Захлебываясь слезами, Галия тихо шла, не замечая падающих на лицо снежинок, которые, казалось, пытались привлечь к себе внимание. В этот момент, хотя земля вокруг нее была окутана белым снегом, ее мир как будто навсегда покрыли черные тучи, ее одолели тоска и печаль.
Рассказ
Новогодний подарок
Миляуша КАГАРМАНОВА
Захлебываясь слезами, Галия тихо шла, не замечая падающих на лицо снежинок, которые, казалось, пытались привлечь к себе внимание. В этот момент, хотя земля вокруг нее была окутана белым снегом, ее мир как будто навсегда покрыли черные тучи, ее одолели тоска и печаль.
Открыв дверь магнитным ключом, она вошла в подъезд, сил подняться по лестнице совсем не было. Она прислонилась к стене в полумраке и, проглатывая слезы, повторяла одни и те же слова: «Почему, Аллах, ты создал меня? Зачем ты дал мне жизнь?» Но ей не позволили долго остаться наедине с собой - на площадке кто-то тихо разговаривал.
- Слышишь, Шакир-агай, кто-то плачет, что ли?..
- Наверное, кошка. Здесь в подъезде полно животных.
Разговор на время прекратился. Галия попыталась взять себя в руки и перестать рыдать.
Один из них снова заговорил:
- Похоже, действительно, кто-то плачет... Дай-ка, посмотрю.
Поняв, что человек хочет спуститься вниз, Галия начала быстро подниматься по лестнице. От испуга даже не поняла, как оказалась на четвертом этаже, и остановилась перед мужчинами. Тот человек, который хотел к ней спуститься и помочь, не мог сделать даже шага, настолько был пьян. И неудивительно, это друзья ее соседа Шакира, который всегда был либо пьяным, либо искал способ выпить. Увидев Галию, Шакир-агай с довольным лицом еще больше расплылся в улыбке:
- Ах, сестрица, кого мы видим? Это ты...
Но Галия не впечатлилась его добротой:
- Вы опять собираетесь устраивать праздник в подъезде?!
- Мы просто вышли на воздух, сестрица, вот братья пришли в гости.
- У вас гостей не счесть! Если вы снова начнете шуметь, я без колебаний вызову полицию. С меня хватит убирать за вами в подъезде!
- Ладно-ладно, сестрица, мы не будем шуметь, сейчас уйдем.
Не обращая внимания на соседа, она стала искать ключи в сумке и открыла свою квартиру. Последние слова, которые она услышала перед тем, как закрыть дверь: «Это моя соседка, братья, учительница, преподает в институте, очень серьезная и хорошая девушка».
Галия прошла прямо в зал и, небрежно бросив свою дорогую норковую шубу на палас и стянув сапоги, упала на аккуратно застеленный диван. Она свернулась калачиком, как котенок, пытаясь защититься от ужасного одиночества и холода в своей квартире. Таким образом она пыталась избавиться от невыносимых чувств - печали, унижений и подавленности...
Позавчера она ночевала у подруги. Точнее, ее подруга Гульфия попросила присмотреть за детьми. А «попросила» - это значит, как обычно: «Галия, детям не с кем остаться» или «На тебя одна надежда», что-то вроде «Я никому больше не доверяю, подруга».
Не успела оглянуться, как Гарей, муж подруги, подъехал на машине и громко посигналил. Оказывается, друзья пригласили их на свадьбу. Галия, оказавшись в их доме не впервые, не стала слушать указания подруги и, торопя их, сказала: «Да-да, выходите, пока ребенок не заплакал». Сначала она от души приласкала детишек, поиграла с ними, а затем проверила уроки старшей школьницы. После того как они вместе поужинали, она уложила детей спать, прижав младшего к себе и нежно убаюкивая. На следующий день они опять провели время в играх и смехе до самого обеда. К вечеру вернулись родители. Уставшие, они выглядели изможденными, а муж был довольно пьяным. Отправив детей в свои комнаты, они втроем обсудили свадебные приключения. Постепенно разговор зашел о предстоящем Новом годе. Гульфия, как всегда, пригласила подругу встретить праздник вместе. «Для детей твое присутствие - это уже праздник. Зачем ты сидишь дома одна? Давай приходи, будет весело», - уговаривала она. В этот момент из детской послышались крики. В последнее время Галия вошла в роль матери и, воскликнув: «Ой, малыши дерутся!», - бросилась туда. Действительно, шалунишки не могли поделить игрушку. Она нашла еще одну игрушку и отдала одной из девочек, а сама направилась на кухню, прислушиваясь к громкому разговору Гарея.
