Свердловский бизнес прожил непростой 2025 год. Казалось бы, предприниматели уже привыкли работать в условиях турбулентности, но цифры, которые озвучила региональный бизнес-омбудсмен Елена Артюх, заставляют присмотреться к ситуации внимательнее. Отчитываясь перед областными депутатами, она привела статистику, которая рисует довольно тревожную картину: представители малого и среднего бизнеса оказались зажаты между падающим спросом и растущей налоговой нагрузкой. И самое показательное — количество предпринимателей, которые всерьёз рассматривают вариант поставить точку в своей деятельности, существенно выросло. О чём говорят эти сигналы и что стоит за сухими процентами отчётов — разбираемся в нашем материале.
Экономические качели всегда больно бьют по предпринимательской инициативе. Но когда статистика показывает двукратный рост пессимизма всего за один год, это повод говорить не просто о сложностях, а о системном сдвиге в настроениях бизнеса. Ведь желание закрыть предприятие — это крайняя мера, решение, которое созревает не вдруг. Ему предшествуют месяцы борьбы с обстоятельствами, поиска ресурсов и надежды на то, что «завтра станет легче». Однако данные за 2025 год свидетельствуют: надежд у свердловских бизнесменов поубавилось.
Рекордное падение спроса: почему покупатели перестали тратить
Первая и, пожалуй, самая болезненная точка — это спрос. Почти 63% предпринимателей Свердловской области пожаловались на его падение по итогам 2025 года. Сравните с 2024-м, когда о нехватке покупателей говорили 34% опрошенных. Разница колоссальная: количество недовольных спросом выросло практически вдвое.
Что это значит на практике? Это не просто строчка в отчёте. Это пустующие торговые залы, склады, забитые нереализованным товаром, и невозможность платить по счетам, потому что выручка тает на глазах. Предприниматели, с которыми мы общались неофициально, описывают ситуацию так: «Раньше клиенты думали, купить или не купить, а сейчас они просто не приходят». В этой фразе — суть происходящего. Покупательская способность населения сжимается, люди переходят в режим жёсткой экономии, отказываясь от всего, что не входит в категорию жизненно необходимого. И под удар попадают все: от небольших кафе и магазинов одежды до компаний, предоставляющих услуги.
Почему так произошло? Эксперты связывают это с общей макроэкономической неопределённостью и инфляционными ожиданиями. Люди, опасаясь роста цен, тратят деньги здесь и сейчас только на товары первой необходимости, откладывая крупные покупки или инвестиции в услуги на неопределённое будущее. Для бизнеса это формирует «идеальный шторм»: издержки растут, а доходы — падают.
Торговля и услуги под ударом
Падение спроса бьёт по разным секторам по-разному, но равнодействующая одна — сокращение маржинальности. Если ещё вчера предприниматель мог позволить себе демпинговать ради привлечения клиента, то сегодня демпинг означает работу в минус. Представьте владельца небольшой кофейни. Аренда выросла, зёрна подорожали, а посетитель вместо привычного латэ берёт самый дешёвый американо и сидит с ним час. Или строительную компанию: частные заказы на ремонт замерли — люди предпочитают не влезать в долги, а жить со старыми обоями.
Именно массовое ощущение невозможности заработать и толкает предпринимателей к мысли о сворачивании деятельности. Ведь бизнес — это всегда про будущее. А когда будущее не сулит ничего, кроме борьбы за выживание с каждым новым клиентом, мотивация «держаться до последнего» иссякает.
Налоговый пресс: нагрузка, которую сочли непомерной
Вторая проблема, которая напрямую коррелирует с желанием закрыть предприятие, — это налоги. Цифры здесь ещё более красноречивы, чем в случае со спросом.
В 2025 году 55% свердловских предпринимателей заявили, что налоговая нагрузка на их бизнес слишком высока. Годом ранее таких было 36%. Прирост в 19 процентных пунктов за один отчётный период — это не просто рост недовольства, это тектонический сдвиг в восприятии фискальной политики.
Любопытная деталь: обычно предприниматели довольно сдержанно оценивают налоговый пресс, списывая его на неизбежные издержки ведения дел. Но когда больше половины игроки рынка в один голос заявляют о чрезмерности налогов, это сигнал для регуляторов. Фактически бизнес говорит: «Дальше так работать нельзя, мы задыхаемся».
Изменения в системе и реакция бизнеса
С чем связан такой резкий скачок? Во-первых, с изменением порогов для применения специальных налоговых режимов. Многие компании, которые привыкли работать на упрощёнке, столкнулись с необходимостью перехода на общую систему налогообложения с НДС. Для малого бизнеса, где бухгалтерия часто ведётся «на коленке» или с помощью простых онлайн-сервисов, появление НДС — это катастрофа. Это не только дополнительные 20% к цене (которые нельзя предъявить покупателю, и так экономящему каждую копейку), но и чудовищная бюрократическая нагрузка: сдача деклараций по НДС, ведение книги покупок и продаж, работа с счетами-фактурами.
Во-вторых, выросла кадастровая стоимость недвижимости, а вслед за ней — и налог на имущество. Для предприятий, которые владеют собственными помещениями, это стало неприятным сюрпризом. Расходы выросли, а компенсировать их повышением цен в условиях падающего спроса невозможно — уйдёшь с рынка ещё быстрее.
