В историю принято вписывать победителей. Мы знаем имена конструкторов, чьи танки тысячами сходили с конвейеров и решали исход величайших битв. Но есть в истории техники проекты, которые так и остались на бумаге. Они не спасали Родину на полях сражений, но если присмотреться, их гениальность поражает куда сильнее, чем прославленные серийные машины. Именно таким был проект «Бронехода», созданный Василием Дмитриевичем Менделеевым — человеком, чья фамилия навеки связана с химией, но чья собственная судьба оказалась трагически забыта.
Пока весь мир считает «пионерами» танкостроения англичан, представивших свою машину в 1916 году, на чертежных столах в Санкт-Петербурге уже пять лет лежал проект, превосходивший британские «ромбы» по всем мыслимым параметрам. Это была не просто боевая машина — это был вызов времени, брошенный гениальным одиночкой. Как сложилась судьба этого сверхоружия и почему прах его создателя до сих пор не обрел покоя?
Сын своего отца: Корабельный инженер на суше
Василий Менделеев родился в 1886 году и был младшим сыном Дмитрия Ивановича Менделеева от его второго брака с Анной Ивановной Поповой . Генетика — штука упрямая: от отца Василий унаследовал не только пытливый ум, но и страсть к конструированию, а также невероятную работоспособность. Однако вместо химии он выбрал кораблестроение, окончив в 1906 году Кронштадтское морское инженерное училище .
Морская тематика стала его судьбой на долгие годы. Он проектировал подводные лодки, минные заградители, работал над двигателями на Балтийском и Невском заводах. Одна из сконструированных им мин позже сыграла важную роль в обороне Петрограда . Казалось бы, карьера кораблестроителя предопределена. Но инженерная мысль Менделеева-младшего искала выхода. Наблюдая за ростом военной напряженности в Европе и анализируя опыт русско-японской войны, он пришел к парадоксальному выводу: будущее — за сухопутными броненосцами. Так в 1911 году, задолго до появления первых танков на полях сражений, началась работа над проектом, который войдет в историю как «Танк Менделеева» .
«Бронеход», которого никто не ждал
Василий Дмитриевич трудился над своим проектом в одиночку, в свободное от основной работы время, вдохновляясь опытом военного кораблестроения. И когда 24 августа 1916 года он принес в Военное министерство объемистую пояснительную записку и детальные чертежи, чиновники, вероятно, испытали шок . Перед ними лежал не любительский набросок, а инженерный труд высочайшего уровня с расчетами веса, проходимости, внутреннего размещения и даже спецификацией. Сам изобретатель называл свое детище скромно — «Бронированный автомобиль» .
То, что он предлагал, больше напоминало плавающую крепость, чем танк в привычном понимании. Представьте себе махину весом более 170 тонн (для сравнения: первые английские танки Mk I весили около 28 тонн) . Лобовая броня достигала 150 мм — это уровень тяжелых танков Второй мировой войны, которые появятся через 30 лет. Такая защита делала машину практически неуязвимой для артиллерии того времени. Корпус собирался клепкой по корабельной технологии, с использованием шпангоутов .
Настоящим «сюрпризом» для гипотетического противника стала бы 120-мм морская пушка Канэ, способная превратить любой дот или укрепление в руины с дистанции, недосягаемой для ответного огня . Боекомплект в 51 выстрел подавался к орудию по монорельсу с пневматическим приводом, что обеспечивало приличную скорострельность. Венчала конструкцию пулеметная башенка кругового вращения, которая в походном положении убиралась внутрь корпуса .
Однако главное в этом проекте — даже не броня и пушка. Главное — инженерный гений, заглянувший на десятилетия вперед.
Гениальные прозрения: То, что стало реальностью лишь через полвека
Проект Менделеева был буквально нашпигован техническими решениями, которые опередили не только Первую, но и Вторую мировую войну.
Пневматическая подвеска и регулируемый клиренс
Василий Менделеев предложил то, что мы сейчас называем «активной подвеской». С помощью сжатого воздуха танк мог изменять дорожный просвет от максимального до нуля . Зачем? Во-первых, чтобы при движении по рыхлому грунту «полуприсесть», снизив давление. Во-вторых, и это самое гениальное, для стрельбы. При выстреле из мощного орудия корпус предлагалось полностью опускать на грунт. Это разгружало хрупкую ходовую часть от чудовищной отдачи и превращало танк в абсолютно устойчивую платформу. Идея опускания корпуса на грунт для стрельбы была реализована немцами только в 1942 году в мортире «Тор» .