- Зачем ты снова ее зовешь? Почему я должен каждый праздник на нее смотреть? Если бы у нее был муж, то другое дело!
- Ну, Гарей, - пыталась успокоить его Гульфия, - она же одна...
- И что мне до ее одиночества? Давай соберем всех одиноких. Если бы она была нормальной, то не сидела бы одна.
- Дети ее любят, она каждый раз с ними остается. Откуда ей взять мужа...
- Чтобы жить с мужчиной, нужна голова, ты ведь сама это говоришь?
- В этом случае я так не говорю.
- Короче говоря - все! На Новый год я не хочу сидеть и смотреть на твою одинокую подругу! Еще было бы на что смотреть... Позовем пары.
Что потом говорила Гульфия, Галия не поняла. От услышанного у нее возник ком в горле, и она спешно натянула свои сапоги, схватила с вешалки шубу и выбежала на улицу, даже не потрудившись поискать голов-ной убор. Никто не заметил ее побега.
«На празднике я не буду сидеть и смотреть на твою одинокую подругу», - сказал Гарей. Если задуматься, он прав. Почему они должны встречать Новый год со мной? Им было бы гораздо веселее сидеть в кругу друзей с детьми. Гульфия, наверное, жалеет меня и каждый раз приглашает... Я дура, раз у меня нет другого выбора - иду к ним на праздник...
«Еще было бы на что смотреть», -
тоже верно говорит Гарей. Ну не удалась она лицом. Лицо круглое, нос картошкой и рот большой. Зубы кривые, глаза опухшие, будто плакала... И по комплекции она как бочка, сколько ни пытайся следить за питанием и соблюдать диеты - тело все равно кажется плотным и крепким, руки и ноги мускулистые и сильные...
«Значит, другие семейные друзья тоже поддерживают с ней связь только потому, что она им иногда нужна? А на что еще сдалась 35-летняя старая дева? Мужьям ее подруг не интересны ее умственные способности, научные достижения, типа доцента физики. Им нужен просто кто-то для общения за столом. Им нужен приятель, который будет болтать с ними за столом всякую ерунду и пить водку...
Плача и переживая, она уснула. Проснулась от звука - что-то ударило в дверь. В комнате царила темнота. Было неясно, кто-то стучал в дверь или просто кричали.
«Ну, эти алкаши!» - Галия, не включая свет, быстро открыла дверь и, глядя на мужчин, лежащих под ногами, воскликнула:
- Вставайте! Исчезните с моих глаз! Шакир-агай, что я тебе говорила? - не слишком громко, но твердо произнесла она.
Хотя драться мужчины перестали, но вставать не спешили - видимо, не было сил. Молодой человек, который хотел помочь ей, когда она плакала в подъезде, попытался поднять двух валяющихся мужчин. Галия посмотрела на него с гневом и сказала:
- Как тебе - молодому человеку - не стыдно пить со стариками?!
Он засуетился, попытался оправдаться, но лишь с трудом смог проглотить комок в горле.
Под гневным взглядом девушки парень потянул своих друзей к квартире. Как только площадка опустела, Галия резко захлопнула дверь. Но они снова постучали. Хозяйка не удивилась. Она ведь живет рядом с пьяницей. Поэтому привыкла к таким конфликтам и просьбам о деньгах днем и ночью. Понимая, что Шакир-агай - человек настойчивый и делать вид, будто не слышишь его, бесполезно, она резко открыла дверь:
- Шакир-агай, прошу тебя!.. - начала она, но увидела улыбающегося молодого человека и растерялась.
- Простите... Я хотел извиниться за то, что произошло, - молодой человек смущенно переминался с ноги на ногу.
Сосед всегда приходил с извинениями на следующий день после скандала и обещал больше так не делать, а потом снова все повторялось.
- О, Боже! Почему вы меня тревожите? Делайте что хотите, хоть ругайтесь, деритесь, только не у моего порога. Поняли?!
