Начиная с выходных, я начала волноваться. 19 февраля нужно идти снимать гипс. А я понятия не имею, ни что меня ожидает, ни как это будут делать!
Вечером в воскресенье случайно встала на правую ногу. В «сломанной косточке» появилась боль. Затем стопа стала пульсировать. Соответственно, мне пришлось лезть в Интернет, чтобы проверить, всё ли со мной в порядке? Не говорят ли эти ощущения о том, что кость не срослась? Вроде нет. Действительно ли я первое время буду чувствовать похожую пульсацию во время ходьбы, пока нога не привыкнет к нагрузке? Вроде да.
Казалось бы, информацию была обнадёживающая, но без контрольного рентгена я предпочла ничего не загадывать.
Хватало мыслей о том, как я доберусь до поликлиники (придётся замотать ногу чем-то тёплым и надеть сверху бахилы) и не страшно ли снимать гипс?
Пока я сообразила, что безопасная для кожи осцилляторная пила мне не грозит, прошла, кажется, целая вечность.
Во время наложения гипса я за процессом не наблюдала, так как висела на телефоне, вызванивая родителей, а потом… целый месяц боялась лишний раз трогать ногу/было, чем заняться с этими костылями и до последнего не понимала, как именно она иммобилизована.
Оказалось, что верхняя часть повязки у меня мягкая. Так что её, скорее всего, разрежут ножницами, а гипс аккуратно снимут.
Что привело меня к новым мыслям о том, что мы под ним обнаружим!
С гипсом я вела более-менее нормальный образ жизни (разве что на улицу не выходила). Из-за чего к ночи правая нога у меня стабильно отекала. Начиная со второй недели, два-три раза в день я дела компрессионный массаж на массажном кресле, но это не сильно помогало. Отёк спадал сам, за ночь. Стопу я почти не чувствовала. Что меня, скорее, радовало, чем огорчало. Так как предполагалось, что там есть ещё и свой собственный отёк, фиксирующий сломанную кость.
К четвёртой неделе чувствительность вернулась. Из-за чего я даже подумала, что первый травматолог из Автозаводского травмпункта был, похоже, ближе всех к истине, когда сказал, что с гипсом мне придётся ходить три недели. Травматолог же из поликлиники поставил срок в календарный месяц, и это было уже чересчур. Так как вместе с чувствительностью мы начали потеть, зудеть и чесаться, и чем дальше, чем больше. К пятой неделе я даже спать толком перестала, так как стабильно просыпалась каждый раз, когда согревалась от того, что под повязками у меня как будто что-то раздирало.
Правда, совсем к утру становилось легче. Из-за чего я бросала думать, будто у меня там болячки. Но ближе к вечеру, когда нога опять отекала, и кожа начинала втираться в гипс, возвращалась к ним.
Немного страшно снимать гипс, так как боюсь увидеть кожу. И очень хочется уже, наконец, там всё промыть, залечить и смазать. И очень страшно, что скажут «кость не срослась», и нужно всё начинать заново.