самоубийств.
Нашли пятерых добровольцев из пассажиров поезда номер 122. Согласились участвовать в эксперименте за материальное вознаграждение и из любопытства. Эксперименты провели в ноябре-декабре 1968 года в специальной клинике под Москвой. Гипноз, регрессивная терапия, медикаментозная стимуляция памяти. Результаты потрясли. Четверо из пятерых вспомнили что-то. Обрывки, фрагменты, но похожие на рассказ Костина. Туман, зеленый, светящийся. Тишина полная. Ощущение, что время остановилось. Видение других людей. Лица, фигуры, застывшие в пространстве. Ощущение нахождения в нескольких местах одновременно. Раздвоение, расстройство восприятия. Странные образы. Поезда из будущего или прошлого, пейзажи незнакомые, объекты непонятные. И, самое важное, ощущение присутствия. Чего-то большого, невидимого, наблюдающего. Не враждебного, но равнодушного. Как будто они были насекомыми под микроскопом.
Соколова записала все показания, составила сводный отчет.
— Пациенты описывают состояние измененного сознания. Похоже на галлюцинации, но слишком согласованные. Все описывают схожие образы, ощущения. Полагаю, что внутри временной аномалии сознание функционирует иначе. Восприятие времени искажается. Возможно, человек видит не одно настоящее, а несколько. Прошлое, настоящее, будущее одновременно. Это может объяснить видение других поездов, других людей. Временная аномалия — не просто замедление времени. Это наложение разных моментов времени в одной точке пространства.
Фридман подхватил идею.
— Временная петля или узел. Место, где разные временные линии пересекаются. Поезд, попавший туда, оказывается одновременно в 1934, 1959, 1967 году. И, возможно, в будущих годах. Пассажиры видят отголоски других попаданий в эту петлю. Поэтому Костин видел машинистов из 30-х, 40-х. Они тоже попадали. Тоже были там.
— Но куда они делись потом? — спросила Королева. — Почему не вернулись?
Молчание. Никто не знал ответа.
---
В январе 1969 года группа Капицы получила доступ к еще более секретным материалам. КГБ рассекретило для них дела, о существовании которых раньше не знал никто, кроме узкого круга высшего руководства. Оказалось, исчезновения поездов были не единственными случаями временных аномалий на территории СССР. За период с 1920-х годов зафиксировано еще 43 случая аномалий, не связанных с железными дорогами. Самолеты, пропавшие на несколько часов, потом появившиеся. Корабли, исчезнувшие в море, обнаруженные через сутки в сотнях километров от курса. Воинские части, потерявшие связь на несколько минут во время учений. Геологические экспедиции, провалившиеся во времени на несколько дней. Всего 112 зарегистрированных случаев временных аномалий за 50 лет. 112. И это только те, что попали в официальные документы. Сколько осталось незафиксированными, неизвестно.
Капица составил полную карту аномалий, наложил все точки – железнодорожные, авиационные, морские, наземные. Получилась сеть. Зоны аномалий распределялись не хаотично, а по определенным линиям. Троицкий сравнил эту карту с геологическими данными. Линии аномалий совпадали с крупнейшими тектоническими разломами. Байкальский рифт, Уральский разлом, Кавказский разлом, разломы Средней Азии, Дальнего Востока.
— Земная кора немонолитна, — объяснял Троицкий на очередном закрытом семинаре. — Она состоит из плит, которые движутся, сталкиваются, раздвигаются. На границах плит разломы. Трещина глубиной десятки километров. В разломах происходят странные вещи. Магнитное поле там аномально. Выходят горячие газы из глубин, бьют термальные источники, случаются землетрясения. Но главное, там тонка граница между мирами, между временами. Разлом — это не просто трещина в камне, это трещина в ткани реальности.
Фридман развил мысль.