- Да-да, но все же простите меня, красавица.
- Я вам не красавица.
- Может быть... Но вы так плакали...
- Это не твое дело! Алкаш! - от гнева Галия хлопнула дверью прямо перед его носом и тут же расплакалась от обиды. «Алкаш! Животное! Не хватало, чтобы пьяницы надо мной издевались... Боже мой, зачем только я родилась на этот свет...» - всхлипывала она. Посидев немного в таком состоянии и успокоившись, она не спешила вставать. В этой квартире ей никто не помешает сидеть или лежать так долго, как ей захочется! Потому что здесь нет никого, кроме нее самой.
- Красавица... - послышался тихий голос из-за двери, и Галия, словно от удара, дернулась, быстро вытерла нос рукой и попыталась сделать свой голос твердым:
- Кто там? - спросила она.
- Я, Гаяз.
- Какой еще Гаяз?
- С которым вы недавно разговаривали. Шакир-агая гость.
- Поняла. Что нужно?
- Мне - ничего. Вы, красавица, не плачьте...
- Что-о?! - «Ах, разве он не уходил, слышал, наверное, то, что я сказала?..»
- Не плачьте так. Не принимайте близко к сердцу всякую ерунду. Вы человек, который должен жить с улыбкой и смехом.
- Убирайся отсюда, сейчас вызову полицию.
- Ухожу-ухожу, только не плачьте, пожалуйста.
В это время дверь квартиры напротив открылась и закрылась. Он, видимо, зашел внутрь. А Галия все еще сидела в шоке от услышанного. «Вот уже и пьяницы начали жалеть... Ерунду несет, негодяй...»
Галия уснула только к утру, приняв снотворное. Проснувшись ближе к обеду, она лежала, уставившись в потолок, еще около часа. А куда спешить? Все на новогодних каникулах, весь мир отдыхает. Завтра праздник. Только в ее доме нет никакого праздничного настроения.
Наоборот, тяжело и мрачно. Она могла бы провести свои двухнедельные каникулы лежа дома, и никто бы не удивился, даже не узнал бы об этом. Девушка продолжала лежать с такими тяжелыми мыслями.
Зазвонил телефон. «Кто может звонить на домашний телефон? А где же мобильный? Он остался в доме подруги в сумке. Вот дура, выбежала оттуда, ничего не взяв!»
Пришлось поднять настойчиво звенящую трубку. Это была Гульфия.
- Привет, подруга! - закричала она радостным голосом.
- Привет.
- Ты что, заболела? Что случилось?
- Нет, я здорова, только что проснулась.
- Засоня! Тебе хорошо, раз нет детей, которые будили бы тебя с утра пораньше. Я вот мечтаю только о том, чтобы нормально выспаться.
- Да брось ты... - Галия уже собиралась положить трубку, но ей стало жаль свою искреннюю подругу.
- Слушай, Галия, ты вчера как-то странно ушла от нас, даже сумку и телефон не прихватила. Ты, наверное, куда-то спешила!
- Наверное...
- Ладно, ты придешь сегодня к нам Новый год встречать? Нужно готовиться. Я вот не могу ни на минуту оторваться от детей, все бегают вокруг. Ну так во сколько придешь?
- Я не смогу.
- Как это? Куда ты собираешься?
- Не пойду, буду дома.
- Одна? Эй, зачем ты одна сидишь? Ты что, с ума сошла?
- Я не одна.
- А кто еще? - У Гульфии по всей видимости округлились глаза от удивления. Галия почувствовала прилив радости от этого и сказала то, что ей хотелось:
- Один человек... придет...
- А-ах, ну ты даешь! Вот это загадка! Неужели ты мне не скажешь, с кем познакомилась? Я сейчас приду и все выясню!
- Пока не могу сказать. Не настаивай!
- Ладно-ладно, но я обижусь, если не расскажешь! Я за тебя очень рада, подруга, но как же я отмечу праздник без тебя? Все равно все в магазине не купишь, а с детьми...
- Да ладно вам, отметите еще. Я спешу, у меня много дел.
- Поняла-поняла, подруга! С наступающим Новым годом тебя! После праздника обязательно приходи к нам! Ждем!