Замкнутый круг? Именно так. Предприниматель оказывается в ловушке: доходы падают, а налоги — растут. И даже если абсолютные цифры налогов не так велики, их доля в структуре себестоимости становится угрожающей. Именно поэтому 55% опрошенных ставят налоговую нагрузку во главу угла своих проблем.
Кадровый голод отступил? Неожиданный поворот
Среди мрачной статистики нашлось одно любопытное исключение. Жалоб на отсутствие квалифицированных кадров в 2025 году стало меньше. Если в 2024-м об этой проблеме говорили 46% предпринимателей, то по итогам 2025-го — только 34%.
Почему так произошло? Неужели рынок труда вдруг насытился профессионалами? Вряд ли. Скорее всего, дело в другом. В условиях падения спроса и сжатия бизнеса потребность в найме новых сотрудников объективно снижается. Предпринимателям сейчас не до расширения штата — они думают, как сохранить текущий костяк.
Кроме того, высокая ключевая ставка и сложности с кредитованием заставляют бизнес замораживать инвестиционные проекты, под которые как раз и требовались новые квалифицированные кадры. Если ты не открываешь новый цех и не запускаешь новую линейку продуктов, тебе не нужен новый технолог или маркетолог. Получается, что кадровая проблема ушла на второй план не потому, что она решена, а потому, что появились более острые вопросы — выживания.
Портрет обращения: на что жалуются чаще всего
Цифры общего настроения подкрепляются и конкретной работой аппарата омбудсмена. В 2025 году в приёмную Елены Артюх поступило около 3 тысяч обращений. Это огромный пласт информации о том, с чем именно свердловский бизнес не может справиться своими силами и идёт за защитой.
Список проблемных зон выглядит следующим образом:
- Земля и имущество. Эта сфера традиционно занимает первое место по количеству жалоб. И это не случайно. Вопросы аренды, выкупа земельных участков, оформления прав на недвижимость, споры с муниципалитетами по поводу использования территорий — здесь кроется огромное поле для конфликтов. «По ряду споров мы успешно защищали представителей бизнеса», — отметила Артюх, подчеркнув, что борьба за имущественные права остаётся ключевым фронтом работы.
- Правоохранительная система. Второе место по популярности — жалобы на работу силовиков. Это могут быть и вопросы необоснованного, по мнению предпринимателей, уголовного преследования, и давление в ходе проверок, и длительные процессуальные действия, которые фактически парализуют работу компании.
- Госконтроль и надзор. Замыкает тройку лидеров взаимодействие с надзорными органами. Несмотря на объявленный мораторий на некоторые виды проверок, бизнес продолжает испытывать административное давление. Пожарные, трудовые инспекции, Роспотребнадзор — любое их внимание может обернуться штрафами и предписаниями.
Интересно, что структура жалоб остаётся довольно стабильной год от года, но общий тон обращений, судя по комментариям омбудсмена, становится более тревожным. Предприниматели идут не за консультацией, а за спасением.
От слов к цифрам: динамика предпринимательской активности
На фоне всего этого тревожного фона есть и статистические данные, которые на первый взгляд выглядят оптимистично. Елена Артюх уточнила, что в регионе действует около 220 тысяч субъектов предпринимательства, что на 6,5 тысячи больше, чем в прошлом году. А количество самозанятых и вовсе перевалило за 470 тысяч человек.
Но здесь важно понимать структуру этого роста. Увеличение числа субъектов МСП и самозанятых — это общероссийский тренд, во многом связанный с простотой регистрации и переходом части занятых из «серой» зоны в легальное поле. Однако качественный состав этого сектора меняется.
Самозанятость часто становится не столько бизнесом в классическом смысле, сколько способом выживания для людей, потерявших работу или желающих подработать. Это очень мобильная и уязвимая категория. Многие из этих 470 тысяч человек — курьеры, репетиторы, мелкие мастеры по ремонту. Их доходы нестабильны, и при ухудшении экономической ситуации они первыми уходят в тень или просто прекращают деятельность.
Что касается роста числа юрлиц и ИП (на 6,5 тысячи), то здесь свою роль мог сыграть эффект «низкой базы» и различные программы поддержки. Но главный вопрос не в том, сколько открылось, а в том, сколько закрылось или находится на грани. И вот тут-то мы и возвращаемся к главному тезису: количество желающих закрыть предприятие в Свердловской области выросло. То есть приток новых игроков (часто вынужденных) сопровождается оттоком или стагнацией старых, опытных, которые не выдерживают давления.
Что в сухом остатке
Итак, перед нами картина, полная противоречий. Количество субъектов бизнеса формально растёт, но настроения внутри этого сообщества стремительно ухудшаются. Падение спроса и налоговая нагрузка стали главными факторами, заставляющими предпринимателей задуматься о сворачивании дел. Проблема кадров отошла на второй план, но не потому, что она решена, а потому, что бизнесу сейчас не до развития — нужно выживать.
Цифры, озвученные бизнес-омбудсменом, — это не просто статистика для депутатского отчёта. Это крик о помощи, который властям региона и страны точно не стоит игнорировать. Ведь рост числа желающих закрыть предприятия в Свердловской области — это индикатор усталости предпринимательского сообщества. Если сегодня они думают о закрытии, то завтра они могут просто исчезнуть, оставив после себя пустые витрины, безработицу и снижение налоговых поступлений в бюджет. И тогда уже никакой прирост самозанятых ситуацию не спасёт. Бизнесу нужна не просто пауза, а внятные сигналы о том, что его слышат и готовы создавать условия для работы, а не для выживания.