— Согласно некоторым теориям квантовой механики и космологии, наша Вселенная не единственная. Существуют параллельные миры, параллельные временные линии. Обычно они изолированы друг от друга. Но в некоторых местах, при определенных условиях, барьер истончается. Возникают окна, проходы. Тектонические разломы могут быть такими местами. Огромные массы породы, движущиеся, сталкивающиеся, это колоссальная энергия. Она может искривлять пространство-время локально, создавать временные туннели.
— Но почему периодически? — спросил Новиков. — Почему не постоянно?
— Потому что нужны триггеры, — предположил Троицкий. — События, которые запускают аномалию. Землетрясение, подземный толчок, выброс газов, изменение магнитного поля. Когда все факторы совпадают, открывается окно. Потом закрывается.
Капица принял решение организовать эксперимент. Попытаться намеренно вызвать временную аномалию. Контролируемо. В изолированных условиях. Выбрали место. Заброшенный участок железной дороги в Восточной Сибири, в районе озера Байкал. Там в 50-х годах исчезал товарный состав. Зона аномалий известна, картирована. Подготовка заняла три месяца. Построили экспериментальную установку. Мощные электромагниты, генераторы высокого напряжения, измерительные приборы, камеры наблюдения, защитный бункер для персонала. Идея. Создать искусственное электромагнитное поле высокой интенсивности в зоне естественной геомагнитной аномалии. Усилить естественный фон. Возможно, это спровоцирует открытие временного окна. Эксперимент назначили на 15 июня 1969 года. Участвовали 12 человек. Вся группа Капицы плюс технический персонал.
На участок путей поставили объект. Старый грузовой вагон, пустой, весом 20 тонн. Внутри установили датчики, камеры, хронометры. 15 июня в 10 часов утра начали эксперимент. Включили генераторы. Электромагниты создали поле интенсивностью в 50 раз выше земного. Мощность установки 3 мегаватта. Первые 10 минут — ничего. Приборы показывали только искусственное поле, никаких аномалий. На 11-й минуте начались изменения. Естественное магнитное поле Земли начало колебаться. Флуктуации нарастали. Датчики фиксировали скачки, то усиление, то ослабление. На 13-й минуте появилось свечение. Слабое, зеленоватое, вокруг вагона. Пульсирующее. Капица наблюдал из бункера через смотровое окно, защищенное свинцовым стеклом.
— Продолжаем. Фиксируем все.
Свечение усиливалось. Вагон начал дрожать. Словно вибрация шла изнутри. Контуры размывались, становились нечеткими. На пятнадцатой минуте вагон исчез полностью. Одно мгновение был, следующее — нет. На его месте осталось только свечение, яркое, пульсирующее. Белов кричал.
— Камеры! Внутри вагона! Связь потеряна! Сигнала нет!
Хронометры в бункере показывали нормальное время. Хронометры, установленные рядом с вагоном, за пределами зоны свечения, тоже шли нормально. Но хронометры внутри вагона молчали. Сигнала не было. Свечение существовало 3 минуты 42 секунды. Потом начало тускнеть, и вагон появился снова, резко, материализовался из ниоткуда.
Выключили генераторы. Подождали 10 минут, чтобы поле рассеялось. Потом вышли из бункера, подошли к вагону. Внешне, без изменений. Тот же старый грузовой вагон, ржавый, потрепанный, но внутри... Хронометры показывали время на 3 минуты 40 секунд меньше, чем снаружи. Разница соответствовала времени исчезновения. Камеры записали видео, просмотрели. На пленке пустота. Три минуты сорок две секунды черного экрана. Камера работала, снимала, но снимала темноту. Полную. Как будто вагон находился в абсолютной тьме. Но на последних секундах записи, перед появлением, мелькнуло что-то. Неясное, размытое. Форма или фигура. Или тень. Прокрутили несколько раз, замедлили. Действительно, на пленке видно, на доле секунды в темноте появился силуэт. Человеческий. Или что-то другое. Неясно. Качество записи плохое, размыто.