Уже не получится лечь обратно, и сон ускользнул. Она прошла на кухню, вскипятила чайник, добавила травы и заварила чай. Затем, держа чашку в руках, подошла к окну. На улице такая красота, падает легкий шелковистый снег, все вокруг окутано белизной и чистотой. Магазины и ряды на рынке украшены тысячами разноцветных игрушек и мигающими огнями. Люди с продуктами, подарками в блестящих упаковках и елками проходят мимо, но никто из них не спешит к ней, никто ее не ждет...
«Стоп, почему она не может встретить Новый год одна?» - внезапно пришла ей в голову мысль, и плечи девушки расправились, взгляд стал ясным. Действительно! Почему ей не украсить елку, не накрыть на стол?
Через три минуты Галия уже выбирала елку на соседнем рынке. До этого она никогда не делала это сама. Поэтому она колебалась между большими и маленькими деревьями.
- Если у вас много гостей, лучше выбрать поменьше, чтобы не мешала танцам, а если вас мало, можно взять побольше, - посоветовал продавец. Галия же хотела сказать: «А если я совсем одна?» - но поняла, что грубость в данном случае неуместна, и не стала ничего говорить. В чем же вина продавца елок в том, что она одна?
- Вот эту елку возьмите.
Девушка обернулась на знакомый голос и увидела вчерашнего гостя Шакир-агая. Он протянул ей довольно красивую елку среднего размера.
- Для вашей квартиры это будет отлично.
Галия не спешила брать деревце:
- Откуда вы знаете, какая у меня квартира?
- У вас, наверное, жилплощадь такая же, как у Шакира-агая. Я тоже выбираю такую же.
- Шакир-агаю нужна елка? - девушка насмешливо скривила губы.
Но это его не сильно удивило. Он только сказал:
- Почему бы и нет, красота нужна каждому, - прихватив две елки, парень направился к дому. Галие осталась только заплатить и побежать за ним.
До дома они почти не разговаривали. Мужчина прислонил ее елку к двери квартиры, а сам вошел в соседнюю.
Установка елки оказалась настоящей задачей. Она пыталась закрепить ее в подставке, привязала к трубе в углу - но та все равно падала. Что делать? В таком положении невозможно ее украсить. Обычно все работы по дому выполнял Шакир-агай. Когда нужно заменить краны или починить электрические приборы, телевизор или холодильник, Галия приглашает его. Руки у него золотые, когда трезвый, конечно. Тогда соседи всегда мирно общаются и пьют чай. Девушка угощает мужчину вкусными пирожками и обедом, ведь он никогда не берет денег за работу. А вот если выпьет - все, он становится совершенно другим человеком.
«Может, трезвый?» Девушка, долго борясь с елкой, решила, что у нее не осталось другого выхода, кроме как постучаться к соседу. Дверь открыл тот самый парень.
- Здравствуйте еще раз. Как дела у Шакир-агая?
- Нормально, - ответил мужчина, глядя на нее с недоумением.
- Он трезвый? Если трезвый, не поможет ли мне поставить елку?
- Трезвый он, но пока спит.
- А, ну ладно тогда, - Галия уже собиралась вернуться к себе, когда он подошел к ней сзади:
- Если позволите, я помогу.
- Вы? Если можете...
Он одним взглядом оценил елку, которая валялась посреди комнаты и уже успела сбросить свои иголки от того, что ее таскали туда-сюда. Вернувшись в квартиру Шакира, он взял инструменты и принялся за дело. Через полчаса елка стояла на месте и своим великолепием украшала комнату. В этот момент Галия впервые искренне улыбнулась за весь день. Действительно, стало весело. Ведь скоро праздник!
- Вам идет улыбка. Вы как зимнее солнце.
«Что он говорит? Что это вообще значит?» Девушка прищурилась и взглянула на мужчину:
- Вы уже успели выпить?
Теперь уже пришло время удивлению мужчины:
- Почему сразу «выпить»?
Галия поняла, что сказала что-то не то. Она не знала, что ответить, и смутилась. Он собирался уйти. Девушка быстро произнесла:
- Спасибо… - но не смогла назвать его имя.
- Гаяз. Меня зовут Гаяз, - дверь тихонько закрылась.
