Каждый год казанцы «производят» всё больше и больше мусора. Отходы отправляются прямиком на мусорный полигон (конечно, существует и завод по переработке, но он перерабатывает совсем немного). Но Казань далеко не единственный город, кто собирает мусор у себя.
- К сожалению, все наши агломерации везут мусор к нам. Это Зеленодольск, Высокая Гора, Пестрецы и Лаишево, - сказал директор мусорного оператора УК «ПЖКХ» Андрей Чекашов, комментируя обстановку с отходами в столице.
Казань «в заложниках» мусора из других районов?
Сейчас в Татарстане есть 35 полигонов ТКО — в них еще можно собрать около 3,6 миллиона тонн мусора, сообщили «Вечерней Казани» в Минстрое республики. В столице республики открыт лишь один мусорный полигон — «Восточный», объект вместимостью в чуть более 1,6 миллиона тонн открыли всего год назад, но он уже заполнен более чем на треть. Место на нем закончится уже через пару лет, прогнозируют специалисты.
- У перечисленных районов своих полигонов нет: они либо отработали срок, либо этим они не занимались. По большому счету, мы стали заложниками того, что мы эту работу делали с большими нормативами и вовремя, — отмечал Чекашов.
По словам мэра Казани Ильсура Метшина, город «наказан» за инициативу, потому что постоянно стремился решить эту проблему заранее.
- Наши полигоны соответствуют всем стандартам, но мы их делали не для того, чтобы к нам везли [мусор] из Лаишево, тем более Зеленый Дол – огромный район, Пестрецы, Высокая Гора… Это нужно обсудить, — отметил Метшин. – Казани хватает и своего мусора, тем более это сильная экологическая нагрузка на город.
Почему у районов нет своих полигонов? Или все же есть?
Что думают в муниципалитетах о претензиях казанских властей? На самом деле мусор в Казань отвозят всего три района, рассказали нам в УК «ПЖКХ». Каждый день на городской полигон привозят около 150 тонн твердых отходов. Из всего этого объема на столицу Татарстана приходится 92 процента, остальные 8% – отходы Зеленодольского, Лаишевского и Пестречинского районов. Если бы мусор из этих муниципалитетов везли в другое место, казанский полигон мог бы работать дольше примерно на полгода, отмечает регоператор.
На слова мэра в УК «ПЖКХ» отреагировали, но не сильно – перенаправили половину мусора из Пестречинского района.
- Конечно, для нас это и плюс, и минус. Мы можем контролировать объемы и быть уверены в безопасности захоронения, более привычная логистика, но объемы это не сокращает и создает дополнительную нагрузку на город, – отметили в компании.
Планируют ли районы возводить собственные полигоны? Как уже выяснилось, у Высокой Горы объект для приема отходов все же есть. Находится он близ Чепчуговского сельского поселения рядом с деревней Новые Бирюли, вместимость – 582 тысячи тонн. Как нам рассказали в пресс-службе района, сейчас она занята на 47% – места хватит до 2033 года.
В Лаишевском районе собственный полигон для захоронения ТКО строить не планируют, а Зеленодольский район ждет мусоросжигательный завод.
- По сути мы тоже ждём МСЗ, но у нас его нет. А существующий – для всей Казанской агломерации, и большая его часть – для Казани. Поэтому и возим, – рассказали в пресс-службе Зеленодольского района.
В Пестречинском районе на запрос издания не ответили.
Пестрецы – одно из мест в Татарстане, где уже в этом году хотят начать строить мусорный полигон. Но с этим есть загвоздка – жители места предполагаемого строительства «свалки» на месте очень не хотят. Полигон в 138 гектаров запланировали строить очень близко к населенным пунктам. В марте прошлого года в Пестречинском районном суде даже прошло заседание, где пытались изменить назначение земли (сейчас выбранное под полигон место засеивается).
- Этот полигон здесь вообще не к месту. Точно можем сказать, что молодежь будет уезжать. Зачем они будут жить в такой экологии? – рассказывала корреспонденту «Вечерней Казани» женщина с детской коляской. – Мы согласны, что мусор куда-то девать надо, но не близко к населенным пунктам. Ветер оттуда подул — и мы будем задыхаться. А мы ведь и так задыхаемся от ближайшей птицефабрики.