Датчики внутри вагона зафиксировали аномалии. Температура упала до минус 80 градусов за секунду, потом вернулась к норме. Атмосферное давление снизилось до нуля. Вакуум. Потом восстановилось. Радиация подскочила в сто раз, потом нормализовалась. Гравитация колебалась. От минус 50% до плюс 200%.
— Это невозможно, — говорил Белов, изучая данные. — Такие условия несовместимы с жизнью. Если бы там был человек, он бы умер мгновенно.
— Но вагон цел, — возразил Троицкий. — Металл не деформирован. Значит, условия были, но кратковременно. Или в другой реальности. Вагон был здесь физически, но не здесь темпорально.
Провели еще три эксперимента в июле, августе, сентябре. Каждый раз результат схожий. Объект исчезал на несколько минут, попадал в зону с экстремальными условиями, потом возвращался. Но в четвертом эксперименте, 23 сентября, случилось непредвиденное. Использовали тот же вагон, но на этот раз внутрь поместили живой объект, собаку. Дворняжку по кличке Лайка, 3 года, здоровую, привитую. В специальном защитном контейнере с системой жизнеобеспечения, датчиками пульса, дыхания, температуры тела. Включили установку. Вагон исчез на 4 минуты 18 секунд. Потом появился. Вскрыли контейнер. Лайка жива, но странная. Сидит неподвижно, смотрит в одну точку. Не реагирует на голоса, на прикосновения. Дыхание ровное, пульс нормальный, но поведение аномальное. Ветеринар Сергей Павлович Ковалев, 41 года, осмотрел собаку.
— Физически здорова, но психически не знаю. Это похоже на кататонический ступор или глубокий шок. Она видела что-то, что-то, что сломало ее психику.
Лайку увезли в ветклинику. Наблюдали неделю. Состояние не улучшалось. Собака отказывалась от еды, не спала, не двигалась. Просто сидела, глядя в пустоту. На восьмой день Лайка умерла. Остановка сердца. Вскрытие показало. Сердце здоровое, никаких патологий. Умерла без видимой причины. Как будто просто перестала жить. Соколова, изучив данные, сказала:
— Психогенная смерть. Такое бывает у людей в состоянии крайнего стресса или ужаса. Организм просто отключается. Лайка видела нечто, с чем ее мозг не смог справиться. И она сдалась.
Больше экспериментов с живыми объектами не проводили. Слишком опасно.
А в октябре 1969 года произошло событие, которое заставило пересмотреть всю программу. 21 октября на том же участке железной дороги, где проводили эксперименты, произошла спонтанная аномалия без искусственного стимулирования, сама по себе.
Группа Капицы находилась на базе в 10 километрах. Датчики, оставленные на месте, зафиксировали резкий скачок магнитного поля. Автоматическая сигнализация сработала, вой сирены, мигание красных огней. Все выскочили, побежали к машинам, добрались до места за 20 минут. Аномалия еще продолжалась. Свечение, огромное, в десятки раз ярче, чем при экспериментах. Площадь около ста метров в диаметре, высота метров двадцать. Столб зеленого света, бьющий в небо. Воздух дрожал. Гул стоял такой, что закладывало уши. Земля вибрировала под ногами.
И внутри свечения объекты. Множество. Парящие, вращающиеся, появляющиеся и исчезающие. Вагоны, паровозы, куски рельсов, обломки. Все то, что исчезало здесь за десятилетия. И люди, фигуры, силуэты, застывшие в воздухе. Десятки, может сотни. Капица смотрел, не веря глазам.
— Это все они. Все, кто пропал. Все поезда. Все пассажиры. Они там, в петле. Застряли во времени.
Троицкий снимал на камеру. Руки дрожали.
— Надо спасать. Надо вытаскивать.
— Как? — крикнул Белов. — Туда нельзя. Смертельно.