Часть дня была посвящена выбору игрушек для елки и продуктов для стола, а оставшаяся - готовке и уборке. Круглый стол в центре зала был заставлен разнообразными блюдами и выглядел так, будто она пригласила гостей. Нет, девушка не думала об этом; она лишь спешила, как будто ждала очень близкого и дорогого человека, стараясь порадовать и подготовить все с любовью. Каждую тарелку она наполняла теплом своего сердца и старалась создать атмосферу красоты.
Закончив с угощениями, она включила музыку и зажгла огни на елке, а затем решила принять душ. Даже под теплой водой ей не давали покоя мысли: «Для кого все это? Кто придет к тебе?» Но девушка отгоняла их и не позволяла себе впадать в уныние. Она то прыгала, то танцевала, то пела во весь голос, надев любимое платье - черное с блестящими узорами, которое подчеркивало ее стройность и изящество. Даже сделала то, чего никогда раньше не делала - надела высокие блестящие туфли с острым каблуком, которые годами ждали своего часа в шкафу. Осторожно шагнув вперед, она подумала: «Ага, я могу ходить на каблуках!» Она подошла к зеркалу. После всех стараний Галия хотела увидеть себя в зеркале красавицей, но в отражении она все равно видела свой нос картошкой, глаза с нависшими веками и круглые щеки, покрасневшие как яблоки. «Ну… что дальше?..» Глаза наполнились слезами. «Нет! Нельзя! Плакать нельзя - тушь потечет!» Но слезы не услышали ее внутреннего крика и вместе с черной тушью оставили следы на щеках...
Стук в дверь застал ее врасплох. «Кто это может быть?..» Одновременно она обрадовалась и испугалась, что это всего лишь мираж, и в ту же секунду закрыла лицо руками. «Лишь бы кто-то пришел! Кто бы это ни был, лишь бы был здесь. Сегодня эта бесконечно счастливая девушка встретит любого как дорогого гостя. Пусть это будут семеро незнакомцев, пусть они случайно забредут, даже если это будет сам дьявол, но кто-то должен прийти сюда сегодня... Иначе я сойду с ума...»
Галия быстро вытерла слезы и бросилась к двери. Лишь бы он не ушел! Дверь резко распахнулась, и она увидела Гаяза - молодого человека, который, казалось, не знал, как оценить странные действия девушки, пытавшейся одновременно и плакать, и смеяться. В руках у него была простая тарелка с непримечательным салатом. Она смотрела то на него в синей рубашке и черных брюках, то на салат из свеклы и квашеной капусты. В конце концов Гаяз протянул ей тарелку.
- Вам Шакир-агай передал.
- Ш-Шакир-агай... Где он? Почему не заходит?
- Он болеет. Лежит.
- Лежит... Ой-ой... А вы... Заходите. Через пятнадцать минут уже Новый год.
Тот, не зная, что ответить на это неожиданное приглашение, посмотрел через плечо девушки внутрь:
- Вы, похоже, кого-то ждете.
- Жду вас, - от этого ответа парень и сама девушка на мгновение остались без слов.
Они вместе вошли внутрь. Гаяз поставил тарелку на стол и невольно рассмеялся. Девушка тоже засмеялась.
- Здесь намного вкуснее, чем мой салат.
- Ничего страшного. Давайте вы откройте шампанское, а я принесу закуску.
Через пару минут они уже сидели друг напротив друга. Оба были так счастливы, что не могли собраться с мыслями. Казалось, они не случайные, а давно знакомые друг другу, возможно, даже влюбленные.
- Ешьте! - вдохновенно произнесла девушка.
- Буду есть...
- Пейте!
- Буду пить...
В это время на голубом экране появилось лицо президента. Они встали и слушали поздравление главы государства:
- С Новым годом!
- С Новым годом! - подняли бокалы. После девушка, подходя то с одной стороны, то с другой, ставила перед гостем разные угощения, а тот с удовольствием ел приготовленные ею блюда. Боясь, что неожиданный гость может уйти, она старалась непрерывно говорить о несущественных вещах и задавала вопросы один за другим. Если бы в это время подруги Галии увидели ее, они бы удивились: что с ней случилось? Она была необычайно разговорчива.