В итоге судья решил прекратить дело.
Во всем виновата мусорная реформа?
Возникновение критической ситуации с полигоном в Казани связано с непоследовательностью в реализации мусорной реформы, уверен депутат Госсовета Татарстана Николай Атласов. Напомним, еще в 2019 году была принята территориальная схема обращения с отходами. Тогда создали две зоны, в которых компания-регоператор должна была контролировать все процессы обращения с отходами. В западной зоне – ПЖКХ, в восточной – «Гринта». Большая часть отходов должна была отбираться для вторичного использования, а оставшаяся меньшая часть – захораниваться. А если говорить про УК «ПЖКХ» – сжигаться на многострадальном МСЗ.
— Такой подход предполагал, что с 2019 до 2024 года в Татарстане должны были быть построены: пять межмуниципальных полигонов, сортировочные станции, в западной зоне должен был заработать МСЗ, берущий на себя утилизацию основной массы ТКО Казани и окрестностей, также должна была возникнуть развитая инфраструктура переработки отходов. Кроме того, под эту схему должна была быть разработана адекватная финансовая модель, которая смогла бы обеспечить выгодные условия для переработчиков отходов. Эта система могла бы заработать и дать результат, если бы были созданы все ее базовые элементы и налажена система оборота отходов между ними, — отмечает Атласов.
Но за эти годы ничего из вышеперечисленного так и не появилось. Не дождавшись начала новой стройки, закрыли районные полигоны. Тогда мусор из казанских окрестностей и стали ввозить на казанский полигон. Проект мусоросжигательного завода сначала несколько раз меняли из-за санкций и коронавируса, а летом 2025 года и вовсе заморозили на неопределенный срок — «до лучших времён».
- В результате мы пришли к тому, с чего начинали – вроде хотели уйти от захоронения отходов, но продолжаем их захоранивать. И возникает вопрос: а в чем тогда смысл мусорной реформы? — недоумевает депутат.
Уже в 2028–2029 годах в эксплуатацию планируют ввести полигоны в Верхнеуслонском, Пестречинском, Лениногорском, Тукаевском и Алексеевском районах.
Строить или не строить МСЗ
При этом сам МСЗ, на которое возлагали такие большие надежды – самое вредное, что только может быть, отмечает научный эксперт Российского экологического движения, эксперт по стратегическому управлению ISC Consulting Илья Рыбальченко. Несмотря на это, такие заводы пытаются строить.
- Чтобы продвинуть эту идею, создаётся искусственное противоречие. Нам говорят: «Вы против мусоросжигательных заводов? Значит, вы за полигоны, значит, вы «полигонная мафия». На самом деле, это ложная дилемма. Раскрою страшную тайну: и полигоны, и мусоросжигательные заводы — это зло. Мусоросжигательные заводы вредны потому, что они выбрасывают в атмосферу ядовитые газы, которые очень трудно отфильтровать. – Выход из ситуации — искать и внедрять технологии, которые работают «без трубы и без золы». То есть без выбросов в атмосферу и без образования токсичных остатков, – рассказал Рыбальченко.
И такие технологии уже применяются: пиролиз во многих местах, дистанционные парогенераторы есть пока только в Москве, а плазменные технологии (переработка в плазме) есть по всему миру — в Японии, Азербайджане. Но в России пока хотят строить только устаревшие, вредные объекты. Вместо комплексного подхода выбрали лёгкий путь контроля.
Нужно обращаться к учёным и разрабатывать комплексную систему работы с отходами. Татарстан — лидер во многих областях, в том числе в наукоёмких. И если такие технологии появятся в республике, будет замечательно. Татарстан вполне может позволить себе ставить инновационные технологии, уверен Рыбальченко.Впрочем, ранее компания-строитель МСЗ «РТ-Инвест» в ответ на доводы Рыбальченко называла такие заводы самым безопасным способом избавиться от свалок.