Но один из техников, Алексей Николаевич Морозов, 32 лет, молодой, горячий, не выдержал. Схватил страховочный трос, обвязался, побежал к свечению. Капица кричал:
— Стой! Вернись! Это приказ!
Но Морозов не слушал. Добежал до края свечения, шагнул внутрь и исчез мгновенно. Трос повис в воздухе обрезанный. Конец оплавлен, словно лазером. Стояли ошеломленные, не понимая, что делать. Свечение продолжалось еще семь минут. Потом начало тускнеть. Объекты внутри исчезали один за другим. Фигуры растворялись. Через десять минут все погасло. Остались только дымящиеся круги на земле, оплавленные камни, запах озона. Морозова не было. Ни на месте, ни вокруг. Искали трое суток. Прочесали территорию в радиусе 10 километров. Не нашли. Исчез.
Капица доложил в Москву. Описал случившееся. Потребовал закрыть программу.
— Мы не понимаем, с чем имеем дело. Это не просто временные аномалии. Это ловушки. Петли. Люди попадают туда и застревают. Возможно, навсегда. Продолжать эксперименты опасно. Рекомендую прекратить.
Ответ пришел через неделю. Программа заморожена. Исследования приостановлены до дальнейших указаний. Материалы засекретить, персонал распустить. Группу Капицы расформировали в ноябре 1969 года. Ученых распределили по разным институтам в разные города. Запретили контактировать друг с другом. Взяли подписки о неразглашении. Оборудование демонтировали. Базу ликвидировали. Участок железной дороги, где проводились эксперименты, официально закрыли. Списали на обрушение мостов, размыв путей. Материалы исследований, тысячи страниц отчетов, фотографий, видеозаписей, анализов, упаковали в ящики, опечатали, отправили в спецхранилище КГБ. Гриф «Совершенно секретно. Хранить вечно».
Петр Леонидович Капица продолжил работу в Академии наук, но в других проектах. Умер в 1984 году от инфаркта. Перед смертью передал коллеге, профессору Андрею Дмитриевичу Сахарову, запечатанный конверт с наказом. «Вскрыть после моей смерти. Опубликовать, если будет возможность». Сахаров вскрыл конверт, прочитал. Внутри краткое резюме всех исследований группы и письмо:
«Андрей Дмитриевич, если вы читаете это, значит меня уже нет. Хочу, чтобы вы знали правду о том, над чем мы работали. Временные аномалии существуют. Это не фантастика. Мы доказали экспериментально. Люди попадают в петли времени, застревают там, теряют память или жизнь. Мы не смогли объяснить природу этого явления полностью, но мы знаем, что оно опасно. И что оно может использоваться военными, спецслужбами, для оружия, для контроля. Представьте, противника можно отправить во временную петлю. Он исчезнет, не оставив следов. Или целую армию, или город. Открыть аномалию в нужном месте, в нужное время, и враг стерт из реальности. Я боюсь, что наши исследования будут использованы именно так. Поэтому я настаивал на закрытии программы. Но уверен, ее продолжили. Тайно, под другим названием. Если когда-нибудь появится возможность... Расскажите людям правду. Они должны знать, чтобы быть готовыми, чтобы не повторить наших ошибок».
Сахаров сохранил письмо. Но опубликовать не смог. Цензура была жесткой. Любое упоминание секретных программ каралось. Кедров умер в 71-м от рака. Фридман в 75-м. Автокатастрофа, признанная несчастным случаем. Троицкий в 79-м. Утонул в Байкале при невыясненных обстоятельствах. Королева в 80-м. Инсульт. Белов в 83-м. Инфаркт. Из 12 членов группы Капицы до 90-х годов дожило только трое. Новиков, Соколова и один из техников.
