За два года войны в Афганистане на счету подполковника запаса Рауфа Аюповича Садыкова более 200 обнаруженных и уничтоженных мин. А за шесть месяцев в зоне СВО и того больше.
Семейная традиция
Стать военным Рауф решил по примеру своего отца, который в 1942 году после окончания Тюменского военного пехотного училища два года воевал на фронтах Великой Отечественной войны. Продолжая традицию, он в 1979 году поступил в ТВВИКУ и через четыре года, перед выпуском, на мандатной комиссии попросил направить его в Афганистан, где уже третий год шла война. Но вопреки устремлениям молодого лейтенанта, службу ему пришлось начинать на Дальнем Востоке. Тогда многие офицеры от командиров взводов и рот отправлялись в Афганистан добровольно, а некоторые даже просили свое командование продлить командировку еще на пару лет. Перед отправкой в Афганистан Рауф прошел горную подготовку в Армении.
Досье
Рауф Садыков окончил ТВВИКУ. В Афганистане вместе с подчиненными он минировал караванные тропы, искал источники питьевой воды и вел разведку дорог в авангарде продвижения наших войск. В ноябре 1985 года участвовал в захвате крупной базы моджахедов. За три дня тяжелых боев в провинции Нангархар он вместе с бойцами смог обследовать и пройти 12 километров сложной заминированной территории. Летом 1987 года в отряде обеспечения движения на протяжении 300 километров он провел за собой колонну бронетехники по узкой горной дороге между Таджикистаном и Китаем.
За проявленное мужество при выполнении боевых задач Рауф Садыков награжден орденом Красной Звезды и орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах» III степени.
После Афганистана он продолжил службу на Дальнем Востоке, ликвидировал последствия землетрясения в армянском городе Спитак, служил в Западной группе войск (Германия), в 1999 году уволился в запас в звании подполковника и вернулся в Тюмень, где более двадцати лет проработал в региональном управлении службы судебных приставов. В начале июня 2022 года вышел в отставку.
Путь на СВО с «гуманитарки»
Его сын Ильяс служил в первом Севастопольском полку Таманской дивизии и, подписав контракт, стал участником СВО. Был снайпером в разведроте, а в конце марта 2022 года попросил отца прислать в часть необходимые материалы и обмундирование. Бойцам требовались мотопилы, полевая военная форма, комбинезоны, постельное и нательное белье.
С 2022 по 2023 год Рауф сам и с помощью активистов общественной организации «Боевое братство» собирал и отвозил гуманитарную помощь, трижды побывал на Донбассе, а в марте 2025-го сам решил отправиться на специальную военную операцию. В военкомате ему рекомендовали взять отношение в части, где нуждаются в его помощи и содействии. Уже служившие на Донбассе друзья позвали с собой. По их словам, там море работы для саперов. Отступая из населенных пунктов, выбитые из них нацисты минировали всю округу. Свое резюме и документы Рауф отправил в воинскую часть с дислокацией в Херсонской области и потом приехал к месту службы.
С кем воюем
С марта по сентябрь прошлого года Рауф Аюпович под обстрелами проработал в Херсонской области. Его задача – идентифицировать обнаруженную саперами находку. Найденные мины его группа в основном уничтожала накладными зарядами. Пока одни парни его «группы гуманитарного разминирования» чистили местность от взрывоопасных предметов, другие стерегли небо и отстреливались от налетавших дронов противника.
По словам нашего героя, противник хитер и хорошо подготовлен. Его инструкторы по саперному делу – в основном профессиональные военные из Канады. В военно-инженерной школе, созданной на базе расформированного Каменец-Подольского военного училища, они готовили сержантский состав саперов. А офицеров – в США, Канаде и европейских государствах, где им прививали еще пущую ненависть к России. В рамках «миротворческих сил» ООН украинцы под присмотром американцев набирались боевого опыта в Ираке, Афганистане и практически за несколько лет успели «наточить зубы».
По интенсивности и применению огневой мощи боевые действия на Донбассе сильно отличаются от войны в Афганистане. Одно дело гоняться за бандформированиями, как это было в Афганистане, Чечне и Сирии, а другое – воевать против какой-никой, но регулярной армии. Да еще при финансовой и военной поддержке Запада.
– Обстановка была очень сложной. Мы научились противостоять хваленым «Джевелинам» только к началу 2023 года. Броню танков и башни стали обкладывать запасными траками, а потом приспособились устанавливать поверх бронетехники противодроновые «мангалы» и «ежики» из расплетенных стальных тросов, КамАЗы же обвешивали деревянными поддонами из-под строительных материалов, – вспоминает Рауф Аюпович.
Жутко промытые мозги
Он утверждает, что мы воюем с такими же славянами, как и мы, только с промытыми напрочь мозгами. Они изобретательны и думают на русском. Например, одиозный мариупольский «Азов» (запрещен в РФ) на 85% состоял из русскоязычных боевиков, совершенно не говоривших на украинском.
– А своих детей укронацисты воспитывают в злобе ко всему русскому. Мне рассказывали местные жители, что дело доходило до того, что на уроках труда пятиклассников заставляли готовить начинку для самодельных взрывных устройств из болтов и шариков от подшипников, склеенных «скотчем». На слуху даже комичный случай, когда раненого матерого бандеровца привезли на лечение в Израиль. За ним ухаживала медсестра украинского происхождения. Тот за всё время не произнес ни одного слова на украинском языке, и девушка написала на него донос, подумав, что это засланный русский шпион, – рассказывает Садыков.
Неизменная система
Враг постоянно совершенствуется, но система подрыва мин остается неизменной – замыкание двух полупроводников. Обнаруженные на земле неестественные предметы таЯт опасность. Даже торчащая из земли обыкновенная столовая вилка может быть составляющей коварной мины.
На Донбассе много иностранных мин-ловушек, которые взрываются на расстоянии даже около пяти-шести метров от идущего человека. В этом случае заряд срабатывает на датчик движения, но есть мины и с сейсмодатчиками, взрывающиеся от сотрясения грунта при движении тяжелой техники, а также датчики цели, как в домашнем лифте. Стоит попасть бойцу в створ невидимых лучей, как происходит замыкание контактов мины и взрыв.
Ангел-хранитель
– Искать мины нам помогал мини-дрон «Мавик» с тепловизором и прибором ночного видения. Он настоящий помощник и ангел-хранитель саперов. Отправляясь на очистку местности, мы подвешивали к нему мощный магнит или ленту из алюминиевой фольги и запускали в заданном направлении. Пролетая низко над землей, дрон приводит к самоподрыву заточенные на движение противопехотные мины, – рассказывает ветеран.
Любопытным способом саперы при помощи «Мавика» с тепловизором вычисляют и тщательно замаскированные металлические мины. За день они нагреваются и даже вечером источают тепло, по которому их распознает наш дрон. Утром же нагревается поверхность земли, а мины остаются пока холодными и обнаруживаются по той же схеме, но на фоне прогретой земли. Но потом враг додумался прятать мины в пластиковые термопакеты для продуктов и присыпать грунтом.
Рауф Аюпович считает, что несмотря на все усилия Запада, мы покончим с неофашизмом на Украине и Победа обязательно будет за нами.
Справка
«Мавик» – один из самых популярных гражданских квадрокоптеров, которые массово переоборудуются под военные нужды. Он прост в сборке и применении. Основная его функция на поле боя – разведка и наблюдение. Разведчик Mavic с тепловизором и прибором ночного видения – самый распространенный дрон на фронте.
Виталий ЛАЗАРЕВ