Четыре поста управления
Менделеев заложил в конструкцию четыре поста управления . Это означало, что любой член экипажа из 8 человек мог взять на себя управление в случае ранения или гибели водителя. До такого уровня эргономики и живучести мировое танкостроение дорастет только к концу Второй мировой.
Пневматические сервоприводы
Управлять 170-тонной махиной с механической трансмиссией — задача для былинного богатыря. Менделеев понимал это и спроектировал систему пневматических усилителей (сервоприводов) для фрикционов, коробки передач и даже для натяжения гусениц. Он также оснастил пневматикой механизм подачи снарядов . Сжатый воздух должен был стать «кровью» этой машины, облегчая работу экипажа. В серийных танках гидравлические и пневматические сервоприводы появятся лишь на заре холодной войны.
Железнодорожный режим
Понимая, что 170-тонная махина просто не пройдет по мостам того времени, Менделеев предусмотрел возможность установки танка на железнодорожные рельсы. «Бронеход» мог своим ходом или с помощью паровоза перемещаться по путям, используя железнодорожную инфраструктуру для стратегических перебросок .
Вердикт: Слишком сложно, слишком дорого, слишком рано
У проекта был лишь один, но фатальный недостаток — вес. 170 тонн. В сочетании с узкими гусеницами это сулило низкую проходимость на слабых грунтах. Да и стоимость такой машины приближалась к стоимости подводной лодки .
Военное ведомство отреагировало предсказуемо — холодно. Огромная, тихоходная и чудовищно дорогая машина не вписывалась в концепцию маневренной войны, какой она виделась генералам. К тому же, у изобретателя не было влиятельных покровителей, а его проект был слишком сложен для понимания . Документы легли под сукно, где и пролежали долгие годы. Осенью 1916-го, узнав о применении англичанами первых танков, Менделеев попытался модернизировать проект и вновь предложить его, но грянувшая революция смешала все карты .
Существует мрачная версия, что чертежи танка Менделеева не просто «пылились», а были вывезены за границу и послужили основой для развития немецкого и британского танкостроения . Документальных подтверждений этому нет, но и опровержений тоже.
Забытый гений: Смерть от тифа в безвестности
После 1917 года жизнь Василия Дмитриевича, как и всей страны, круто изменилась. Он уехал на юг, в Екатеринодар (ныне Краснодар), где устроился инженером на завод «Кубаноль» . Работал он там с 1919 по 1922 год . О его жизни в тот период известно немного. Он был женат на женщине по имени Феня, детей у них не было .
В 1922 году в Екатеринодаре случилась вспышка брюшного тифа. Страшная болезнь, косившая людей тысячами в годы Гражданской войны, не обошла стороной и семью Менделеевых. Сначала заразилась его жена, а ухаживая за ней, заболел и сам Василий Дмитриевич .
В том же 1922 году в возрасте всего 36 лет гениальный русский инженер, создатель первого в мире проекта сверхтяжелого танка, скончался .
Его прах покоится где-то в Краснодаре. Точное место захоронения неизвестно. Нет ни мемориальной доски на месте завода «Кубаноль», ни памятника на предполагаемом кладбище. Человек, чьи идеи опередили время на полвека, был похоронен в безвестности, став жертвой эпидемии, от которой сегодня есть простая прививка.
Судьба изобретения Менделеева — это зеркало судьбы самого изобретателя. Гениальный, тщательно проработанный, но не понятый современниками проект так и остался на бумаге. Он не сломал ни одного вражеского укрепления, не спас ни одного солдата. Но он навсегда останется в истории техники как памятник инженерной мысли, как доказательство того, что даже в одиночку, без поддержки государства, русский ум способен рождать идеи, потрясающие мир. Имя Василия Менделеева не прогремело на весь свет, как имя его великого отца. Но он заслужил, чтобы мы помнили: первый в мире проект сверхтяжелого танка, способного опускаться на грунт при стрельбе, нарисовал в Петербурге, задолго до британцев и немцев, сын создателя периодической таблицы.