В 1992 году, после распада СССР, когда многие архивы начали рассекречивать, я получил доступ к материалам группы Капицы. Работал в архиве, изучал документы по истории советской науки. Случайно наткнулся на упоминание лаборатории номер 17. Заинтересовался. Запросил дело. Получил отказ. Материалы засекречены. Но я не отступил. Написал запросы в разные инстанции. Через полгода получил частичный доступ. К некоторым документам, не самым секретным. Прочитал, не поверил. Временные аномалии? Поезда-призраки? Люди, застрявшие во времени? Звучало как фантастика. Но документы были настоящие. Подписи, печати, фотографии, графики. Все подлинное.
Я нашел Новикова. Он жил в Москве, на пенсии, 73 года. Согласился встретиться, поговорить. Рассказал все. Подтвердил. Документы правдивы. Группа существовала. Исследования проводились. Результаты получены.
— Но почему это засекретили? — спросил я.
— Потому что опасно, — ответил Новиков. — Опасно знать. Опасно использовать. Представьте, что будет, если люди узнают. В некоторых местах можно провалиться во времени, исчезнуть. Паника, страх. Никто не поедет на поездах, не полетит на самолетах. А если узнают военные, другие страны? Гонка вооружений, временное оружие. Это хуже ядерного.
— Но люди имеют право знать.
— Может быть. Но вы готовы взять ответственность, опубликовать это, понимая последствия?
Я задумался. Не знал ответа.
Новиков достал из ящика стола папку, потрепанную, пожелтевшую.
— Это копии некоторых документов. Я сохранил. На случай, если когда-нибудь правда понадобится. Берите. Изучайте. Но будьте осторожны.
Я взял папку. Изучал месяцами. Копировал, фотографировал, составлял схемы. И обнаружил то, о чем Капица не писал в официальных отчетах. То, что он записал только в личном дневнике, который Новиков тоже сохранил. Аномалии не прекратились после закрытия программы. Они продолжались. Продолжаются до сих пор. За период с 1970 по 2005 год, по неофициальным данным, произошло еще 32 случая временных аномалий на транспорте в России и странах бывшего СССР. Поезда, самолеты, корабли. Исчезают на несколько минут или часов. Потом появляются. Пассажиры ничего не помнят. Официально эти случаи объясняются техническими сбоями, ошибками навигации, сбоями связи. Но те, кто знает, понимают. Это аномалии. Те самые.
И самое страшное, случаи учащаются. Раньше было 1-2 аномалии в год. Сейчас 5-6. График экспоненциальный. Новиков показал мне расчеты. Если тенденция сохранится, к 2030 году аномалий будет десятки в год, к 2050 – сотни.
— Почему они учащаются? — спросил я.
— Не знаю. Может, естественные геофизические циклы, может, деятельность человека. Мы слишком много вмешиваемся в недра Земли, бурим, взрываем, строим. Может, это дестабилизирует разломы, открывает окна, или, может, это сигнал, предупреждение, что-то меняется в планете, во времени, и аномалии – симптом.
В 2003 году я попытался опубликовать статью в научном журнале о временных аномалиях, основываясь на рассекреченных документах. Статью отклонили. Редактор позвонил лично.
— Извините, но мы не можем это напечатать. Это чувствительная тема. Вам советуют не продолжать.
Через неделю ко мне пришли. Двое в штатском. Представились сотрудниками ФСБ. Вежливые, корректные. Попросили не публиковать материалы. В интересах национальной безопасности. Я не публиковал. Испугался. Заморозил исследование.
Но в 2023 году Новиков умер. Перед смертью позвонил, попросил приехать. Я приехал. Он лежал в больнице, подключенный к аппаратам. Слабый, но в ясном уме.
— Расскажите, — прохрипел он. — Когда я умру. Когда меня уже не будет. Расскажите людям. Они должны знать. Не все детали, не все опасности, но суть. Что времени не существует так, как мы думаем. Что оно хрупкое. Что можно провалиться. Что нужно быть осторожными.
Он умер на следующий день. И я решил рассказать...