Краевед, библиотекарь и экскурсионный методист Светлана Тимофеева рассказала читателям библиотеки микрорайона Овсище о двух выпускниках Псковской гимназии начала XX века Леоне Поземском и Антонине Ладинском. Об этом ПАИ сообщили в Централизованной библиотечной системе Пскова.
Лекция называлась «Разные судьбы: одноклассники Леон Поземский и Антонин Ладинский». В 1914 году эти два человека оказались вместе в восьмом классе, хотя и поступали на обучение в разное время. Причина в том, что будущий знаменитый советский писатель Антонин Ладинский просидел два года в седьмом классе из-за неуспеваемости по алгебре и тригонометрии.
Отец Ладинского был новоржевским уездным исправником и происходил из семьи православных священников из Порховского уезда, а родители Леона Поземского были литовскими караимами (малочисленный тюркоязычный коренной народ Крыма), его отец работал счетоводом и наборщиком в типографии. Леон Поземский был в Псковской гимназии хорошистом, у Антонина Ладинского были проблемы с учёбой. У каждого своя судьба.
Светлана Тимофеева подробно рассказала, как сложилась короткая жизнь Леона Поземского после гимназии, по воспоминаниям его сестры Софьи, матери Беаты Осиповны и подруги Паулины Юдейко. И что известно о его гибели? По словам лектора, информации о Леоне Поземском сохранилось совсем мало, вся его биография уместилась в крошечной книжечке 1948 года издания, которая хранится в областной библиотеке.
Останки его были перезахоронены на площади Жертв Революции (теперь сквер Павших борцов). А на месте его расстрела в Кеби в 1988 году был установлен памятник, но в 90-х его разломали ради металла, из которого был сделан барельеф героя Гражданской войны.
Жизнь Антонина Ладинского сложилась иначе, но тоже была непростой. Писатель поступил на юридический факультет Петербургского университета, но уже после первого курса ушёл на войну. Поэтому никакого образования, кроме школы прапорщиков, он так и не получил. Служил сначала в Красной армии, потом в армии Деникина, был тяжело ранен, бежал и оказался в эмиграции. В 1924 году он переехал из Александрии в Париж, поступил в Сорбонский университет, но денег на учёбу у него не было, поэтому он не стал учиться и отправился на заработки.
Какое-то время служил телефонистом в редакции и по 48 часов в неделю дежурил в приёмной у телефона, а заодно печатал на машинке переводные авантюрные романы. Но благодаря этой работе он занялся литературным трудом, а также поездил по Европе и даже побывал в Палестине, о которой написал книгу.
В парижских эмигрантских кругах его ценили прежде всего как поэта. О его стихах высоко отзывались Бунин и Набоков. Всего за время эмиграции у Ладинского вышло пять сборников стихотворений. Кроме того, там он начал писать исторические романы, а для этого много работал в Парижской научной библиотеке, а также с помощью поэта Вячеслава Иванова получил доступ в скрипторий и библиотеку Ватикана. Но всё равно чувствовал себя ненужным за рубежом.
За день до начала Великой Отечественной войны, 21 июня 1941 года, Ладинский подал прошение о возвращении на родину, в СССР. Но получил советский паспорт только в 1945 году, а вернуться в Союз смог только в 1955-м. Хотя когда сразу после войны Константин Симонов приезжал в Париж, его встречал и сопровождал там именно Антонин Ладинский.
В 1950 году Ладинского выдворили из Франции как нежелательную персону, и ему пришлось поселиться в Дрездене, где он работал в отделе переводов. Но приехать в СССР ему разрешили только в начале хрущёвской оттепели.
В оставшиеся шесть лет жизни он был принят в Союз писателей, издал в СССР два исторических романа («В дни Каракаллы» и «Когда пал Херсонес»), переводил Экзюпери, увёл у брата жену и получил квартиру на Кутузовском проспекте. Его романы «Анна Ярославна – королева Франции» и «Последний путь Владимира Мономаха» были изданы уже после его смерти. А стихотворения впервые напечатаны в России уже только в XXI веке. Если в Париже Ладинского сравнивали с Дон Кихотом, то в Москве называли «инопланетянином из Парижа». Интересно, что в 1961 году в парижской газете «Русские новости» печатался цикл его очерков «Подмосковные вечера», хотя советских писателей в эмигрантской прессе не жаловали.
Незадолго до смерти (от инфаркта) он посетил свою малую родину в Псковской области – село Скугры, а также задумал написать роман о Пскове и книгу воспоминаний о Псковской гимназии.