Да, ей было легко, очень легко. Человек, сидящий напротив, не знает, кто она и как живет. И ему она вовсе не интересна. Он, вероятно, не замечает ни ее непривлекательности, ни того, что она не может выйти замуж. Для него также не важно, что Галия с детства чувствовала себя неполноценной из-за своей внешности, что в школьные годы и в институте ей приходилось быть отличницей, чтобы хоть как-то компенсировать этот недостаток и почувствовать хоть каплю теплоты в отношениях. Неважно и то, что она влюбилась в молодого человека, который даже не замечал ее, и что свою жизнь она посвятила науке, уже к этому возрасту достигнув карьеры профессора, и что она является автором каких-то заумных книг. В данный момент они просто соседи по столу.
- А кем вы приходитесь Шакир-агаю? -
спросила девушка, пока готовила чай.
- Кто я? Я его солдат.
- Солдат? Он что, военный? Вот это новость!
- В свое время он был отличным военным, лучшим командиром. Он вытащил меня из-под огня и перенес через семьдесят километров в горах. Я ему обязан жизнью...
- А где это было... Ой! - Девушка, удивившись услышанному, даже не заметила, как пролила чай.
- В Афганистане.
- Так вот оно что... - В этот момент Галия вспомнила о том, как сосед в один из летних дней собрал мужчин в синих беретах и как они после праздника подрались.
- А почему он сейчас такой? - девушка старалась смягчить свой вопрос мягче.
- Какой такой?
- Ну... он же алкоголик, что тут скрывать.
- Если бы ты знала, через что он прошел. Шакир дважды был сильно ранен и едва выжил. В последний раз, когда он был в госпитале, врачи говорили, что Шакир не встанет на ноги. В тот момент его жена ушла от него. В год, когда наши войска выводили из Афганистана, он отказался участвовать в операции, которая привела бы его солдат к смерти, обвинив высшее командование в том, что они не ценят человеческие жизни. Из-за этого его отстранили от военной службы через военный трибунал. Если задуматься, ты выполняешь долг перед родиной и больше десяти лет проводишь в чужой стране, сражаясь со смертью лицом к лицу, теряя семью и здоровье, лишая себя надежды на будущее - и в итоге остаешься никому не нужным на родине...
- А вы? У вас такая же ситуация?
- Моя ситуация... хоть и не такая же, но тоже имеет свои трудности, - тяжело вздохнул Гаяз. - Я тоже там потерял ногу и провел шесть лет в плену.
Галия задумалась, стоит ли верить этому откровению. Она наклонилась к краю стола и посмотрела на ногу Гаяза. У него же есть две ноги или нет?
- Протез у меня, а незнакомый человек даже не понимает, что я хромаю. Нога - это ерунда, а вот то, что меня таскали из тюрьмы в тюрьму для допросов, обвиняли в том, чего не совершал, - это утомило. В деревне меня называют «дух». - Гаяз посмотрел на девушку с выражением: «Ты узнала, кто я, можешь выгнать». - Девушка, проводившая меня в армию, вышла замуж. Родители ушли из жизни, остался только младший брат. Пока я мотался туда-сюда, брат женился и обзавелся детьми. Построить себе большой дом я не решился, на одном участке с братом соорудил времянку, помогаю им по хозяйству. Я ни с кем не общался, ведь все считали меня виноватым, всегда смотрели на меня с осуждением. Возможно, они давно забыли об этом, но я не смог. Односельчане поставили мне диагноз «вернулся из плена странным», может быть, так оно и есть.
- Зачем ты приехал сюда? - спросила она.
- Командир каждый год присылал мне известие. Я ни разу не навещал его. Потому что не был готов к такой встрече. Но в этот раз, получив письмо, я собрался с силами и приехал. Мы разговаривали с ним всю ночь. И я сильно пожалел, что давно не навещал своего командира. Он подал мне надежду, залатал рану моей души, которая кровоточила многие годы. Великодушный, сильный духом, герой... Вам, людям в дорогих шубах, окутанным в золото и серебро и видящим мир только в красивых тонах, возможно, трудно это понять... Ведь вы называете его алкоголиком...
