Начало прошлого века в России отличалось простотой нравов. Газета «Санкт-Петербургские ведомости» от 2 января 1910 года сообщала: «...состоялся небольшой новогодний приём, на котором присутствовал Его Величество Император Всероссийский с семьёй и были приглашены 20 богатейших людей России. Номер приглашения соответствовал размеру капитала каждого гостя на 1 января прошедшего года».
Среди приглашённых оказались всего трое россиян: билет № 12 достался русскому промышленнику Алексею Ивановичу Путилову (1866—1940), билет № 13 — нефтяному магнату Александру Ивановичу Манташеву (1842—1911), билет № 20 — князю Дато Чиковани.
Александр Иванович Манташев был человеком особенным. В своём завещании он сурово распорядился судьбой своего имущества, руководствуясь благородными намерениями. У него было восемь детей, четверо сыновей и столько же дочерей. Всё своё состояние он оставил сыновьям, запретив продавать или закладывать имущество. Чтобы наследники смогли сохранить собственность для будущих поколений, внукам следовало родиться от невесток армяно-григорианского вероисповедания.
2010 году Нина, правнучка Манташева и дочь его сына Левона, женившегося на немке, заявила, что в швейцарских банках хранится примерно 300 миллионов долларов наследия её прадеда, ещё около 30 миллионов находятся в США. Однако получить доступ к этим средствам невозможно.
Причины неясны: возможно, шутливый характер распоряжения, либо предпочтения самих наследников, ставивших чувства выше материальных ценностей. Несмотря на то, что один из сыновей, Овсеп, женился на армянке, наследство осталось неприкасаемым. Позже Овсеп эмигрировал в Армению, сменив фамилию на Манташян, разрыв связи мог повлиять на невозможность реализации условий завещания.
Наиболее успешным сыном Александра Ивановича стал Леон (Левон) Александрович (1880—1954), занявший после смерти отца должность председателя правления нефтепромышленного и торгового общества «А.И. Манташев и К°», а также товарищества «Братья Мирзоевы и К°». Как и отец, он увлекался лошадьми. В собственности семьи находились ипподром в Тифлисе и несколько конных заводов.
История российского коннозаводства уходит корнями вглубь веков. Изначально оно служило нуждам царского двора, позже распространилось и среди дворянства. Основой стало создание первого конного завода Хорошевского типа при Иване III.
Эпоха Петра I потребовала большого количества лошадей, и царь передал большинство дворцовых заводов своим приближённым, стимулируя развитие частной отрасли. К началу XX века в России насчитывалось 5692 частных конных завода, где содержалось 172 982 племенных и улучшенных кобылы и 16 608 жеребцов, а государственные заводы составляли лишь небольшую долю.
Страстью Леона Александровича Манташева стали конные состязания. Уже в 1910-е годы его лошади завоевывали призовые места. О результатах тех соревнований сохранилась ограниченная и порой противоречивая информация.
Императорские призы разыгрывались ежегодно, начиная с конца XVIII века. Московский Императорский приз стартовал 1 августа 1835 года, когда участвовали рысаки четырёхлетнего возраста и старше на дистанции три версты. Петербургский приз вёл отсчёт с 8 января 1861 года. Согласно сообщению «Московской газеты» от 11 августа (29 июля) 1913 года, конь по кличке Грымза, принадлежавший Леону Александровичу Манташеву, одержал победы в обоих Императорских призах Москвы и Петербурга. Однако 28 июля 1913 года этот же Грымза уступил конкурирующему скакуну семьи Лазаревых. Другой представитель стада, Гардефе, завоевал Приз реки Невы.
Ещё одной успешной лошадью Манташева была гнедая кобыла Эта́ль де Мер («Морская звезда»), побеждавшая в Пробном Императорском призе Московского скакового общества. Большой Всероссийский приз Дерби проходил на Центральном московском ипподроме с 1886 года для трёхлетних чистокровных верховых лошадей. Расстояние скачек варьировалось: с 1886 по 1889 год — 2417 м, с 1900 по 1925 год — 2440 м, с 1926 года — 2400 м. Победителями становились лошади Манташева: в 1914 году первенствовал Галуст, в 1916-м — Макбет.
Когда численность чистокровных лошадей достигла 200 голов, Леон Александрович принял решение построить для них специальные конюшни. Строительство шло с 1914 по 1916 год и завершилось созданием сооружения в стиле венского барокко. Одним из знаменитых победителей на лошадях Манташева был американский жокей Джеймс Винкфилд (James Winkfield, 1882—1975), широко известный в России как Джимми Винкфильд или «Черный маэстро». Семнадцатым ребенком в семье, он родился в Америке и начал карьеру конюха, а затем стал профессиональным жокеем. После дебюта в США он переехал в Европу и вскоре приобрёл известность благодаря множеству побед.
Впервые Винкфельд приехал в Российскую империю в 1904 году, начав выступления в Царстве Польском. За первый сезон он выиграл 67 скачек из 147, заслужив репутацию лучшего чёрного жокея своего времени. Позднее он перебрался в Москву, где выиграл Большой Всероссийский приз Дерби дважды подряд, сначала на каунте (1907), затем на Галопе (1908).
Однако жизнь внесла свои коррективы. В сентябре 1910 года Джими был временно отстранён от участия в скачках за нарушение правил на турнире в Венгрии. Это вынудило его покинуть Москву и выступать в Польше и Германии, пока в 1913 году Леон Манташев вновь не предложил ему работу. Благодаря таланту Винкфельда, команда Манташева одерживала одну победу за другой: два московских Дерби, пять русских Окс, три Русского Дерби и три Императорского приза.
После Октябрьской революции судьба развела партнёров. Леон Манташев эмигрировал в Париж, а Джимми возглавил группу конюхов, отправившихся с табуном лошадей в Одессу. Советская власть установилась в Азербайджане в 1920 году, одновременно с национализацией нефтяных предприятий. Незадолго до этого события Манташев рискованно продал право пользования своими бакинскими промыслами англо-голландскому концерну «Ройял Датч-Шелл» сроком на десять лет. В итоге ситуация обернулась против покупателя, поскольку революция нарушила прежнюю систему владения активами.
Что касается судьбы самого Винкфилда, то после возвращения в Париж он продолжал участвовать в гонках, включая приз президента Республики и Prix Eugène Adam. Самым ярким достижением стала победа чистокровной кобылки Трансвааль на парижском Гран-при в 1924 году, принесшая владельцу огромный выигрыш на тотализаторе. Однако финансовые трудности заставляли Леона искать дополнительные средства заработка, вплоть до работы таксистом.
Здание бывших конюшен тоже пережило изменения. В советское время здесь размещали гаражи, а в 1985 году его передали Государственному академическому театру классического балета под руководством Натальи Дмитриевны Касаткиной и Владимира Юрьевича Васильева. Сегодня от исторических построек сохранились лишь элементы фасада с изображением герба и инициалы владельца, напоминающие о богатой истории некогда роскошных конюшен знаменитого московского предпринимателя.
Спасибо, что дочитали эту статью до конца. Не забудьте пожалуйста подписаться на меня в Дзен Премиум, чтобы первыми получать новые материалы и участвовать в обсуждениях. А также найдите меня в других социальных сетях, просто введя в поиске «Питер в кармане».
📍Ссылки:
Дзен: https://dzen.ru/piter_v_karmane
ВКонтакте: https://vk.com/piter_v_karmane
Рутуб: https://rutube.ru/channel/65041814/
Одноклассники: https://ok.ru/piter.v.karmane
Подписывайтесь — это очень важно для меня! До новых встреч! 🌟