В воздухе повисла неловкая тишина. Чтобы избавиться от напряжения, Галия тихо включила музыку. Она повернулась и сказала:
- Давай танцевать, - как только она это произнесла, ей вдруг вспомнилось, что у гостя протез вместо ноги. «Вот тебе еще одна глупость!» В глазах Гаяза на мгновение отразилось смущение, но он встал и направился к девушке. Он действительно хромал. Подойдя ближе, он слегка наклонил голову и довольно смело обнял ее одной рукой за талию. Тепло его рук и тела закружило Галие голову и заставило сердце биться быстрее. Она еле оторвала пятки от пола и закружилась. Ей было трудно отвести взгляд от его выразительных грустных глаз. Эти глаза… Они смотрят с нежностью, лаской, любовью… Они находят самые глубокие и скрытые струны ее души, щекочут их. Теплое дыхание мужчины растапливало ее сердце, как кусочек льда тает под весенним солнцем. Желание провести пальцами по его крепким губам, по лбу, где шрамы от ран, по его щекам, обожженным ветром и солнцем, было непреодолимым.
Гаяз слегка прикоснулся губами к пальцам девушки, затем глубоко вздохнул, вдыхая ее аромат, и поцеловал ее тонкую шею, где пульсировала нежная жизнь, а также ее горящие щеки и алые губы...
Когда она пришла в себя, музыка остановилась, вальс больше не кружил их, и она, казалось, навсегда растворилась в объятиях Гаяза. В ее растрепанную голову возвращался разум, девушка растерялась, от смущения ей не хватало сил вырваться из его крепких объятий.
- Галия, ты такая сладкая, такая ароматная... - шептал он ей на ухо, и от этих сладких слов ее сердце переполнилось эмоциями, и слезы потекли рекой. - Не плачь, моя умница, не плачь... Я же говорил, тебе идет только улыбка... Ты как зимнее солнце.
- З-зимнее? - будто это было самым важным вопросом в данный момент.
- Зимнее солнце ценнее, потому что оно улыбается реже. А к летнему солнцу ты привыкаешь, не замечая его.
Наконец успокоившись, девушка убрала руки от груди мужчины, тихонько оттолкнула его от себя и подошла к столу, то поднимая одну тарелку, то другую, расставляя их по местам и звеня бокалами. Парень понял это по-своему, немного смущенно погладил свои волосы и сказал:
- Ладно, Галия, мне пора идти, уже поздно. Спасибо за ужин, - и направился к выходу.
В этот момент Галия поняла, что не сможет остаться одна в этой квартире. Нет, она не может остаться здесь одна, сидеть одна и жить одна. Да-да. Не сможет! Девушка в панике начала натягивать одежду. Нет! Она не останется одна!
- Куда ты собралась посреди ночи? - спросил Гаяз, остановившись у двери, глядя на девушку, которая торопливо натягивала пальто.
- Я? А ты куда?
- Я? Здесь же, к Шакир-агаю.
- Значит, я с тобой.
- Как? Шакир-агай же спит…
- Спит. А ты?
- Я? - парень сделал шаг назад от двери, словно испугавшись своих слов. Он подошел ближе к девушке, которая была на грани слез. - Что случилось, Галия?
Так мягко и так приятно прозвучал этот вопрос. Сердце девушки забилось быстрее от этой нежности. Никто из мужчин никогда не подходил так близко к ней и не смотрел в глаза с такой заботой: «Что случилось?»
«Как же ты можешь спрашивать «Что случилось?» Не видишь что ли? Пол под ногами проваливается, стены сдвигаются назад, крыша кружится над головой… кружится…» Но язык не мог сказать этого, вместо этого губы произнесли совершенно другое:
- Я не останусь здесь... Не оставляй меня одну.
Несмотря на то, что от такой резкой смены ситуации Гаяз немного растерялся, в его сердце разгорелись чувства к этой хрупкой девушке. Он не смог сдержать свои эмоции, обнял ее так крепко, как будто хотел никогда не отпускать.
- Не бойся, моя Галия. Я никогда тебя не оставлю.
Она проснулась. Но не открыла глаза. Ей нравится лежать и думать, не открывая глаз. Это не потому, что она не выспалась, а потому, что в ее глаза попадет свет, играющий в комнате. Ведь лучи, которые светятся в его сердце, наполнили не только комнату, но и всю квартиру, даже весь дом.
Как прекрасно! Она уже не одинока, ее любят, она любит! Какой же мир прекрасный, сладкий, божественный…
Галия лениво взмахнула ресницами и вдруг посмотрела в сторону того, кто стал причиной ее неожиданного счастья, и в мгновение ока вскочила - рядом было пусто. Ой! Она хотела встать рано утром, заварить чай и разбудить его поцелуем, но уснула.
Девушка накинула халат и босиком поспешила на кухню. Она собиралась обнять своего любимого за шею, когда тот сидел и пил чай. Но его и там не оказалось, и она направилась в ванную, но и там его не было. Ах! Он же мужчина - может, курит. Но мужчины не оказалось и на балконе, его двери еще осенью были крепко закрыты.
Галия растерялась. Неужели он ушел к Шакир-агаю? Наверное, ушел, раз она так долго спала! Возможно, он ждал-ждал и не решился разбудить ее. Девушка одела тапочки и через секунду уже стояла у двери соседа. Она глубоко вздохнула и нажала на звонок. После долгого ожидания дверь открыл Шакир-агай. Галия смотрела на соседа с опухшим лицом после долгого сна, а тот был поражен, увидев девушку, сияющую как майское солнце.
- Ты?..
- Шакир-агай?.. Э-э… Гаяз… здесь?..
- Гаяз? Ах, мой гость? Или я сплю… - Шакир-агай вошел внутрь, чтобы позвать Гаяза, а затем снова вышел к двери. Он выглядел обеспокоенным. - Нет его, даже одежды нет. Он говорил, что встретит Новый год со мной и вернется домой. Как неловко получилось, сестренка, я просто спал…
Галия больше не слушала соседа. Только что мир вокруг нее сиял радугой, и вдруг ударила молния. Да, эта была молния. Ее тело рассыпалось на мелкие кусочки и разлетелось в стороны. Только ее невидимая душа, как раненая бабочка, вспорхнула в свою квартиру.
Боже мой! Ушел! Оставил! Почему?! Почему он так поступил?! «Не оставлю», «Мое сердце наконец-то нашло свою половинку» - ведь он так говорил! «Мое счастье, зимнее солнце» без конца повторял и ласкал…
А что же ты хотела? Появился внезапно, места себе не находил, не знал куда деваться, к кому примкнуться... Эта она повисла ему на шею и сказала: «Останься». А он воспользвался, любой бы на его месте так и сделал...
Все, что он говорил и чувствовал, казалось настоящим. Если бы судьба Галии с ее неизрасходованной нежностью переплелась с его ослабленной судьбой, они бы стали единым целым. Кому я нужна?! Кто меня полюбит?! Кто?!
Сначала слезы из глаз потекли тонкими ручейками, затем превратились в бурный поток. Девушка совсем недавно была на седьмом небе от счастья, а сейчас, задыхаясь и всхлипывая, переворачивала мокрую от слез подушку и без остановки плакала. Еле успокоилась. Тихо лежала, прислушиваясь к пустоте внутри себя, которая осталась после того, как слезы пролились ручьем. Ну и что дальше?
В ответ на свой вопрос она услышала, как открылась дверь. Кто это может быть?! Почему не закрыла дверь?! Она выбежала растрепанная и растерянная. И снова испытала шок - как будто ничего не произошло, как будто он всегда здесь жил - Гаяз снимал одежду. Виноватым голосом он начал объяснять:
- Сегодня же праздник, Галия, я совсем забыл, искал открытые магазины по всему городу.
После паузы Галия закричала:
- Гаяз! Где ты был?
- Я говорил, что искал магазин, - мужчина, аккуратно развешивая одежду, наконец-то повернулся к девушке.
- Галия, что случилось?
- Я… я подумала, что ты ушел. Что я тебе не нужна. Что ты поиграл и бросил меня. Испугалась…
Откуда берутся эти бесконечные слезы!
Парень, смеясь и смущаясь, обнял девушку и убрал с ее лица мокрые пряди волос:
- Глупышка, я ведь искал тебе новогодний подарок.
Галия наконец-то улыбнулась и сквозь слезы сказала:
- Подарок? Какой подарок. Ты ведь сам для меня новогодний подарок.
Почему же счастье всегда приходит через грусть, тоску и слезы?
фото из интернета